Долго будет Карелия сниться

a905c0ae-f366-44be-9a8f-b857e6df18a9В журналистику приходят по-разному. Одни – умудренные жизненным опытом, другие – по призванию, чуть ли не с детства. К последним относится наш ташкентский коллега Геннадий Иванович Лю.
Откуда взялась его страсть к чтению и увлеченность историей и философией? И вообще неистовая любовь к русскому языку и литературе? Каковы истоки его становления как журналиста и литератора?
Геннадий принадлежит к послевоенному поколению. Родился спустя почти полтора года после Великой Победы над фашизмом в захолустном голодностепском поселке Верхневолынске. Малыш еще делал первые шаги, когда в этих краях случилось наводнение, и семья переселилась в райцентр Бука Ташкентской области. Родители были сельскими учителями. Отец Иван Николаевич долгое время возглавлял педагогический коллектив здешней школы №32 имени М. Ломоносова, где он преподавал уроки русского языка и литературы. Мать Любовь Федоровна Хорунжая вела те же предметы. Дома и в школе они привили сыну наследственную тягу к знаниям, что впоследствии привело его на филологический факультет ТашГУ (ныне Национальный университет).
В те времена существовал строгий порядок: выпускников, аттестовав на военной кафедре университета, призывали в армию, и военная судьба «распределила» Геннадия Лю в Белорусский округ, где он дослужился до старшего лейтенанта в знаменитой 120-й Рогавеческой дивизии.
Когда подоспел «дембель», однополчанин и друг Геннадия Эмиль Львов уговорил Лю уехать в Карелию, и наш коллега – романтик по натуре с детства – оказался в краю бесчисленных озер, березовых рощ и сосновых лесов, воспетых в популярной музыкальной композиции Пахмутовой.
Больше всего Геннадий прикипел душой к лесникам и лесоповальщикам. Начал писать заметки, репортажи и очерки в районную газету «Беломорская трибуна», куда его вскоре пригласили литсотрудником. Именно там, добираясь до героев своих газетных материалов на тягачах и грузовиках, подчас пешком по пояс в снегу, узбекистанский кореец Лю набивал путевые блокноты, оттачивал перо журналиста-аграрника.
Опыт общественной и организаторской деятельности ему пригодился и впоследствии, когда Геннадий Иванович возглавил Ташкентский филиал Санкт-Петербургского журнала «Коре сарам», создавал вместе с молодым коллегой Брутом Кимом газету узбекистанских корейцев «Коре синмун». Закономерным стал и следующий этап его журналистской работы: десять лет назад его назначили заместителем главного редактора старейшей в регионе русскоязычной газеты «Правда Востока», а вскоре он был удостоен ордена «Дустлик».
Лучшие очерки о сельских тружениках Узбекистана вошли в его книгу «Модель Мадиярова», исторические и литературные изыски автора превратились в документальную повесть «Золотое перо Кореи», посвященную драматической судьбе поэта Чо Мёнг Хи и выпущенную два года назад издательским домом «Ижод дунёси» в Ташкенте. По словам автора предисловия этого исследовательского труда народного поэта Узбекистана Александра Файнберга, небольшую по объему книгу можно расценить как изящно выполненный памятник поэту и мученику.
Стилистом в лучшем понимании этого слова называют сегодня Геннадия Лю, отдавая дань уважения таланту журналиста и литератора, неистового рыболова и любителя настольного тенниса, романтика и вечного юноши, в душе которого долго живут карельские озера и березы, сырдарьинские плёсы и сеульские рассветы. Всё это – лишь штрихи к портрету нашего коллеги, которому, трудно поверить, уже шестьдесят…
Шахабутдин ЗАЙНУТДИНОВ.
Фото из архива автора.
Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

1 комментарий

  • светлана борисовна ли:

    Подпишусь под каждым словом автора про Геннадия Ивановича Лю. Я работала с ним в республиканской газете, где он был заместителем главного редактора. К тому, что написал Шахабутдин Зайнутдинов могу лишь добавить – Геннадий Иванович относится к числу тех редких людей, чей талант в журналистике равен редкому дару быть человеком. Обостренное восприятие жизни и людей. Умение в любой ситуации оставаться чутким и понимающим, часто в ущерб себе. О таких, как Геннадий Иванович Леонардо да Винчи сказал – талант только тогда талант, когда человек во всем талантлив, проще говоря, во всем на уровне своих талантливых материалов, повестей и романов.

Translate »