За родину

Участники ВОВ

Константин Гапоненко.

Капля крови

Около двух лет назад в Москве вышла в свет книга «Советские корейцы на фронтах Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» Её авторы – Д.В. Шин, В.В. Цой и, к сожалению, ушедший из жизни крупный ученый Б.Д. Пак, доктор исторических наук, академик Российской Академии гуманитарных наук, автор более 20 монографий. Самый молодой из соавторов, Дмитрий Шин, прислал нам в дар несколько экземпляров. Внимательное знакомство с книгой вызывает бурю чувств — от глубокой горечи до восхищения и гордости за героизм и жертвенность маленькой горстки людей, которым с превеликим трудом удалось попасть на фронт. Корейцев выселили из Приморья в 1937 году в Казахстан и Среднюю Азию, априори подозревая, что они смогут шпионить в пользу Японской военщины, являвшей на дальневосточных границах СССР военные конфликты. Поэтому призывать их на защиту государства, совершавшего над ними унизительное насилие, было, по мнению надзорных органов небезопасно. И всё же корейцы приняли участие в войне, как с германским фашизмом, так и с японским империализмом. Сколько их оказалось на фронтах, доподлинно установить невозможно – авторам при содействии многочисленных помощников удалось собрать сведения лишь о 372 корейцах-фронтовиках. Это мизерная часть из миллионов советских людей, выдержавших страшную войну. 195 из них не вернулись, их могилы остались на местах тяжёлых сражений. Кровь их – капля в море крови, пролитой советскими солдатами. Но это капля праведной крови. И те, что погибли, и оставшиеся жить преподнесли нам поучительные уроки. Их следует запомнить.

За родину

А где их родина? Там, где родились. Лишь считанные единицы приехали детьми из Кореи, остальные появились на свет в Приморье, в Хабаровском крае, в общем, в стране, которая после революции и Гражданской войны стала называться Советским Союзом. Немало их родилось уже при Советской власти, но и те, и другие воспитывались в советских школах, в трудовых коллективах, и они пошли защищать свою Родину, свой комсомол, своих родных, друзей, подруг, жён и детей, у кого они появились, своё будущее.

Родина их обидела? Обидела не Родина, а власть, Родина в лице многострадального народа сирот пригрела, перед детьми репрессированных распахнула двери школ, техникумов, вузов предоставив место в общежитиях, помощь друзей и наставников. Герой Социалистического Труда Ким Ман Сам, отдавший во время Великой Отечественной войны все свои личные сбережения на приобретение танков, сказал: «Я со своими соотечественниками сильно сомневался, переживал – распахнёт ли чужой народ перед нами двери? Однако достархан казахов оказался столь же широким, как и их степи. Об их гостеприимстве не я один могу говорить, об этом скажут с такой же благодарностью все мои соплеменники».

Предоставим слово фронтовику. Пак Степан Васильевич, 1918 года рождения, до призыва успел окончить Ивановский текстильный институт. Старшина, командир отделения связи артиллерийского дивизиона. Принимал участие в боевых операциях на Волховском, Брянском, 1-м Украинском фронтах, в освобождении Киева, в Корсунь — Шевченковской битве, брал Вену и Берлин, член ЦКП (6) с 1944 года. Награждён медалью «За отвагу», «За победу над Германией», орденами Красной Звезды и Славы III степени. Вот его откровения: «Жалею, что развалился СССР. Мне по душе то всеобщее патриотическое настроение, верность светлым идеалам. А солдатская дружба! На войне национальностей не различали. Я кореец, из репрессированных, но со мной дружили. Были в дивизионе отличные товарищи: узбек Усаров, командир орудия, кавказец Мамедов, военфельдшер полка, Иванов, начальник штаба, погиб у меня на глазах. Надёжные, верные, готовые жизнь за Родину отдать. Если бы не такой народ, мы бы не победили».

Было ему за что воевать? Было! После войны работал главным инженером на текстильном комбинате в Душанбе, на Алма-Атинском хлопчатобумажном комбинате. Награждён медалью «За трудовую доблесть», орденом «Знак почёта». Вместе с женой вырастили трёх дочерей, дали им образование, помогли воспитать пятерых внуков.

Степан Тэн, 1923 года рождения, в двадцать лет — Гвардии лейтенант, командир 3-й батареи 110 армейского минометного полка 1-й ударной армии. Погиб в рукопашном бою 18 марта 1944 года. Когда он писал старшей сестре Анне в сорок первом письмо, то вовсе не думал, что через семьдесят с лишним лет мы будем его цитировать. Он высказал самое сокровенное: «Анечка, я крепко верю, что когда кончится это — мировая война, над Кореей будет реять знамя свободы. А мы с тобой — корейцы. И если меня убьют, то, по крайней мере, убьют человека, сражавшегося за две родины: за СССР, где я родился, воспитывался и вырос, и за Корею, мою национальную родину. Эта мысль очень отрадна. Не правда ли?»

А как должна была поступить комсомолка Валентина Ни, студентка Московского инженерно-экономического института имени С. Орджоникидзе? 10 мая она получила документ об успешном окончании курсов медсестёр при Лефортовском госпитале, к середине июня сдала экзамены за III курс, а 22 июня началась война. Уже в понедельник она принесла заявление в военкомат, а 21 июля была зачислена в состав 1-й Добровольческой дивизии народного ополчения. Прошла всю войну, участвовала во всех крупнейших сражениях, дважды с медсанбатом попадала в окружение, дважды была ранена, перенесла тиф. С первых дней призыва двести комсомолок медсанбата избрали её комсоргом, в сорок третьем она стала членом ВКП (б). В родной институт вернулась, имея награды: медали «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За победу над Германией», орден Красной Звезды. В 1948 Валентина Николаевна окончила институт, а через пять лет получила учёную степень кандидата технических наук.

Что было самым тяжёлым на войне? Раненые, которых не удавалось спасти. Что приносило радость? Дружба с боевыми подругами, с теми, кто, выздоровев, возвращался в строй и писал трогательные письма до самой старости.

В числе погибших значится Николай Фёдорович Кигай, потомок знатной династии Ки, родившийся во Владивостоке в 1906 году. У него были все основания затаить обиду на Советскую власть. Учитель, комсомольский и партийный работник, он был незаслуженно арестован в мае 1935 года, 9 июля 1936 года Особым совещанием при НКВД СССР осуждён к трём годам лишения свободы. Наказание отбывал в Сибирском лагере НКВД, в качестве осуждённого. Строил канал имени Москвы, работал инженером в Печерлаге НКВД. На фронт ушёл добровольцем, командовал отделением противотанковых ружей 2-го отдельного строительного батальона 58 отдельной стрелковой бригады 2-й ударной армии Волховского фронта. Пал смертью храбрых 6 августа 1943 года.

Отправляясь на войну, он написал семье 14 сентября 1942 года: «Еду защищать Родину, как тысячи и миллионы советских людей. Я рад, что еду в армию. Во-первых, потому, что там, на фронтах, происходят величайшие в мировой истории сражения, там, на фронтах, решается судьба нашего Государства, нашей Культуры, и я не могу и не хочу сидеть где-то в тылу, а хочу быть там, в гуще событий. Если останусь в живых, то я смогу вернуться к вам, к семье, гордый тем, что был одним из тех, кто своею жизнью, кровью уничтожал чуму человечества – фашизм». Комментарий к этому письму уместен лишь один: это письмо родным, а не в газету, и искренность автора сомнению не подлежит.

Семь человек оказались в плену. О некоторых из них сведения чрезвычайно скупые. Ким Иннокентий ушёл на фронт добровольно, попав в окружение, был пленён. Удачный побег совершил лишь с третьей попытки. Пак Юрий пленён в боях на подступах к Сталинграду, умер в лагере Цхайтхан 7 декабря 1943 года. Есть в Нидерландах кладбище советских военнослужащих – Советское Поле Славы. На одном из камней лаконичная надпись: «Советский воин Югай Тимофей «. О судьбах двух пленников стоит поведать подробнее. Пак Иван Яковлевич, кадровый офицер, командир батареи 69 лёгкого артиллерийского полка 25 стрелковой Чапаевской дивизии, оборонял Севастополь с октября 1941 года по июнь 1942 года. 23 июня был тяжело ранен, при бомбёжке госпиталя получил контузию. Таким и очутился в плену. Был узником девяти немецких лагерей, освобождён Красной Армией 4 мая 1945 года. После освобождения три года служил в органах МВД, уволен в звании капитана милиции. В течение многих лет учительствовал в Узбекистане.

Эм Николай Сергеевич контужен был при налёте немецкой авиации 22 июня 1941 года, через несколько дней попал в плен. Наши войска освободили его 7 мая 1945, после проверки зачислен красноармейцем в 395 запасной стрелковый полк, дислоцированный в Австрии. После демобилизации в 1946 году жил в Казахстане, закончил в Алма-Ате техникум, получил специальность бухгалтера, вместе с женой Сим Ксенией Прокопьевной вырастил четырёх дочерей и двух сыновей.

Отсюда два вывода. Первый: Ни один кореец даже под страхом смерти не побежал служить немцам в отместку за депортацию. Второй: миф о том, что всех бывших пленных эшелонами гнали в Сибирь, затем на колымские прииски, пусть останется на совести тех, у кого она осталась. Судили и ссылали, а то и казнили, как генерала Власова, тех, кто поступил на службу Гитлеровскому режиму.

Юный гений

Читатель с пылким воображением может воспринять как личную утрату гибель даровитого юноши, чьи способности, достигнув расцвета, обогатили бы советскую, а то и мировую науку. Имя этого юноши – Геннадий Васильевич Хан, которому к моменту гибели не исполнилось и 24 лет. Неэтично говорить, что смерть одного воина является очень тяжёлой утратой, а другого – рядовой потерей. Каждый солдат достоин нашей благодарной памяти. Однако даже в самые тяжёлые дни войны, Государственный Комитет Обороны, руководствуясь не этикой, в крайней необходимостью, не разрешал призывать определённую категорию лиц ввиду их исключительной важности в оборонной промышленности, в транспорте. В то число включены были студенты многих вузов, аспиранты, учёные.

Родился Геннадий Хан 9 сентября 1919 года в деревне Таванен Никольск-Уссурийского уезда Приморской области. Родители были неграмотны, но пользу образования понимали и ради детей перебрались в город. Все семеро их детей получили высшее образование. Мальчик в пять лет стал посещать корейскую школу, в семь пошёл в первый класс русской школы. Окончив семь классов, подросток приехал во Владивосток, где старшая сестра училась на рабфаке. Вместе с ней он стал посещать подготовительные курсы при Дальневосточном университете, а на вступительных экзаменах продемонстрировал такие знания, что ректор издал приказ о его зачислении. Так на математическом факультете оказался 14-летний студент. Тот же ректор помог парнишке перевестись в МГУ и даже снабдил его билетом в один конец. Среди взрослых студентов он не затерялся, на его талант обратил внимание академик О. Ю. Шмидт. В 16 лет в журнале «Математика» он опубликовал свою работу «Решение уравнения», Блестяще защитив диплом, Геннадий Хан был зачислен аспирантом на математическом отделении, где непосредственным его руководителем стал выдающийся математик академик Сергей Львович Соболев.

За рамками книги остались бытовые проблемы подростка, юноши, лишь скупо сообщается, что на каникулах он всегда работал, один год – в Метрострое. Значит, скромного приработка и стипендии ему вполне доставало. А вот когда, он стал офицером, то немедленно переслал свой денежный аттестат матери и досадовал, что произошла задержка с его доставкой. Аспирант Хан рвался на фронт, полагая, что в условиях, когда на карту поставлено существование государства, думать о научной карьере было бы безнравственно. Он стремился лично участвовать в боях. Лично! Официальная справка из Центрального Военно-морского архива гласит: «Младший лейтенант Геннадий Васильевич Хан, уроженец Приморского края, с июля 1941 г. по ноябрь 1942 г. проходил службу в 1-м запасном авиаполку ВВС ВМФ. С ноября 1942 г. по февраль 1943 г. – в резерве военно-морского училища им. Леваневского, с февраля по апрель 1943 г. находился в распоряжении командования ВВС Черноморского флота. С апреля 1943 г. – воздушный стрелок- бомбардир 3-й эскадрильи 40 авиаполка ВВС Черноморского флота. Сбит авиацией противника в районе Анапы в мае 1943 года». Обязательно надо добавить: младший лейтенант Хан попал в разгар воздушных сражений над Кубанью. Бои начались во второй половине апреля, когда армады фашистских самолётов попытались уничтожить десантную группу 18 армии на Малой Земле. Далее сражение развернулись над станицей Крымской, затем над Киевской и Молдавской. По существу сражение шло за завоевание господства в воздухе – мы или они? Уступать никто не хотел, силы постоянно наращивались, немцы присылали своих лучших истребителей, с нашей стороны в воздух поднимались лётчики, чьи имена вскоре знала вся страна: Герой Советского Союза А. Труд, дважды Герой- Г. Речкалов, трижды Герой — А. Покрышкин. Бои отличались особой ожесточённостью, длились часами, на смену одним группам приходили другие, доходило до 50 групповых сражений с участием 40-50 самолётов. Били наших, ещё больше доставалось врагам. Противник потерял над Кубанью свыше 1100 самолётов и вынужден был уступить господство в воздухе. Свой посильный вклад в эту победу внёс и воздушный стрелок Геннадий Хан.

Был приказ — наступать!

Александр Мин – единственный кореец, которому присвоено звание Героя Советского Союза, к сожалению, посмертно. Возможно, поэтому остались неясными некоторые детали его биографии. Родился он 11 декабря 1915 года в деревне Чер-Сан-До Шкотовского уезда, недалеко от Владивостока. Уже при Советской власти семья перебралась на остров Путятина, где юноша окончил среднюю школу. Без сомнения, учился он успешно, если в 1933 году был зачислен на рабфак Дальневосточного университета. По окончании рабфака в 1936 году его назначили преподавателем русского языка в корейскую школу №2 острова Путятина. На какие средства учился Александр во Владивостоке? Крестьянская семья, где помимо него было шестеро братьев и две сестры, никакой помощи ему оказать не могла, значит, рабфаковец получал стипендию и имел возможность подрабатывать, как это делало большинство студентов.

В 1937 году всю семью депортировали в город Аральск Казахской ССР, однако это не помешало юноше поступить в Саратовский кредитно-экономический институт, где он проучился 3 года. 25 мая 1941 года Александра призвали в ряды РККА и направили в Рязанское пехотное училище. В Аллее Героев Рязанского высшего воздушно- десантного училища им. В.Ф. Маргелова установлен бюст Александра Мина, и в одном из документов значится, что он закончил училище по ускоренной программе. В другом документе сказано: с мая по июль 1941 года А. Мин числился рядовым 511 отдельного строительного батальона; с июля 1941 по август 1942 (более года) нёс службу рядовым 150 отдельного строительного батальона. В октябре 1942 года он окончил курсы младших лейтенантов при 13-й армии Брянского фронта. Непонятно: Красная Армия в этот период несёт огромные потери, потребность в младших командирах исключительно велика, а выпускник Рязанского училища служит рядовым в стройбате. Видимо, после курсов ему присваивается звание лейтенанта, и он, имеющий за плечами три курса института, назначается на должность старшего адъютанта 1-го стрелкового батальона 605 стрелкого полка 132 стрелковой дивизии 65 армии. Старший адъютант – это начальник штаба без штата штабных работников, в его подчинении могут быть два писаря. Но обязанностей у него много: подготовка штабной документации, приказов и распоряжений, доведение их до командиров рот; сбор сведений о положении в подразделениях, о потерях, о наличии боеприпасов, наконец, проверка исполнения, выполнение различных поручений командира. Так что адъютант — не кабинетный сиделец, он чаще бывает на линии огня, чем в штабе, изучает обстановку, чтобы предоставить командиру батальона точные и полные сведения. Это боевой офицер, о чём свидетельствуют награды: Орден Красной Звезды (25.7.1943 года), орден Отечественной войны II степени (20.9.1943 года). Летом 1943 года батальон оказался в окружении. Лейтенант Мин энергично помогал командиру организовать оборону, лично участвовал в отражении вражеских атак, проявляя исключительную храбрость, лично уничтожил семь немцев. Батальон вышел из окружения без значительных потерь.

5 сентября 1943 года лейтенант Мин в бою за деревню Жензаки находился в боевых порядках наступающих, организуя взаимодействие подразделений. Когда был ранен командир 1-й стрелковой роты, А. Мин принял командование ротой на себя, нанёс удар противнику с левого фланга. Боевая задача была выполнена, в бою было уничтожено до 40 вражеских солдат. 8 января 1944 года его представили к очередному ордену. Вот краткое, конкретное содержание боевого подвига: «В бою под деревней Холодники БССР 8.1.1944 года во время прорыва обороны противника товарищ Мин правильно организовал взаимодействие подразделений, хорошую связь с подразделениями, в результате чего батальон первым прорвал оборону противника и начал продвигаться вперёд, при этом задача, поставленная батальону, была выполнена. Товарищ Мин лично сам продвигался в боевых порядках и руководил боем непосредственно на поле, в результате чего было уничтожено 150 немцев, взято в плен 2 немецких солдата, прорвана оборона противника и заняты важные рубежи». Каждый раз в реляциях мы встречаем одно и то же выражение: «организовал взаимодействие подразделений». Что это значит? Это самое главное, что требуется от командира: правильно расставить людей, чтобы, примитивно объясняя, стрелки, пулеметчики, минометчики, дружно, разом прицельно ударили по врагу, умело — каждый по- своему – применили своё оружие, свои боевые качества. За активное участие в бою и умелое руководство боем командир полка представлял А. Мина к ордену Отечественной войны II степени. Военный совет 65 армии во главе с командующим генерал- лейтенантом П.И. Батовым, постановил: наградить лейтенанта А. Мина орденом Александра Невского. Весомее был не статут ордена, учреждённого 29 июля 1942 года, а его престиж, авторитет, так как орден вручался тем офицерам, кто лично, как Александр Невский, сражался с врагом, проявляя воинское умение и храбрость на поле боя.

Эти факты из боевой биографии Александра Мина свидетельствуют, что старший адъютант обладает незаурядными способностями, а именно: умеет быстро оценить обстановку и принять правильное решение; не безрассуден, не теряет голову ни в окружении, ни в наступлении, но главное – способен выполнить боевую задачу. Именно эти качества ярко проявлялись в его последнем бою. Откроем последний наградной лист — и пусть нас не удивят, что всего через полгода, прошедшие после предыдущего представления, в его биографии произошли резкие перемены. Он теперь в звании капитана и командует стрелковым батальоном, он уже член ВКП (6), принят, видимо, без прохождения кандидатского стажа. Что ж, офицер по заслугам занял своё место в общем строю защитников Родины. А звание капитана командарм имел право присвоить лейтенанту своим приказом с учётом его особых заслуг. Подобные случаи на фронте бывали. Важно, что командование не ошиблось в нём, своим подвигом и своей смертью он оправдал его доверие.

Вчитаемся в странички наградного листа от 30 июля 1944 года: «В боях за г. Ковель Волынской области товарищ Мин, командуя батальоном, лично сам находился в боевых порядках пехоты, откуда руководил боем. Несмотря на ожесточённое сопротивление противника, товарищ Мин в результате смелого и решительного руководства отразил пять контратак противника и снова продвигался вперёд. В бою за деревню Старые Кошары смелым обходным манёвром зашёл противнику во фланг и решительными действиями выбил противника из деревни Старые Кошары, причём деревня Старые Кошары была освобождена в рукопашном бою и товарищ Мин лично руководил этим боем. В последующих боях в районе деревни Пародубы и при прорыве обороны немцев в районе деревни Пародубы товарищ Мин также находился в боевых порядках пехоты, где лично руководил боем. В этом бою товарищ Мин погиб смертью героя».

Обратим внимание на то, что все эти действия сжаты по времени, они совершаются в один день. Батальон – это подразделение, состоящее из трёх рот, в боевой обстановке обычно имеет некомплект и насчитывает немногим более двухсот человек. В обороне командный пункт находился в блиндаже, а при наступлении может расположиться в окопе, под дубом, точнее, там, где командир. Но командир может быть и в самой гуще — если того требует момент. В наградном документе дважды указывается на его решительные действия, то есть действия смелые, энергичные, непреклонные. Ведь освобождением селения Старые Кошары боевая задача батальоном была выполнена – на это указывают фронтовые товарищи комбата. Но тут он определил слабость в обороне противника и повёл батальон дальше, освободив ещё один населённый пункт, правда, ценой своей жизни. Но в такие минуты люди, подобные А. Мину, меньше всего думают о своей безопасности. Такую цену платила наша армия за освобождение советских сёл и городов, за освобождение Европы. Александр Мин пролил свою кровь на Волыни, а его соплеменники пали у Калинина и Кёнигсберга, у Сталинграда и Одессы, под Харьковом и Белгородом, у Ржева и Ростова-на-Дону, у Ленинграда и Брянска, у Житомира и Витебска, у Кривого Рога и Нарвы.

В мирные дни

Пристальное знакомство с теми, кто вернулся с войны, пробуждает в нас чувства отрадные. У абсолютного большинства из них ярко проявляется огромная тяга к знаниям. Берём наугад: Лян Ен Бом, имея четыре ранения, нашёл в себе силы закончить факультет физвоспитания Аукусского педагогического института. Стал он замечательным специалистом, воспитал немало спортсменов. Виктор Кан, сержант артиллерист, после войны 48 лет проработал на московском заводе «Старт» инженером- технологом, инженером- конструктором, начальником сборочного цеха, заместителем директора завода, секретарём парткома объединения. Специалист высшей категории! Михаил Ким в 1943 году окончил Иркутскую школу военных техников железнодорожного транспорта. В штате военно-восстановительного поезда №36 прошёл фронтовой путь от Великих Лук до Кенигсберга. В 1950 году окончил Тбилисский институт инженеров железнодорожного транспорта. Нет возможности перечислить всё, что он построил, занимая должности заместителя управляющего трестом » Караганда строй путь», «Целинтрансстрой», «Оренбургтрансстрой». Это железнодорожные линии Караганда — Карагайлы, Семипалатинск – Оренбург, Целиноград – Павлоград, Караганда – Целиноград и другие.

Вот Ким Николай Андреевич, кадровый военный, все четыре года на войне, награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, рядом медалей, не один раз мечен ранами. А в августе 1946 года уволили в запас в звании подполковника, как он сам объяснил, «по неизвестной причине» в самой поре зрелости -42-летнем возрасте. Однако на что сетовать, если в возрасте 39 лет ненужным стал армии дважды Герой Советского Союза генерал- майор авиации Г.А. Речкалов, уволенный в запас в 1959 году тоже безо всяких причин. Отправили Николая Андреевича секретарём парткома на камчатский рыбокомбинат им. Микояна, где он честно нес свои обязанности. Позже он вернулся в Приморье и создал корейский рисоводческий колхоз, где достиг высоких результатов. 7 декабря 1976 года весь Бикин хоронил его со всеми воинскими почестями. К Ли Владимиру Степановичу я питаю особое уважение: в 1945-1946 гг. он нёс службу, командуя взводом, в 328 гвардейском Белоцерковском миномётно- артиллерийском полку. Полк в первых числах января 1944 года освобождал наш райцентр, исторический город Белая Церковь. На второй или на третий день после освобождения нашего села за лесом выстроились дальнобойные орудия и открыли огонь по невидимым целям. Земля дрожала! Участник Парада Победы после демобилизации работах мастером производственного обучения, готовил кадры для восстановления народного хозяйства, был начальником цеха на заводе «Электрон». Важные детали: в 1950 году окончил Всесоюзный заочный техникум железнодорожного транспорта. Через семь лет получил диплом специалиста по станкостроению. Лим Алексей Фёдорович, воспитанник одного из ленинградских детских домов, после войны учительствовал в узбекском колхозе «III Интернационал», работал директором школы в Элисте. Вот что о нём сказала бывшая ученица: «Как будто это было вчера – зашёл в класс молодой худощавый парень, он выглядел таким стройным, подтянутым, собранным, что я от изумления застыла на месте и подумала: «Какой же он красивый!» На левой груди его гимнастёрки сверкали две награды. Я влюбилась в него по-детски и решила, что буду во всём ему подражать, буду учиться отлично, стану учительницей, чтобы учить детей так, как учит он». Полагаю, что в педучилищах и пединститутах вступительные лекции следовало бы начинать вышесказанными словами. На обложке книги помещён портрет помощника начальника дорожного штаба 19-й армии старшего лейтенанта Н.Н. Кима. Снимок сделан на Карельском фронте летом 1944 года.

Этот незаурядный человек требует от нас самого пристального внимания. Досталось ему и горестей, и радостей, и славы. В его биографии отразилась вся история нашей страны с её достижениями и поражениями. Он воистину достойный сын своего времени, своей Родины. Под Родиной я понимаю Советский Союз. Николай Ким блестяще учился в Московском архитектурном институте, стал комсомольцем, принят был кандидатом в члены партии, выдвинут кандидатом в депутаты Моссовета. Все моментально рухнуло, когда в институт пришло известие, что его родители раскулачены. Четверых взрослых и шестерых детей выселили в тайгу, лишив их более чем скромного жилища и единственной лошади. Николая исключили из комсомола, из кандидатов в члены партии, но изгоем он не стал. Что помогло выдержать такой удар? Поддержка и сочувствие, как студентов, так и преподавателей. И в 1939 году он получил диплом с отличием и работу в тресте Совхозстройпроект. Начал он службу в Красной Армии за месяц до войны рядовым – закончил капитаном на 2-м Белорусском фронте в Восточной Померании.

С начала июля 1945 года и до конца своей жизни Николай Николаевич Ким работал не покладая рук, хотя формально вышел на пенсию в 1986 году в возрасте 73-х лет. Шесть лет он заочно учился в аспирантуре Академии строительства и архитектуры СССР. Учёба закончилась в 1959 году успешной защитой диссертации на соискание учёной степени кандидата архитектуры. В 1977 году он защитил докторскую диссертацию. В 1973 году ему присвоили звание заслуженного архитектора РСФСР. В 1976 году он получил звание профессора Московского архитектурного института. Им опубликовано 140 научных трудов, издано 8 книг, в их числе монография «Промышленная архитектура», выпущенная двумя изданиями в Москве. Интерес к книге проявили в ГДР и Южной Корее, где её издали. О его значительных заслугах лишь в малой степени свидетельствуют 6 золотых медалей ВДНХ и Государственная премия СССР за 1977 год. Его своим учителем назвали 26 кандидатов и докторов наук, которых он подготовил. И по сей день служат людям морские портовые сооружения, построенные им, крупнейший в Европе Останкинский мясоперерабатывающий комбинат, мясокомбинаты в КНДР и КНР, мясокомбинаты в Сочи, Ашхабаде, Гомеле, Минске, Алма-Ате, знаменитый санаторий «Лазаревское».

Николай Николаевич много сил отдавал общественной работе, однако с архитектурой не расставался никогда. Больше года он находился в Южной Корее, где подготовил к печати подарочную книгу «Архитектура в Корее», но по приезде домой так и не смог её издать. Та Москва, в которую он вернулся, нанесла ему рану, тяжелее фронтовой. Вот что он написал в своих воспоминаниях: «Свою страну я не узнал. Сообщение о взяточничестве, рэкете, взятии людей в заложники, о самоубийствах докторов наук, о голодовках жителей и шахтёров. И это называется демократизацией?! А может быть, это предательство? Я один-единственный кореец, участвовавший в параде в честь 50-летия Победы. Нас президент Ельцин назвал защитниками России. При всей нашей любви к России мы защищали великую Родину — Советский Союз. За развал СССР – одной из двух сверхдержав мира – кто-то должен быть всенародно осужден! Мне стыдно называться гражданином нашей нищей страны, где голодают старики, дети, учителя, врачи, а воры и бандиты процветают. Разве мы за такую Родину воевали? Да, были сложные годы сталинщины, когда мы, корейцы, сильно пострадали. Но жизнь наладилась, многое изменилось в лучшую сторону. Можно и нужно было совершенствовать производство, а не разрушать всё и вся».

В заключение привожу высказывания Ольги Хан, опубликованные в «Литературной газете» №7 за 2013 год в статье «Зомби – реальность». Фронтовики оставили нам в наследство Победу и великую державу. Но тем из них, кто остался в живых, пришлось испить горькую чашу разочарования после распада СССР. Такое же разочарование охватило весь мир, ввергнутый в глобальный кризис. И крупные учёные обратили свои взоры к наследию Советского Союза. Ольга Хан пишет: «СССР все же сохранил матрицу человечности, не превратил культуру в товар. «Неформальный социализм», в котором жили советские люди – с дружбой, взаимовыручкой, любовью без брачных контрактов – это по большому счёту и есть тот Союз, который мы помним, ценим и который до сих пор не хотим потерять… Советский Союз был большой страной: с большой идеей и не менее ольшими ошибками. Осмысление его наследия требует размаха – такого же, каким был бон сам». В конечном итоге мы обращаемся к той войне, чтобы предотвратить новую.

Источник: Сергей Ян

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.