День 6.25 почтили в Ташкенте

^11834C5A0777D1E2272DAB948C4DFDA87A3D959E60D6662080^pimgpsh_fullsize_distr

В зале конференции. Ташкент. 25.06.2015 г.

Региональный комитет по мирному демократическому объединению Южной и Северной Кореи в Узбекистане отметил день начала Корейской войны конференцией, где с основным докладом выступил писатель Ким В. Н. (Ёнг Тхек). С приветственным словом к собравшимся обратился посол Республики Корея в Узбекистане господин Ли Ук Хён. Были показаны два документальных фильма, один их которых оказался очень лиричным воспоминанием юной девушки о войне, о прошлом ее дедушки.

Уже после просмотра фильма и доклада Владимира Наумовича, за нашим столом возник вопрос – насколько мы продвинулись в деле объединения Кореи, отмечая этот день в таком формате.

Задумавшись над вопросом, отметил, что все-таки, хоть немного, все-равно продвинулись. В0-первых, собрались, чтобы отметить дату 6.25. Во-вторых, аудитория, конечно, всецело была заряжена позитивно в вопросе объединения, одно только смущало, на сколько оно, наше желание, эффективно в этом очень важном вопросе. Но, как бы то ни было, наше состояние, работа нашего мозга, дает надежду на воплощение идеи в жизнь.

Имею возможность ознакомить читателей с докладом Владимира Наумовича:

Ким В. Н. (Ёнг Тхек)

Ким В. Н. (Ёнг Тхек)

Уважаемые участники сегодняшнего мероприятия!

Нынешний год для нас, корейцев, является знаменательным.  70 лет назад  Корея была освобождена  от 36-летнего японского колониального ига. Примечательно, что это  радостное событие  отмечают и на Севере, и на Юге Корейского полуострова в один и тот же день – 15 августа. И в этом же году мы отмечаем горестную дату – 65-летие начала братоубийственной войны на Корейском полуострове.

Так сложилась так, что одну часть полуострова освобождали советские войска, а другую американские, которые в то время были союзниками в борьбе против гитлеровской Германии и милитаристской Японии.  Но тем менее между союзниками была договоренность – предоставить возможность  Корее самостоятельно провести выборы и определиться с государственным строем. В стране началась лихорадка по созданию политических, религиозных и прочих общественных организаций. Так, на Юге полуострова, где царил американский демократизм, было создано свыше  двухсот партий, а на Севере эта деятельность была ограничена жесткой рукой советской военной администрации. Но все равно и здесь были созданы два десятка организаций. Все эти организации – и на Юге, и на Севере претендовали на выборные места, грызлись между собой, восхваляли себя и обливали грязью соперников. В такое судьбоносное для Кореи время не нашлось настоящего лидера, авторитетной общественной организации, которая сумела бы  повести за собой весь корейский народ. В этом корейцы оказались верны главной черте своего характера – размежеванию.  В итоге – на Севере СССР поставил лидером товарища Ким Ир Сена, а на Юге США поставила лидером господина  Ли Сын Мана. Корея оказалась расколотой на две части, и лидеры Севера и Юга считали, что объединения теперь можно достичь только военным путем. И поэтому КНДР и Республика Корея начали  создавать вооруженные силы и лихорадочно наращивать ее мощь. КНДР на этом поприще достиг больших успехов, а, главное,  от пустых угроз перешел к активной подготовке к войне.

И здесь мне хотелось выделить  вот какой факт, касающегося старшего поколения корейцев СНГ. Тогда, в 45-м, в составе Советской Армии были десятки советских корейцев, мобилизованных в первую очередь как военные переводчики. Потом, в 46-м, 47-м и 48-м, было еще несколько призывов среди наших отцов и дедов, в основном, из республик Средней Азии.  В общей сложности, было призвано 400 с лишним человек – все с высшим и средне-специальным образованием. Можно смело сказать, что это была элита корейской диаспоры СССР.  И главное, они шагнули вперед добровольно, и это был благородный патриотический порыв – поехать на историческую родину, чтобы помочь в строительстве корейского государства.  И все они, к великому сожалению, оказались заложниками  большой политики, вражды двух идеологий, холодной войны, вылившейся в страшную братоубийственную бойню на Корейском полуострове. Это случилось  ровно 65-лет назад. За многое можно упрекнуть  посланцев  Советского Союза, но только не в трусости. Они честно и мужественно воевали, тому есть яркие примеры.  Но не меньше честности и мужества понадобились им впоследствии признать эту войну преступной, и  сожалеть об участии в ней. Не случайно, многие из них  участвовали в деятельности различных обществ, таких, как «Гугук Денсон», выступающих  за мирное объединение Кореи.  Сегодня, здесь, в этом зале, около половины участников  составляют дети и внуки тех корейцев.  К ним принадлежу и я.

Детские и отроческие годы я провел в Северной Корее, и свято верил, что виновниками  войны в Корее являлись южнокорейцы. Так думали и все советские корейцы, и весь советский народ. А как можно было думать иначе, когда  самая главная газета СССР «Правда» в своей передовой статье от 25 июня 1950 года  четко и ясно определила вероломным агрессором клику Ли Сын Мана.  Капиталистических газет тогда в Советском Союзе в продаже не было, зарубежное радио глушилось, загранпоездку могли осуществить   только проверенные лица, так что над всеми нами довлела только одна идеология – коммунистическая. В такой обстановке ничего не стоило внушить людям все что угодно. Но правду скрыть невозможно никакими ухищрениями.

Какие же мысли и доказательства привели меня к выводу, что войну начала не Южная Корея. Например, тот факт, что буквально через несколько дней войска КНА захватывают Сеул. В истории войн, пожалуй, не было такого случая, чтобы агрессор на третий день потерял свою столицу. Более веским  доказательством явилось то, что именно ООН признал агрессором  КНДР.

Когда началась война, мне было четыре года, и семья наша жила под Пхеньяном, а деревне Мангендэ. За рекой Дэдонг был аэродром, и я помню, как его бомбили американские самолеты с сигарообразными  бензобаками  на концах крыльев. Они с диким ревом пролетали над деревней.  Я всегда думал, что это был день начала войны, и эта бомбежка – яркое свидетельство агрессии Южной Кореи. Но через много лет мне стало известно, что война началась днем раньше, и что президент США  Трумен, не дожидаясь резолюции ООН, поспешил на помощь южнокорейцам и отдал приказ о нанесении бомбового удара по Северной Корее.

А вот какие факты выявились в последнее десятилетие. Оказывается лидеры КНДР   Ким Ир Сен и Пак Хон Ен  еще в сентябре 1949 г. обращаются к  руководству Советского Союза с просьбой санкционировать вооруженное вторжение северян на Юг с целью силового объединения страны. В силу стратегической важности вопроса И. Сталин выносит вопрос на заседание Политбюро ЦК ВКП(б), которое не сочло возможным в тот период одобрить такое предложение. На имя посла в КНДР Т. Штыкова  направляется следующая шифрограмма:

«Ваше предложение начать наступление Корейской Народной армии на юг вызывает необходимость дать точную оценку как военной, так и политической стороны этого вопроса.

С военной стороны нельзя считать, что Народная армия подготовлена к такому наступлению. Не подготовленное должным образом наступление может превратиться в затяжные военные операции, которые не только не приведут к поражению противника, но и создадут значительные политические и экономические затруднения для Северной Кореи, чего, конечно, нельзя допустить.  Поскольку в настоящее время Северная Корея не имеет необходимого превосходства вооруженных сил по сравнению с Южной Кореей, нельзя не признать, что военное наступление на юг является сейчас совершенно неподготовленным и поэтому с военной точки зрения оно недопустимо…».

Северокорейские руководители, с одной стороны, вынуждены были подчиниться директиве Кремля, но с другой – продолжили на практике подготовку военного вторжения на Юг. И их усилия не остаются незамеченными. Через восемь месяцев, точнее, в апреле-мае 1950 г., когда лидеры КНДР прибывают в Москву, советское руководство в ходе конфиденциальных переговоров Сталина с Ким Ир Сеном совершает в корейском вопросе поворот на 180 градусов. 14 мая 1950 г. в Пекин на имя советского посла  направляется следующая шифрограмма для передачи Мао Цзэдуну:

«Тов. Мао Цзэдун!

В беседе с корейскими товарищами Филиппов (псевдоним Сталина – Прим.  Ред.) и его друзья высказали мнение, что в силу изменившейся международной обстановки, они согласны с предложением корейцев – приступить к объединению.  При этом было оговорено, что вопрос должен быть решен окончательно китайскими и корейскими товарищами совместно, а в случае несогласия китайских товарищей решение вопроса должно быть отложено до нового обсуждения.  Подробности беседы могут рассказать Вам корейские товарищи».

13 мая 1950 г. Ким Ир Сен и Пак Хон Ён были приняты в Пекине Мао Цзэдуном. Высшее китайское руководство поддерживает в целом военно-политические замыслы Пхеньяна, которые ранее были одобрены с определенными оговорками Москвой.

Между тем в Пхеньяне при участии главного советского военного советника генерала Васильева завершают разработку оперативного плана «освободительной войны». 15 июня  советский посол в КНДР Штыков докладывает в Кремль, что массированная военная операция начнется на рассвете 25 июня 1950 г.

 Каково же было настоящее соотношение сил к началу войны между Южной и Северной Кореей? КНДР имел перевес:

– по численности сухопутных сил – в 2 раза;

– по количеству артиллерийских стволов – в 2 раза;

–  пулеметов – в 7 раз:

–  автоматов – в 13 раз;

– самолетов – в 6 раз.

Например, северяне располагали 242 танками и 176 самоходными орудиями, которых вообще к тому времени не было у национальных вооруженных сил РК. Вместе с тем южане обладали примерно двукратным превосходством в минометах и примерно четырехкратным преимуществом в противотанковых орудиях различного калибра.

Преимущество северян в численности войск и вооружении дополнялось высокой идеологической подготовкой. И здесь определенную роль сыграли вышеназванные  400 с лишним  советских корейцев, посланные в Северную Корею.  Большинство из них возглавляли политические отделы различных организаций, ведомств, высших учебных военных и общеобразовательных заведений. Их пропагандистская работа была успешной еще потому, что они сами являли собой великолепный пример успеха социалистического строя.  Всего 30-50 лет назад родители этих советских корейцев – нищие и  неграмотные крестьяне  пошли в Россию, и вот их дети вернулись  на родину освободителями. Поголовно, имея высшее образование и офицерские чины, чего в Корее могли добиться только дети дворян.

Но откуда им было знать, чем закончится в России эксперимент со строительством социализма, с диктатурой пролетариата и всевластием  одной – коммунистической  партии?  Мы с вами знаем, чем это закончилось.

Концентрация внушительного «военного кулака», добротная идеологическая   обработка в том, что бойцы КНА несут свободу Южной Корее, и фактор внезапности позволили КНДР, прорвать в первые дни войны передовые оборонительные плацдармы Национальной армии РК, захватить  ряд узловых стратегических пунктов  к югу от 38-й параллели. Уже в первые недели войны под контролем правительства Ли Сын Мана оставалось лишь 10 % южнокорейской территории. Но именно эта небольшая часть южнокорейской территории («пусанский периметр») оказалась наиболее «крепким орешком» для измотанной КНА, вынужденной перейти к обороне на рубежах реки Нактонган.

25 июня 1950 г., то есть в первый же день войны, Совет Безопасности ООН принял по настоянию США резолюцию № 82. Она квалифицировала массированные наступательные операции КНА, как акт прямой агрессии против Республики Корея.

А как же Советский Союз? Ведь именно он должен был обратиться в этот международный орган,  поскольку с первого дня корейской войны начал твердить всему миру, что агрессор – Южная Корея?  Но он не только не обратился: его представитель в этот день вообще не присутствовал на  заседании Совета Безопасности ООН. Поэтому  пункт резолюции о том, что  КНДР  должен «немедленно прекратить военные действия и вывести войска на 38-ю параллель» был проигнорирован советской стороной.

27 июня 1950 г. СБ ООН в экстренном порядке проводит новое заседание по корейскому вопросу и принимает резолюцию № 83. В ней констатируется, что Северная Корея, совершив акт агрессии против Южной Кореи, проигнорировала призыв ООН остановить свои боевые операции и отвести войска на 38-ю параллель. В резолюции подчеркивалось, что «нужны срочные меры военного характера, принимая во внимание призыв Республики Корея о принятии немедленных и эффективных мер для обеспечения мира и безопасности» на Корейском полуострове. Далее СБ ООН рекомендовал «государствам – членам ООН предоставить Корейской Республике помощь, которая необходима для восстановления международного мира и безопасности».  И в этот же день  президент США, не дожидаясь принятия резолюции,  отдает приказ американским военно-воздушным и военно-морским силам поддержать южнокорейскую армию.

 7 июля 1950 г. СБ ООН вновь при отсутствии советского представителя принимает резолюцию № 84, которая санкционирует  вооруженное вмешательство  «Войск ООН» во внутриполитический конфликт в Корее и уполномочивает Объединенное командование по своему усмотрению пользоваться флагом ООН во время операций против вооруженных сил Северной Кореи наряду с флагами различных государств, участвующих в операциях. Резолюцию Совета Безопасности поддержали 53 государства – члена ООН.

 В первой линии ударных северокорейских частей действовала 105-я бронетанковая дивизия, оснащенная советскими танками Т-34, многими из которых управляли и командовали этнические корейцы из СССР, бывшие трактористы и механизаторы из Узбекистана и Казахстана. Примерно в 34 милях к югу от Сеула, у небольшой деревушки Осан, войска КНА в начале июля 1950 г. впервые непосредственно столкнулись с морской пехотой США, которая 1 июля высадилась в аэропорту г. Пусан. Вот как описал это  сражение американский военный историк У. Стьюк: «Четыреста пехотинцев американской ударной группы Смита залегли в ожидании противника на возвышенностях, расположенных вдоль главной дороги, менее чем в трех милях от деревни. В 8:16 утра американская артиллерия, расположенная позади линии обороны, открыла огонь по танкам. Затем обнаружила себя и пехота, передовые ряды которой открыли огонь из противотанковых ружей и реактивных гранатометов. Но танки не остановились и не повернули назад. Хотя четыре из них были повреждены и вышли из строя, остальные двадцать девять машин прорвали американскую линию обороны. За ними шли еще три танка и два полка северокорейской пехоты. К вечеру американцы беспорядочно отступали по размытым дождями холмам и рисовым полям».

В моем автобиографическом очерке «Там, где плачет жаворонок» есть такие строки:

 «В бою под Осаном погиб  полковник Ан Дон Су, бывший бригадир тракторной бригады Нижнечирчикского района Ташкентской области. Именно его танк первым ворвался в Сеул, и в этом бою тоже шел в голове колонны, своим примером воодушевляя остальных. Отважный полковник был удостоен посмертно звания «Герой КНДР» за №1.

В 80-х годах, будучи корреспондентом межреспубликанской газеты, мне довелось встретиться с вдовой героя, которая жила в колхозе «Заря коммунизма» Нижнечирчикского района Ташкентской области. Так получилось, что Ирина Николаевна Тен не смогла выехать в Корею к мужу из-за рождения ребенка, а потом началась война. Не довелось ей больше встретиться с любимым, или хотя бы поплакать на его могиле, поскольку и могилы-то его нет. Лишь в Пхеньянском военном музее  стоит бронзовый бюст  человека, чей геройский подвиг казался нам в детстве образцом патриотизма и любви к родине. И вот спустя годы я смотрел в печальные глаза  одинокой женщины и  думал – за что погиб ее муж в далекой Корее?»

Как же так получилось, что победоносная Корейская народная армия, завоевав почти 90 процентов территории южан, вдруг стала откатываться назад? Советские и северокорейские историки  объясняли нам так, что, дескать,  против корейского народа  действовали   интервенты  многих стран, не говоря о том, что США задействовали все  сухопутные, военно-воздушные и военно-морские силы, находившиеся в районе Тихого океана. Что это не могло не изменить соотношения сил. И вскользь отмечалось, что  интервенты высадили десант в районе Инчхона, в тылу у КНА.

Между тем, об этой выдающейся военной операции, изменившей ход Корейской войны, стоит сказать особо. 15 сентября 1950 г. в глубоком тылу КНА в районе портового города Инчхон (ранее Чемульпо) США осуществили внезапную высадку крупного войскового десанта, поддерживаемого почти 230 боевыми кораблями ВМС и 400 самолетами. Оборона КНА, состоявшая здесь всего лишь из 3–4 тыс. солдат и офицеров, была мигом сметена американскими войсками.  Одновременно с этим  на Пусанском плацдарме  войска ООН начали контрнаступление. В этом наступлении было задействовано 10 дивизий  общей численностью 160 тысяч человек. При поддержке 500 танков, 1600 орудий и  тысяча самолетов  объединенные силы формировали реку Нактонган  и стали стремительно продвигаться к Сеулу и через 13 дней освободили его. Две армии КНА, действовавшие на Юге, оказались в окружении.

В такой катастрофической ситуации верховное командование КНА и советские военные советники еще пытаются организовать вывод частей  из окружения и остановить наступление южан. Но их попытки оказываются тщетными.  1 октября  войска ООН выходят  к 38-й параллели,  9 октября  занимают Пхеньян.  К этому времени в составе полуразбитых северокорейских дивизий остается не более 20 % личного состава. Боевые соединения практически лишены средств ПВО, полевой артиллерии, бронетехники.

В середине октября 1950 г. «Войска ООН» вышли на отдельных участках к пограничным с Китаем рекам Туманган и Амнокан. Командование КНА вынуждено было начать срочную эвакуацию своих резервных военных частей в Маньчжурию, на территорию КНР (9 пехотных дивизий, офицерское училище, учебно-танковый полк, остатки авиадивизии с учебным полком и др.). На карту было поставлено само существование КНДР как суверенного государства.  В такой критической ситуации Москва и Пекин принимают решение об оказании непосредственной военной поддержки выдохнувшейся северокорейской армии: Китай – сухопутными войсками, а СССР – военно-воздушными силами.

 25 октября 1950 г. КНР  вводит свои войска на Корейский полуостров. Командующим группировкой китайских войск, названных в целях дипломатического камуфляжа «добровольцами», был назначен один из наиболее опытных и популярных в стране военных деятелей Пэн Дэхуай.

Первоначально в состав группировки китайских добровольцев вошли 5 стрелковых корпусов и 3 артиллерийские дивизии. В целом же Китай задействовал в Корейской войне группировку до 25 армейских корпусов, насчитывающую 900 000 человек.

После переброски в Корею китайских добровольцев во взаимодействии с частями северокорейской армии и при интенсивной поддержке 64-го истребительного авиационного корпуса советских вооруженных сил развернули широкое контрнаступление против «Войск ООН», что вызвало гневную реакцию в военных  кругах США. Командующий «Войсками ООН» Д. Макартур представил Белому дому программу «решительных действий».  Она предусматривала перенос боевых действий на китайскую территорию, массированные бомбардировки стратегических объектов в Маньчжурии, полную блокаду не только северокорейского, но и китайского побережья, перекрытие путей снабжения китайской армии со стороны СССР, масштабное вовлечение в военные действия против КНДР и КНР гоминдановских войск.  И, наконец, ядерные бомбардировки КНДР и КНР. Однако президент Г. Трумэн, госсекретарь Д. Ачесон и министр обороны Д. Маршалл отказались поддержать Макартура и не без веских оснований. «Без сомнения, мы достигли момента, когда надо было принимать серьезное решение. Если бы мы избрали путь разжигания войны в отношении Китая, нам следовало бы ожидать возмездия. Пекин и Москва были союзниками как идеологически, так и по договору. Если бы мы напали на коммунистический Китай, то должны были ожидать русского вмешательства», – писал позднее в своих мемуарах Г. Трумэн.

Региональная война в Корее с прямым вовлечением не только США и их союзников, но КНР и СССР, едва не переросла в третью мировую войну.

После ввода в Северную Корею «китайских добровольцев», как уже было отмечено выше,  24 декабря коалиция КНДР и КНР вышла к 38-й параллели, а 4 января 1951 г. были снова заняты Сеул и Инчхон. Однако через 2,5 месяца  Сеул вновь оказался под контролем несколько окрепших и усиленных «Войск ООН». В дальнейшем северокорейская сторона предприняла попытку нового крупного контрнаступления, но не достигла поставленных целей. К июню 1951 г. фронт вновь  стабилизовался вдоль 38-й параллели, и обе коалиции оказались вовлечены в затяжную и изнурительную позиционную войну.  И Северная, и Южная Корея, попросту говоря, выдохлись. Именно в этот период  предпринимаются первые шаги к мирным переговорам, которые продлятся долгих  два года.   Смерть Сталина неожиданно убыстряет процесс переговоров и, наконец,  наступает долгожданная развязка. 27 июля 1953 г.,  в местечке Пханмунджом, находящемся на 38-й параллели, состоялась встреча штабных офицеров   противоборствующих сторон, которые завизировали Соглашение о перемирии.

31 июля 1953 г., противоборствующие войска, демонтировав оборонительные сооружения переднего края, отошли от линии непосредственного боевого соприкосновения на 2 км, образовав, таким образом, демилитаризованную зону (ДМЗ) шириной в 4 км, на многие последующие десятилетия расколовшие исторически сложившуюся единую корейскую нацию.

Об этой демилитаризованной зоне  известный южнокорейский поэт Пак Бонг У написал такое стихотворение:

Когда лица обращены друг к другу

Без тени доверия

Словно горы, окутанные мглою,

Тишина непременно взорвется,

Подобно вулкану.

И можно ли, зная это, стоять в стороне?

Разве над нами не единое небо в россыпях звезд?

Разве прекрасная наша земля

не хранит все еще дух Когуре

и предания Силы?

Почему же холодом веет от наших пейзажей

И страхом встревожены лица у нас?

 

Вроде кошмарным сном кануло в прошлое,

Время братоубийственной войны.

Но отчего же деревья не выпрямятся?

И пульс в наших венах, как память,

То затихает, то вновь учащается.

А нынче?

 

Неужели ты все же подуешь

Как жало змеи воинственный ветер?

И снова пройдем через ад,

В котором уже побывали? 

И распустившийся белый цветок

Исчезнет как прекрасный миг?

Эти стихи я перевел сам, поэтому прошу извинить за несовершенство перевода. Но общий смысл понятен и, согласитесь, что стихи эти, написанные  в 1956 году, не потеряли своей актуальности и сегодня.

Подписание Соглашения о перемирии прочно вошло в мировую историю середины ХХ в. как проявление трезвой решимости.  Реализм и здравомыслие оказались  выше воинственных устремлений тех, кто добивался продолжения войны до «полной победы», хотя никогда прежде ни в одной из войн прошлого земля Кореи не подвергалась столь опустошительному разрушению.

По-разному оцениваются итоги этой кровопролитной войны. Мне, например, с детства твердили, что КНДР одержал величайшую победу над американо-южнокорейским агрессором и заставил их  пойти на заключение перемирия. Другие говорят о мудрой политике Советского Союза, не позволившему региональному  военному противостоянию перерасти в третью мировую войну. И, наконец, о победе «Войск ООН» под командованием  вооруженных сил США. Думаю, правы те, кто считает, что в этой войне нет, и не могло быть, «выигравших». Есть одни «проигравшие».

В самом большом катастрофическом проигрыше оказался корейский народ.  Общее число корейцев (убитых, искалеченных и пропавших без вести) составило около 3 млн. человек, что соответствует одной десятой населения полуострова того времени. Примерно 10 млн. корейцев война разлучила со своими семьями, а 5 млн. человек стали беженцами. Суммарный материальный ущерб двух Корей по самым скромным подсчетам  превысил 3,7 млрд. долларов. При этом на полуострове было полностью разрушено промышленное производство, превращены в руины и пепелища более 600 тыс. домов. Международная статистика корейской войны весьма противоречива. Но многие зарубежные и российские исследователи пришли к выводу, что, на самом деле, общее число погибших и искалеченных (военных и гражданских) в этой войне достигло 5,5 млн. человек, т. е. вполне сопоставимо с жертвами войны мирового характера. Одновременно независимые от Пекина и Пхеньяна источники утверждают, что общее число боевых потерь северокорейско-китайской стороны (убитыми, ранеными, пленными) составило 2 млн. человек солдат и офицеров. В свою очередь, по данным северокорейских источников, общее число потерь «Войск ООН» в корейской войне (убитых, раненых, плененных) составило 1,56 млн. человек, что является наивысшим для США и их союзников показателем во всех региональных войнах второй половины ХХ в.

На фоне этих трагических показателей вряд ли возможно выдвигать гипотезу о т. н. победе в войне, которая отбросила обе Кореи на уровень даже ниже колониального положения народа в период Второй мировой войны. Процесс объединения, то есть то, ради чего велась война, оказался отброшен на многие десятилетия: шестьдесят пять  лет прошло со дня начала войны, а о мирном объединении приходится все еще только мечтать.

Но уроки той страшной войны не оказались напрасными. Какие бы конфронтации не были за эти годы, ни одна из них не привела к новой войне.  При нынешнем развитии  оружия массового поражения военное столкновение было бы настоящим безумием.

Процесс объединения, хоть и с трудом, но продвигается вперед.  Есть совместная экономическая зона, проводятся культурные и спортивные мероприятия двух стран,  археологические раскопки. Свою лепту  могут внести и вносят корейцы СНГ. Взять прошлогодний международный автопробег в честь 150-летия добровольного переселения корейцев в Россию,  венцом которого явилось пересечение 38-параллели, на что дали «добро» и КНДР и Республика Корея. Примечательно, что в нем участвовал и экипаж корейцев из Узбекистана во главе с Кваком Василием, который написал и издал книгу об этом автопробеге под названием «Там, за Туманганом». В предисловии есть такие строки:

«Автопробег «Россия – Корея 2014», в котором я, неожиданно для себя, решил принять участие в начале июля, виделся мне поначалу просто как трудное и увлекательное  путешествие, достойное мечты каждого мужчины.  Но уже первые шаги в составе команды заставили  задуматься о высоких целях данного проекта – одного из ключевых в праздничных мероприятиях в честь 150-летия добровольного переселения корейцев  в Россию и 130-летия установления  дипломатических отношений между Россией и Кореей. Способствовать укреплению единства народа в многонациональной Российской Федерации (а также в республиках Средней Азии), составной частью которого стали мои соплеменники  и  внести свой вклад в мирное объединение исторической родины. Что может быть благороднее этой задачи?

Как я узнал потом, идея проведения автомарафона родилась давно, но не было условий для ее осуществления. Всякий раз возникали различного рода трудности, как организационные, так и чисто технические. Преодолев их, сталкивались с непроходимой стеной – границей, разделяющей Юг и Север Корейского полуострова. Именно так произошло в 1992 году, когда группа энтузиастов, среди которых был и нынешний командор автопробега Эрнест Николаевич Ким,  добралась до приграничной реки Туманган и вынуждена была повернуть обратно.

На сей раз дело было поставлено на прочную основу. Инициативу Общероссийского объединения корейцев поддержали Министерство регионального развития и Министерство культуры РФ, Ростуризм, Русское географическое общество, Национально-культурная автономия корейцев Московской области. В качестве организаторов автопробега они заручились поддержкой посольств двух корейских государств, а также посольств среднеазиатских республик в Российской Федерации. То есть, была проведена большая подготовительная работа на правительственном уровне, и все вопросы были согласованы.

 Маршрут автопробега был специально проложен через республики Средней Азии. Ведь именно сюда в 37-м году депортировали всех  корейцев с Дальнего Востока, и местное населения приняло их, делясь  хлебом и кровом. Именно здесь переселенцы проявили примеры героического труда,  и упорного стремления к знаниям, что позволило им стать одной из самых образованных национальностей на нашей планете.  

Встреча  участников автопробега в Ташкенте стала не только яркой иллюстрацией радушия и гостеприимства, но и живым примером эффективности народной дипломатии. На приеме, устроенном председателем АККЦУз Виктором Николаевиче Паком, впервые за одним столом сидели    посол Республики Корея Ли Ук Хен и временный поверенный в делах КНДР в Узбекистане Ли Хак Му.

Никогда не забыть, с каким  волнением мы ступили на родину предков, где, первым делом,  отдали низкий поклон от имени всех коре сарам, живущих на постсоветском пространстве. Вспоминая при этом и своих родителей, дедушек и бабушек, всю жизнь  мечтавших побывать на родине. Но самым ярчайшим моментом автопробега, его звездным часом было пересечение 38-й параллели.  Никогда раньше власти Севера и Юга не давали  такого  разрешения группе зарубежных корейцев.

Мы проехали через всю Россию, Среднюю Азию и  Корейский полуостров. Везде нас встречали с истинным радушием, как встречают родных и близких. И везде мы говорили о мирном объединении. Трудно и медленно идет процесс сближения, но, главное, он идет. И наш автопробег является тому живым  свидетельством и реальным вкладом  в единение Кореи”.    

Сегодня Василий Квак заслуженно  представлен в члены нового созыва Регионального комитета по мирному демократическому объединению Кореи в Узбекистане  и  находится в этом зале. Поприветствуем его.

Корейцы всего СНГ  участвуют, как и мы, во многих мероприятиях  региональных комитетов по мирному объединению Кореи, деятельность которых  активизировалась в связи  с новыми инициативами  нынешнего президента Республики Корея госпожи Пак  Кын Хе в решении этого важного вопроса. Например, в прошлом году впервые российский уголь пришел в Республику Корея через северокорейский порт Раджин.  И может,  не  далек тот день, когда железные рельсы  Юга и Севера Кореи сомкнутся с выходом на  транссибирскую  магистраль, которая соединит их с Европой  самой кратчайшей дорогой.

Бытует мнение, что сильные державы не хотят  и не дадут объединиться Кореи. Возможно, политика вещь сложная. Но возьмите  Германию, чей пример объединение можно принять за образец. Все немцы были настолько одержимы  идеей воссоединения, что даже такой одиозный режим, как коммунистический,  не смог устоять и дал согласие.  Есть и другие примеры, когда воля, упорство и стремление народов преодолевали любое препятствие, и разделенные страны смогли обрести долгожданное единение.

Наш  вечер памяти примечателен еще и потому, что сегодня, здесь, за одним столом сидят дети и внуки тех  корейцев, которые воевали на стороне КНДР, и дети и внуки граждан Республики Корея, которые, естественно, воевали за свою страну. Что бы ни случилось на этой горестной земле, какие бы злыеполитические ветры не стали бушевать над нами, мы уверены в одном, что ни мы, ни наши дети и внуки никогда не поднимут  оружия друг против друга.

Мне хотелось бы, чтобы сейчас каждый из нас минутой молчания почтил память всех павших в той страшной братоубийственной войне. Прошу всех встать… Прошу садиться.

 И последнее – хочу  пожелать вам, вашим близким и всем нашим соплеменникам мира, чтобы никогда на корейской земле больше не повторилась такая страшная  трагедия.

Да здравствует мирное объединение Кореи! Спасибо за внимание.   #

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »