Анатолий Ким. Праздники цветов и осенних кленовых листьев

Президент Республики Корея Пак Кын Хе вручает орден "Мугунхва" писателю Анатолию Киму. Сеул. 7 октября 2014 г.
Президент Республики Корея Пак Кын Хе вручает орден «Мугунхва» писателю Анатолию Киму. Сеул. 7 октября 2014 г.

Президент Республики Корея Пак Кын Хе вручает орден «Мугунхва» писателю Анатолию Киму. Сеул. 7 октября 2014 г.

Корея в зеркале моей души

В моё сердце Корея вошла образами, ароматом и нежными красками прекрасных цветов. Что может быть удивительнее цветов на этом свете? Если в раю не будет цветов, то мне не надо рая. К этому убеждению я пришёл побывав в Корее. Впервые я попал в Сеул осенью 1988 года в составе большой советской делегации на спортивные этнические игры корейцев, приглашённых со всего мира. Для большинства советских корейцев то было первое посещение прародины, и они не представляли себе реальный облик родной Страны утренней свежести. Подлетая ночью к Сеулу, я с волнением смотрел на огромное мерцающее море электрических огней. И самым первым удивительным для меня впечатлением было то, что в этом море огней чётко читались, словно корабельные мачты, ярко обозначенные неоновые светящиеся кресты христианских храмов. Так я впервые узнал, ещё находясь в воздухе и не коснувшись ногой корейской земли, что это земля христиан. Мне потом осведомлённый человек сказал, что их в Южной Корее около 37%. Затем, когда нас встретили в аэропорту Кимпо и повезли в гостиницу на комфортабельном автобусе, меня ожидало второе удивительное для меня необычное впечатление относительно познания моей прародины. Нас встречала и везла в автобусе весёлая симпатичная кореянка, которая хотела как-то подбодрить гостей, усталых после многочасового перелёта, и спела нам красивым голосом песню. Она сказала, что эта песня называется «Тиндале», песня про любимый корейцами цветок азалии. Эту песню знают все от мала до велика, её можно считать народным гимном, её поют хором на всех праздниках и радостных торжествах.

Я удивился тому, что такая светлая, лёгкая, с красивой мелодией, почти детская по мажорному звучанию песенка расценивается чуть ли не как национальный гимн. Будучи из СССР, страны, нешуточно называющей себя великой мировой державой, чей гимн звучал соответственно нешуточно, устрашающе величаво, я представлял любой гимн как нечто торжественное и пафосное. А тут песенка про какой-то цветок азалии! Здесь была для меня большая загадка.

И только через два года, когда я стал жить в Корее в качестве приглашённого преподавателя русского языка в университете, мне стала ясна разгадка. Первой же сказочной весною в Ансонге, вдоль извилистых крутых дорог, ведущих к университетскому кампусу, на склонах холмов, окружающих Университет Чжунган, я увидел волшебные облака цветущих азалий. Это были белые, розовые, лиловые, цвета яркой фуксии, алые душистые облака! И я понял, отчего песня «Тиндале» стала самой любимой для корейской души. Ибо она, корейская душа, осознав себя в этом мире, прежде всего видит перед собою чарующую красоту своей родины, увитой гирляндами и венками самых ярких, божественной раскраски цветов. И азалия поистине самая первая среди равных, дивная среди дивных цветов Кореи. И праздничная одежда кореянок с древних времён и до наших дней осталась неизменной в своей яркой красочности. Широкие, свободно облекающие женскую фигуру длинные юбки и короткие, с длинными рукавами, на ленточных завязках, праздничные кофты — цвета различных окрасок лепестков азалии.

И вот, через много лет, весной 2006 года, я был приглашён на фестиваль Чхунхян в город Намвон. Такой чести я удостоился по той причине, что мы совместно с профессором Ким Хёнтхеком из Университета Хангук перевели на русский язык корейский народный эпос «Сказание о Чхунхян» и издали его в Москве. Работали над переводом в моём загородном доме, в Мещёрском краю, на берегу чудного озера Гавринское.

Фестиваль в Намвоне шёл неделю, это было общенациональное культурное празднество, в котором участвовало всё население округа Намвон и гости со всех концов Республики Корея, зарубежные гости. Я никогда не видел такого праздника — в честь литературной героини, прототипом которой была, вероятно, вымышленная девушка. Это была, по эпосу, беспредельно верная своему любимому супругу Чхунхян. И этот праздник засверкал в зеркале моей души как ещё один удивительный солнечный цветок моей исторической родины.

Но тогда, в мае, я был зачарован ещё одним цветочным праздником, символизирующим поэтическую душу моего народа. В один из дней после Чхунхян-фестиваля меня повезли мои новые друзья из Намвона куда-то в горы. И привезли на высокий перевал, с которого открывался вид на какой-то потрясающий по красоте волшебный край. Сколько можно было охватить взглядом, до самого волнистого горного горизонта — все вершины округлых сопок были словно охвачены буйным сиреневым пожаром. Это были в один день раскрывшиеся и охватившие все обозримые несметные вершины цветы «мугунхва». Так называются по-корейски кустарниковые цветы гибискуса, или китайской горной розы.

Они захватили и распространились по всем округлым, плавных линий, вершинам убегающих на все четыре стороны света окружающих гор. Это было торжество и засилье красоты. Мне мои друзья сказали, что видимым сейчас буйным цветам срок жизни недолгий, один день — и они опадут. Но на том месте, где торжествовал ранее опавший цветок, почти мгновенно возникнут новые, не менее буйные цветы. И так будет до конца поры цветения «мугунхва».

И вот прошло еще немало лет. Осенью 2014 года я был награжден правительством Республики Корея высшим орденом государства — Большим орденом «Мугунхва». Я поехал в Сеул и получил награду из рук Президента Пак Кын Хе. Так, я ещё раз убедился в том, какое великое значение придается на моей исторической Родине божественной красоте цветов. Ведь самая высокая государственная награда, которая вручается только руководителю страны или главам иностранных держав, или, как было определено в моей номинации «за выдающееся содействие литературной деятельностью благоденствию и миролюбию между народами», названа Орденом Мугунхва, именем горной розы.

Не прекрасно ли это? Воистину прекрасно.

И я вспоминаю, как в друзья после награждения повезли меня в горы Дири на праздник любования осенними кленовыми листьями — «Дхампхун». О, это было достойным завершением моих торжеств в Стране утренней свежести.

Фантастическими разноцветными клёнами — от ярко-жёлтых, оранжевых, алых до винно-бордовых, темно-фиолетовых, и двуцветных: снизу темно-зелёных, сверху на этой же кроне пылающе-кумачёвых — дивными октябрьскими клёнами приехали любоваться люди со всех краёв Кореи. Оставив машины в многокилометровом ряду вдоль горной трассы, люди гуляли под деревьями, словно в райском саду. И я был среди них — один из тех, чьи предки в бесчисленных поколениях поклонялись красоте, считая её самой главной ценностью нашей быстротекущей жизни, и любовались осенними клёнами.

Анатолий Ким прозаик, драматург, переводчик

Источник: Кoreana

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментариев пока нет, но вы можете оставить первый комментарий.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>