Идентичность корё сарам и корейская волна

Сим Хон ЁнгВместо заключения: идентичность корё сарам и корейская волна

Сим Хон Ёнг

Сим Хон Ёнг

2015-03-17 15-41-46 Скриншот экранаРасслоение корейской культуры

Итак, переселенные корейцы, находясь в различных го­сударствах и территориях, разделились на российских, уз­бекистанских, казахстанских и других корейцев. Это озна­чает, что после распада СССР они стали гражданами России и стран Центральной Азии. Соответственно, они оказались в новых условиях, диктующих необходимость выработки новых стратегий адаптации к новым экономическим и по­литическим реалиям. Безусловно, для корейцев, для кото­рых русский язык стал родным, и привыкших к полиэтническому окружению, процесс адаптации к возрождающейся исламской культуре и к обществу, становящемуся все более гомогенным в этническом отношении, оказался непростым. Нужно было свыкнуться с мыслью, что в случае дальней­шего проживания в Центральной Азии новая реальность начнет все больше и больше проникать в культуру и быт ко­рейцев.

В связи с этим «язык корё сарам» подвергся сильному влиянию, а именно: со стороны русского языка и языков центрально-азиатского региона. В этом случае «корё мар», сохраненный корейцами Центральной Азии в качестве диа­лекта, навряд ли может быть полноценно сохранен в таких условиях. Если исходить из того, что язык корё сарам (корё мар) является диалектом корейского языка, то с процессом смешения с русским и тюркскими языками он все более на­чинает обретать своеобразную форму. С учетом длительного отсутствия связей с исторической родиной «корё мар» мож­но отнести к особой категории корейского языка. Наблюдая за развитием корё мар, можно констатировать его постепен­ное исчезновение.

В Центральной Азии стало укореняться значение мест­ных языков — узбекского, казахского, овладение которыми становится необходимостью.

Безусловно, образование новых национальных госу­дарств, таких, как Узбекистан или Казахстан, потребует но­вых форм адаптации, в том числе и языковых.

Однако в рамках этой адаптации к новой реальности корейская диаспора в различных регионах СНГ не должна терять корейской идентичности.

Корея заинтересована как в успешной адаптации ко­рейцев СНГ к новым условиям, так и в сохранении ими ко­рейской идентичности. И здесь необходимо интенсивное сотрудничество Кореи и корейской диаспоры. Особенно значимость сохранения корейской идентичности в корей­ской диаспоре и самой Корее возрастает в условиях глоба­лизации.

В Центральной Азии кореец не южанин и не северянин (не чосон сарам и не хангук сарам), а это совершенно другой кореец — корё сарам. Это — корейское сообщество, которое получило свое развитие в условиях изоляции и иноэтниче- ского окружения и является новой субэтнической общно­стью корейского этноса.

Корё сарам как пионеры корейской культуры в Центральной Азии

Культура корё сарам в Центральной Азии является первой волной, познакомившей народы этого региона с са­мобытной корейской культурой. Именно через корё сарам народы Центральной Азии познакомились с корейской кухней, восточными единоборствами, корейскими песня­ми и танцами, поведенческими моделями и эстетическими вкусами.

Второй этап знакомства с корейской культурой начи­нается с конца 80-х годов, корё сарам, как и другие наро­ды Центральной Азии, начинают знакомиться с культу­рой Северной и Южной Корей. С Сеульской Олимпиады в 1988 г. происходит новое открытие Кореи как страны древней культуры и современной высокотехнологичной экономики. Корейская культура или так называемая ко­рейская волна (Korean wave) начинает приобретать все большую популярность в мире. После распада СССР начинается активное проникновение корейского биз­неса и корейской культуры в страны СНГ, в том числе в Центральную Азию. Это открытие корейских посольств в Узбекистане и Казахстане, учреждение в этих странах Центров корейского образования, приезд корейских во­лонтеров, ученых и миссионеров.

Важным каналом знакомства с корейской культурой на этом этапе стало «вкрапление» южнокорейской киноин­дустрии в культурное пространство Центральной Азии, а именно: сериалов и фильмов, показ которых активно начи­нает демонстрироваться с 2000 года.

За последние пять-шесть лет в Узбекистане на не­скольких каналах местного телевидения было показано около двадцати сериалов, и интерес к ним привлек боль­шую часть зрительской аудитории. «Геуль Енга» («Зим­няя соната») транслировалась пять раз, «All in» — трижды. Достаточно сказать, что показатель интереса населения Узбекистана к корейским сериалам дошел до 70% ауди­тории. В августе 2008 г. я встретился в Ташкенте с биз­несменом, уроженцем г. Намангана, который так выразил свою любовь к корейским фильмам: «Моя семья очень любит корейские сериалы. К началу фильма мы бросаем все дела и бежим к телевизору. Хотя у меня не всегда хва­тает времени, но в те моменты, когда мне удается посмо­треть серию, я отдыхаю. Хотя содержание сериалов во многом отличается от узбекской действительности, у нас много общего. Мы видим, что для корейцев характерны почитание старших, любовь и забота к близким, добро­желательное отношение к соседям. А ведь это и отличи­тельные черты узбекского народа, и потому они находят отклик в душе каждого узбека. Многим также нравятся высокий уровень жизни в Корее, их жизненный уклад, стиль в одежде и прически».

Однако, как мы уже отметили, проникновение ко­рейской культуры в Центральную Азию началось задолго до наших дней, в 1937 году, когда сюда с Дальнего Восто­ка были депортированы около 200 тыс. корейцев. Пере­жившие драму насильственного переселения, репрессии сталинского режима, смерть от голода, холода и болез­ней, лагеря трудовой армии, корейцы сумели не только выжить, но и занять достойную нишу в советском об­ществе. Это стало возможным благодаря их прекрасной национальной черте — трудолюбию. Корейцы стали ис­тинными героями сельского труда, чем заложили фунда­мент своего благополучия и уважения со стороны других народов. Хорошо зная «нрав земли» и умея ее осваивать, они превратили камышовые тугаи, богарные земли, за­болоченные поля и солончаки в оазисы, возделываемые сады. Это было результатом тяжелого самоотверженно­го кропотливого труда. Корейцы выращивали не толь­ко привычные им рис, арбузы, репчатый лук, кукурузу, бобовые, но и такие культуры, как хлопок и кенаф. И за какую бы культуру корейцы ни брались, они достигали рекордных урожаев.

Позже корейцы достигли значительных успехов в самых разных сферах: в промышленности, науке, образо­вании, медицине, культуре, спорте.

Важной сферой влияния корейской культуры в Цен­тральной Азии является корейская национальная кух­ня. Такие блюда корейской кухни, как «кукси», «кядя», «чимчи», «хе» и «морковь-ча» известны далеко за пределами корейской среды. В Центральной Азии практи­чески невозможно найти человека, который бы перио­дически не употреблял те или иные корейские блюда. В «корейских» районах Ташкента Куйлюк и Бектемир ча­сто можно видеть картину, когда большинство посетите­лей корейских кафе узбеки и русские. Это и есть первая волна популяризации корейской культуры. Современное уважительное отношение к корейской культуре со сторо­ны центрально-азиатских народов — это результат насле­дия 1-2 поколения корё сарам.

Можно также говорить о корейском влиянии в об­ласти языка и песенной культуры. В корейских колхозах многие узбеки, русские и казахи, как правило, могли об­щаться на обыденном корейском языке. Корейские ху­дожественные коллективы гастролировали не только по всему центрально-азиатскому региону, но и за его преде­лами. Корейские песни также были в репертуаре самых известных исполнителей Центральной Азии.

Уже второе поколение корейцев рождено в этом регионе. После открытия Южной Кореи и «экономиче­ского чуда» на реке Хан, Сеульской Олимпиады в 1988 году и установления дипломатических отношений между Кореи и странами СНГ, проникновения корейской про­дукции, чемпионата мира по футболу в Корее и Японии в 2002 году отношения между народами Центральной Азии и корейцами стали еще крепче. Корея, открытая всему мировому сообществу, активно поддерживает обширные связи с разными странами; расширяются возможности для международного сотрудничества, а также много лю­дей разных национальностей приезжают в Корею рабо­тать, в том числе и коре сарам. И современные коре са­рам, приезжающие в Корею, как и их предки в 30-х — 80-х годах прошлого века, снова являются связующим звеном в диалоге между Кореей и Центральной Азией.

***

Сим Хон Ёнг. Окончил магистратуру в уни­верситете Соганг (Сеул), защитил в Москве диссертацию на соискание кандидата полити­ческих наук (PhD). Темы исследования — этно- политология, история корейско-российских отношений, национальная политика в стра­нах СНГ, этнические процессы и конфлик­ты, корейская диаспора СНГ. Автор ряда научных трудов: «Общественные объеди­нения корейцев России» (в соавторстве), «Корейская война 1950-1953 гг.: истори­ография и археография» (в соавторстве). Член редакционных комиссий «Изучение корейцев», «Военная история»

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

1 комментарий

  • Николай Ге:

    Спасибо Сим Хон Ёнг сэнсянним за понимание и доброе отношение к коресарам.