Жизнь колонии

atsman Аткнин В. Д. пишетДжон Вонович Лигаев , пожалуй, самый примечательный корейский блогер за всю историю его страны.

Jongwon Lee

Jongwon Lee

Корея всегда славилась (впрочем, так со всеми странами) писателями, философами, политиками, воинами, писавшими дневники, описывавшими своё житие-бытие, путешествия по стране и за её пределы. В древности их было немного, потому что не все жители великого Тэдона, страны Востока, имели время писать мемуары, поэтому некоторых блогеров поместили на лицевые стороны денежных купюр и всех без исключения в энциклопедии и учебники. Сейчас блогеров куда больше — миллионы. Именно поэтому, я думаю, их невозможно пометить на банкноты и в учебники — количество и объёмы последних, к сожалению, имеют ограничения. Тем не менее, всех блогеров Кореи отличает одна особенность: они писали и пишут на одном из двух языков — на корейском или китайском языке (на родном корейском пишут сейчас, на китайском, этой латыни Востока, писали до нового времени). leejongwon — единственный в истории Кореи кореец, который писал и пишет на русском.

Русский он выучил в Москве. Я всегда поражался талантам людей, которые обладают способностью выучить иностранный язык и говорить на нём как на родном. Ещё больше восторгаюсь теми, кто пишет на чужом языке. Замечание в сторону: такие люди по прошествии некоторого исторического времени, как правило, оказывались шпионами. Здесь на язык просится вопрос: какие предметы учил Джон Вонович в столице России и что он делает (в смысле «какова причина того, что он просиживает штаны») в родной стране? Как бы то ни было, запись ниже — лучшее доказательство превосходства российской образовательной системы, а также того, каких высот может достичь талантливый и упорный человек.

Текст и фото великолепны. К этому суждению пришёл путём объективного и пристрастного прочтения, а вовсе не потому, что Джон Вонович сослался на меня. — В. А.

Выставка «Потерянное время, колониальная жизнь» в Сеуле, Южная Корея

С 28 августа по 28 декабря в музее университета Сонгюнгван (성균관대학교 박물관) в Сеуле проходит выставка, посвященная 70-летию освобождения Кореи от японского колониального господства. На выставке под названием «Потерянное время, колониальная жизнь» (잃어버린 시간, 식민지의 삶) можно увидеть экспонаты, показывающие жизнь и события на Корейском полуострове в период 1910—1945 гг. Выставка открыта в будние дни с 10:00 до 16:00 и находится на территории кампуса университета Сонгюнгван. Схема проезда на официальном сайте музея:http://shb.skku.edu/museum/menu1/sub1_6.jsp

А для тех, кто не может сходить на выставку по самым разным причинам, я выкладываю фотографии некоторых экспонатов. 🙂

Хронологическая таблица эпохи колониального господства японских империалистов на Корейском полуострове.
1905 г. Японо-корейский договор о протекторате
1909 г. Деятель корейского национально-освободительного движения Ан Чунгын (안중근) застрелил на Харбинском вокзале председателя Тайного совета Японии Ито Хиробуми
1910 г. Аннексия Кореи Японией
1916 г. Начало археологических раскопок в Корее и систематического изучения истории
1919 г. Движение 1 марта, формирование Временного правительства Республики Корея
1922 г. Начало проведения ежегодной Выставки искусств Чосон
1926 г. Движение 10 июня
1929 г. Всемирная выставка
1931 г. Маньчжурский инцидент
1937 г. Начало Японо-китайской войны
1938 г. Принятие закона о всеобщей мобилизации
1940 г. Формирование Корейской армии освобождения
1941 г. Военные действия на тихоокеанском театре
1945 г. Освобождение Кореи от японских империалистов

Японские открытки в честь аннексии Кореи Японией. На первой открытке изображены лица Ли Ванёна (이완용, 1858—1926) и Кацуры Таро (桂太郎, 1848—1913). Ли Ванён был премьер-министром Корейской империи и известен главным образом тем, что он подписал ряд договоров с Японией, включая Договор о присоединении Кореи к Японии. Из-за этого его до сих пор вспоминают как «предателя» корейского народа. Кацура Таро — генерал Императорской армии Японии, политический деятель, 11-й (а также 13-й и 15-й) Премьер-министр Японии. Да-да, это тот человек, который известен Соглашением Кацура — Тафта. А на второй открытке — полный текст Договора о присоединении Кореи к Японии.

Письмо корейского писателя Ли Гвансу (이광수, 1892—1950). Он в молодости участвовал в движении за независимость Кореи, затем изменил политические взгляды и стал сотрудничать с японской колониальной администрацией. Это письмо он написал борцу за независимость Кореи О Сечхану (오세창, 1864—1953).

Флаг издательства газеты Кэйдзё ниппо (京城日報) или Кёнсон ильбо (경성일보). Газета выходила в Корее с 1906 по 1945 годы. Она являлась одним из печатных органов генерал-губернаторства. Говорят, что японцы и прояпонские коллаборационисты в Корее читали в основном эту газету. В октябре 1945 года, через несколько месяцев после получения Кореей независимости, «Кэйдзё ниппо» прекратила свое существование.

Куртка хаппи сотрудников издательства газеты Кэйдзё ниппо (Кёнсон ильбо). Хаппи — это традиционная японская одежда с прямыми рукавами, которая обычно шьется из хлопчатой ткани коричневого цвета или цвета индиго с нанесением отличительного знака. Первоначально такими знаками были фамильные гербы, так как хаппи носили домашние слуги. Затем это были символы и гербы магазинов и других организаций.

Национальная униформа для всех мужчин кроме военнослужащих. Это один из двух основных типов формы.

Каллиграфия деятеля движения за независимость Кореи от Японии и председателя Временного правительства КореиКим Гу (김구, 1876—1949). Это он написал в октябре 1947 года, когда ему было 72 года. Фразу взял из канона конфуцианства «Мэнцзы». Фразу «존심양성» (存心養性) я бы перевел так: «держать совесть и культивировать истинную природу». В это время Корея была уже независимой от Японии, но политическая ситуация в стране была весьма напряженной. Страна была на грани разделения на Север и Юг. Наверно он хотел укрепить силу воли и идти дальше верной дорогой.

Автобиография Ким Гу «Пэк Пом Ильджи» (백범일지). Это переиздание 1948 года.

Открытка с фотографией Ан Чунгына (안중근), застрелившего на Харбинском вокзале председателя Тайного совета Японии Ито Хиробуми. Эту открытку, которая описывает его как террориста, сделали и использовали японцы. Корейцы сделали свои открытки в память о герое Ан Чунгыне.

Каллиграфия Ито Хиробуми. Ито Хиробуми — первый (а также 5-й, 7-й и 10-й) премьер-министр Японии, первый генерал-резидент Кореи, первый (а также 3-й, 8-й и 10-й) председатель Тайного Совета, автор проекта Конституции Японии. Он пишет, что всю ночь расскажет императору о своем искусстве управления государством.

Каллиграфия на свитке с изображением японского флага. Сделана примерно в 1940 году. Тут приведены слова японского Императора Мэйдзи (1852—1912) «чиновники и народ должны быть едины для страны». Эту фразу он произнес в 1904 году во время Русско-японской войны.

Это работы, которые являются результатами археологических раскопок в Корее и систематического изучения истории.

Туристическая карта Кореи, сделанная в 1936 году японским генерал-губернаторством в Корее.

Открытки буддийского храма Пульгукса (불국사).

Схема и открытка всемирной выставки 1929 г. в Чосоне (Корее).

Каталог выставки «Живопись священной войны», проведенной в 1940 году. Многие художники принуждены были «защищать Родину кистями».

Справа: открытка с изображением кисэн (артистки развлекательного жанра). Слева: небольшая книжка, которая содержит информацию о ресторанах и кисэн в Кёнсоне (Сеуле). В такой книжке можно было посмотреть фотографии и имена кисэн. Этот материал хорошо показывает, как японцы развивали туризм в колониальной Корее.

Поле для игры типа «Монополии» — «Сынгёндо» 승경도 陞卿圖. В эту игру прежде, говорят, играли баре, янбаны. Простому люду, думаю, было не до государственных чинов, военных и гражданских. Поле для игры называется 조정문무사판 朝廷文武仕版. На нём более трёхсот ячеек, каждая из которых соответствует определённому придворному чину.

Хватху (화투) — очень популярная игра в Корее. Это корейский вариант Ханафуды (花札). Ханафуда — разновидность колоды игральных карт японского происхождения, используемая для нескольких различных игр. В эпоху колониализма в Корее в хватху играли в основном представители элиты, но в 1980-х гг. игра распространилась по всей стране.

Сугороку — настольная игра в кости с передвижными фишками. На доске изображен маршрут в виде картинок, с препятствиями и знаками, облегчающими их преодоление. Бросая кости, играющие передвигают фишку по клеточкам поля в соответствии с числом набранных очков. Выигрывает тот, кто быстрее достигнет финишной клетки поля. Тема в данном случае — путешествие на поезде из Синагавы (Япония) в Кёнсон (Сеул, Корея). Сделано в 1908 году.

Корейская карточная игра пхальмок (팔목). В игре используются всего 80 карт — 8 видов (человек, рыба, птица, фазан, звезда, конь, заяц и косуля) по 10 штук (от 1 до 10).

Миска с надписью «решительный бой». Такую фарфоровую миску выдавали корейцам взамен на медную посуду во время Второй мировой войны.

А такую посуду японцы забирали от корейцев во время Второй мировой.

Карта Японской империи, сделанная в 1910 году.

Настольная игра Сугороку. Сделано в 1907 году. Тема в данном случае — путешествие по Восточной Азии. Оно начинается с церемонии открытия Южно-Маньчжурской железной дороги, а конечный пункт — всемирный конгресс сторонников мира в Токио.

Плакат, агитирующий за увеличение объемов производства продовольствия во время Второй мировой войны.

Плакаты, агитирующие за употребление хлеба, которое приведет к увеличению физической силы и возможности вносить вклад в дело защиты страны.

Плакат, агитирующий за реквизицию различных семян для отжима масла во время Второй мировой.

Плакат, агитирующий за проведение перепеси населения в Корее. Вскоре после него призыв в армию (Императорскую армию Японии) стал обязательным для корейцев.

Новогодняя фотография полиции города Синчхона (신천) провинции Хванхэдо (황해도). На фото видны как японцы, так и корейцы. А также присутствуют и японские гейши и корейские кисэн.

Номер газеты от 1 марта 1942 года. Заголовок: «Пал Сингапур».

Обеденная коробка корейской школьницы, сделанная в ноябре 1936 года, с надписью «благодарность за покровительство/благоволение».

«Корейская женщина с японским флагом в руках»

Сберегательная книжка военного времени.

Клятва подданного страны императора — клятва, введённая японским колониальным правительством в Корее в 1937 году в рамках политики ассимиляции. Проект клятвы был составлен корейцем Ли Гакчоном, служащим аппарата генерал-губернаторства. Предполагалось, что корейцы выучат текст «Клятвы» наизусть и будут ее декламировать в школах и на торжественных собраниях.

Упаковки для кондитерских изделий и упаковка сигарет.

Родословная книга, написанная после начала политики смены имён (창씨개명), проводившейся японскими колониальными властями в Корее в 1939—1945 годах. В рамках этой политики корейцев побуждали менять свои имена на японские. Отказавшиеся подвергались дискриминации и общественному осуждению.

Сэннинбари (千人針, «Пояс тысячи стежков») — полоса материи приблизительно метровой длины, украшенная тысячей стежков, сделанных тысячей разных женщин; традиционный амулет, призванный оберегать солдата в бою, имевший распространение в Японской империи. Во время Второй мировой войны принуждали и корейских женщин делать сэннинбари.

Карта от марта 1942 года.

Памфлет, изданный в 1938 году Сото-сю (曹洞宗), крупнейшей на сегодняшний день школой дзэн в Японии. Этот материал показывает, как религия использовалась для ведения войны в то время.

Памфлет «Добровольцы Полуострова». То есть Корейского полуострова.

Веер с текстом песни «Патриотический марш» (愛國行進曲). Эта песня была написана в 1937 году.

Похоронные дроги корейцев. (В наше время их здесь практически не используют.) Они выглядят как дом. Их украшали роскошно, чтобы утешать дух покойника на последней дороге. Драконы защищают покойника от злых духов. Есть еще деревянные скульптуры, изображающие разных людей. Считается, что они проводят покойника на тот свет, защищая его от злых духов.

Во время японского колониального господства корейцы стали использовать изображение японского полицейского на похоронных дрогах как символ страха, который будет защищать покойника даже от злых духов. Такая практика показывает, как корейцы относились к японским полицейским в эпоху колониализма. Если раньше корейцы использовали тигров как символ страха, то в ту пору японские полицейские заменили тигров.

Деревянные скульптуры, изображающие японских полицейских.

Источник: atsman — leejongwon

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.