Е.А. Серебряков. Женщина в конфуцианской традиции

Шицзин (詩經 кор. Сигён) – «Книга песен», китайская антология из 305 поэм, датируемых в основном эпохой Чжоу (XI–VI вв. до н. э.), объединившая практически все поэтическое наследие древнего Китая. Ее содержание было тесно связано с дворцом как местом пребывания правительства и всех главных государственных и религиозных торжеств и зрелищ. Входила в «Пятикнижие» (Уцзин 五經, кор. Огён), которое наряду с «Четверокнижием» (Сышу 四書, кор. Сасо) вплоть до конца XIX в. являлось основой традиционного конфуцианского образования. В Корее значение этой книги особенно возросло в период Чосон (1392-1910), когда господствующей идеологией и религией стало неоконфуцианство.

6456-120qg61950

По материалам досунских комментариев к “Шицзину”

Русские и советские китаеведы В.П. Васильев, В.М. Алексеев, Н.И. Конрад, Н.Т. Федоренко, Л.Д. Позднеева и другие довольно обстоятельно показали, как конфуцианские комментаторы произвольно придавали песням “Шицзина” дидактический характер. Приведя фрагменты из “Предисловия”, написанного до начала I в., Н.Т.Федоренко замечает: “Ознакомление с текстами соответствующих произведений “Книги песен” показывает, однако, что подобные толкования и объяснения часто произвольны и не соответствуют действительному смыслу этих поэтических произведений. Здесь объективный анализ конкретного содержания поэтических произведений древней китайской любовной лирики конфуцианскими схоластами подменяется явной тенденциозной схемой, обусловленной идейными воззрениями господствующей династии” /8, с.57/. Выполненный А.А.Штукиным перевод памятника и опубликованные исследования ставят целью воссоздать присущий песням фольклорный характер. Вместе с тем в советских работах наблюдается стремление проникнуть в специфику китайского восприятия поэтического слова, учитывать историчность читательского отношения к “Шицзину”.”Ведь ученики Конфуция видели в них /песнях “Шицзина”/ нечто совершенно иное: иносказание о взаимоотношениях государя и подданного, мужа и жены, старшего и младшего” /4, с.23/.

Издание “Мао ши чжэнъи” /”Книга песен” в списке Мао, правильно истолкованная/, содержащее “Большое предисловие”, “Малое предисловие”, комментарии Мао Чана /П в. до н.э./, Чжэн Сюаня /127-200/ и Кун Инда /574-648/, дает возможность выяснить позицию конфуцианских толкователей песен в вопросе о роли и месте женщины в семье и обществе. Любопытно, что в комментариях довольно часто идет речь о духовных качествах и поведении жен правителей государства, об их влиянии на нравственное состояние общества. Можно указать несколько факторов, определивших интерес конфуцианских комментаторов к духовному облику государыни. Во-первых, конфуцианцы, видевшие в природе и общественной жизни взаимодействие двух начал – темного инь и светлого ян, никогда не умаляли и важности начала инь и стремились выявить его конкретное воплощение и функционирование. А государыня как раз и олицетворяла силу инь, в то время как сам государь воплощал начало ян. “В китайской космогонии взаимопроникновение и круговращение двух начал начинается именно с инь” /4, с.82/, поэтому и считает И.С.Лисевич закономерным обращение автора “Большого предисловия” прежде всего к оценке достоинств государыни. Вторым фактором было восприятие конфуцианцами семьи как основы и модели государства. От поведения женщины в семье правителя страны зависело многое в государстве, поскольку, по конфуцианским представлениям, дом государя являл собой образец для подданных. “Семья следует принципу гуманности, и во всем государстве процветает гуманность. В семье соблюдают учтивость, и по всей стране царит учтивость. А честолюбие и порочность одного человека может повергнуть в смуту все государство”, – говорится в “Да-сюе” /2, с.20/. В-третьих, комментаторам на примере песен “Ши-цзина” было важно рассмотреть взаимоотношения мужа и жены, поскольку конфуцианское учение относит проблему взаимных обязательств людей в обществе к числу наиболее существенных. Известно, что для регулирования поведения людей конфуцианцы установили пять типов взаимоотношений, которые в совокупности определяли социальные действия человека. “Это взаимоотношения между правителем и подданным, отцом и сыном, мужем и женой, старшим братом и младшим, между друзьями”, – сказано в “Чжунъюне” /9, с.30/. В комментариях к песням “Шицзина” в первую очередь обращается внимание на взаимоотношения мужа и жены. В-четвертых, в “Шицзине” конфуцианцы находили подтверждение идее о том, что неумение правителя упорядочить отношения в семье служит причиной упадка государства. Философ Мэнцзы напоминал, что на встрече в 651 г. до н.э. в Куйцю владетельные князья посчитали необходимым договориться о соблюдении пяти заповедей, первая из которых гласит: “Казнить непочтительных сыновей; не переменять наследников и не делать наложницы законною женою” /6, с.220/. Философ предостерегал, что при своевольном назначении наследником то одного сына, то другого возникают смуты. Когда же наложница занимает место законной жены, к власти приходят побочные сыновья, что вызывает распри. Песни “Шицзина” служили для конфуцианских комментаторов поводом порассуждать об опасностях, которые подстерегают правителя при нарушении правил общения с женщинами. В-пятых, следует учитывать, что древние конфуцианцы придавали огромное значение непосредственному окружению государя, полагая, что близкие к правителю люди способны оказывать на него большое воздействие. Конфуцианцы прежде всего вели речь о мудрых и добродетельных советниках, типа идеального Чжоу-гуна, но не оставляли без внимания и женщин, находящихся при дворе. Поскольку роль женщины оценивалась в социальном плане, внимание сосредотачивалось на двух типах общественных женских ролей – государыни и наложницы. Именно государыня и придворные красавицы имели возможность оказывать влияние на решение важнейших вопросов о престолонаследии, о выдвижении и изгнании крупных чиновников. В-шестых, сказывалось желание конфуцианцев ввести рациональные законы, регламентирующие поведение правителя и находящихся при дворе женщин. “Разум, рациональное в человеке и его мышлении было поставлено на огромную высоту: именно мудрость, ум мудреца, в сочетании с добродетельностью, которая опять-таки производна от его мудрости, превратились в вершину, к которой всегда следовало стремиться. Чувства же, эмоции человека были сильно принижены и ослаблены. Чувства следовало подавлять, как нечто низменное, неподконтрольное разуму, инстинктивное, потому не очень надежное” /I, с.108/. В сфере взаимоотношений правителя с женой и наложницами как раз и возникали эмоциональные переживания, которые могли помешать выполнению социальных ролей как правителю, так и приближенным к нему женщинам. Конфуцианцы понимали, что любовное увлечение государя и честолюбивые помыслы женщин могут привести к нарушению существующих законов наследования власти, к пренебрежению интересами государства. В-седьмых, начав свои рассуждения со слов о государыне, комментаторы “Шицзина” следовали привычной логике: “от близкого идти к далекому” /5, т.1, с.37/. Понять отношения в семье было важно конфуцианцам, потому что так начинался путь к познанию принципов управления всей страной. В-восьмых, нельзя забывать, что многие песни “Шицзина” носили лирический характер и передавали переживания женщины, поэтому сам текст открывал перед конфуцианскими комментаторами возможность вести речь о значении женского начала в социальной реальности.

Комментаторы “Шицзина” главным образом рассуждали о духовном облике и поведении государыни и жен владетельных князей. Каким же представлялся конфуцианским ученым идеал жены правителя? В толкованиях песен”Шицзина” в большой мере, чем в других памятниках конфуцианского канона обосновывалась идея о том, что государыня, подобно верховному правителю, наделена особой магической добродетельной силой дэ, которая воплощала идущие от Неба высшие начала и обладала преобразующей энергией. В “Предисловии” читаем: “Песня “Встреча невесты” о силе дэ государыни” /5,  т.1, с.36/. По мысли комментаторов, от государыни многое зависит в жизни страны. Государыня отнюдь не пассивный член правящей семьи, не порабощена волею супруга, она необходимый помощник мужа, призвана выполнять важные для семьи и государства обязанности. К строкам “Песни забытой жены”: “Солнце и месяц, вы свет, земле// Шлете, плывя в вышине!” /10, с.40/ комментатор давал пояснение: “Солнце днем светит, луна ночью, поэтому одинаково излучают свет на лежащую внизу землю. В этом заключен намек на правителя и на его супругу. Государь наблюдает за управлением во вне дворца, супруга следит за делами во внутренних покоях. Должны обладать общей добродетельной силой дэ и одинаковыми помыслами, тогда будут успешно утверждать порядок в государстве. Это и есть их нормальный Путь-дао” /5, т.1, с.190/. Строки: “Солнце и месяц, радует нас// Вашим восходом восток!” /10, с.40/ так комментировались: “Восходящее солнце и полная луна оба поднимаются с востока. Говорится, что во время полнолуния ночное светило имеет общее с солнцем. Здесь параллель с государем и его супругой. При должном поведении государя и полноте сил государыни оба они занимаются делами государства. Когда государыня в расцвете сил, она должна быть вместе с государем. Это и есть их норма поведения” /5, т.1, с.191/.

Мудрый правитель понимает высокое назначение жены и старается выбрать себе достойную пару, постоянно заботится о соблюдении правил поведения в своем доме. Традиция утверждала, что в песне “Встреча невесты” воссоздана жизненная ситуация, связанная с именем почитаемого чжоуского государя Вэньвана /ХII в. до н.э./, который якобы в полной мере обладал добродетельной силой дэ и смог оказать облагораживающее влияние на всю Поднебесную. “Началом благотворного влияния Вэньвана явилось обретение государыней прекрасной силы дэ. Осуществление облагораживающего воздействия Вэньван начал со своей жены” /5, т.1, с.37/.

“Вэньван утвердил порядок в своем доме, а затем распространил его на свое государство. Это и было началом исправления нравов” /5, т.1, с.53/. Свадебная песня “Встреча невесты” трактовалась как воплощение конфуцианских идей об истинном поведении государя и его супруги. В книге “Дасюэ” приводилась мысль: “Для того, чтобы правильно управлять государством, необходимо прежде всего утвердить порядок в семье. Это означает, что невозможно учить других, когда не можешь преподать урок своей семье. Поэтов правитель, не покидая своего дома, поучает всю страну” /2, с.19/. Эти рассуждения подкрепляются ссылкой на “Песнь о невесте” и делается вывод: “Научишь порядку своих домочадцев и потом сможешь научить жителей государства” /2, с. 21/.

По убеждению конфуцианских комментаторов, идеальную супружескую пару отличают согласие и одинаковое понимание долга. Вместе с тем, в комментариях постоянно указывалось на необходимость помнить о существующих различиях в обязанностях мужа и жены. “Если есть различия в обязанностях супругов, то между отцом и сыном воцаряется любовь. Если отец и сын близки, то отношения господина и подданного основываются на уважении. Если между господином и подданным уважительные отношения, то правящий дом на правильном пути” /5, т.1, с.55/. В рассказе о старой женщине из Цюйво, содержащемся в “Ленюй чжуань”, песня “Встреча невесты” вспоминается как поучение всегда помнить во имя порядка в государстве о различиях в обязанностях мужчин и женщин /3, цз. 3, с.27/.

Нравственный облик супруги во многом зависел от поведения главы семьи, но и жена была призвана оказывать благотворное влияние на супруга. В “Малом предисловии” к песне “Слышу, давно уже пропел петух… ” сказано: “Князь Айгун распутничал и забросил дела управления, поэтов в песне рассказывается о мудрой супруге /древнего правителя/, добродетельной женщине, которая на исходе ночи наставляет мужа и являет пример, как жена должна добиваться совершенства супруга” /5, т.2, с.455/. В песне “Великая светлая добродетель” воспевается князь Цзи и его жена, породившая мудрого Вэньвана: “Супруга и князь Цзи поступали только в согласии с добродетельной силой дэ” /5, т.4, с. 1304/. Комментатор поясняет: “Речь идет о том, что будучи супругой /принцесса Жэнь из земель Чжи/ вместе с князем Цзи была преисполнена добродетелью. Они следовали принципам гуманности и долга и были согласны в своих помыслах. Видно, что жена помогала мужу, поэтому и говорится о согласии между ними”. /5, т.4, с.1305/. По конфуцианским представлениям, правитель и его жена должны быть мудрыми в поступках и не подпадать под власть эмоций. В этом смысл суждения Конфуция о песне “Встреча невесты”, в которой якобы говорится о поведении супруги Вэньвана. Песня выражает веселье без излишества и печаль, не переходящую в сокрушение” /7, с.220/. Среди конфуцианских нравственных норм ли /ритуал/ был одним из главенствующих и любопытно, что соблюдение или нарушение правил поведения государем зависели и от духовного облика государыни. В комментариях нередко говорится, что подданные надеются на появление добродетельной государыни, которая сможет возвратить на истинный путь правителя, забывшего свой долг. В таком духе трактуются даже песни, в которых по мнению комментаторов осуждается князь Юван /781-770 гг. до н.э./. Конфуцианцы полагали, что этот правитель увлекся красавицей Бао Сы, забросил государственные дела и был убит варварами, захватившими его столицу. “В “Малом предисловии” к песне “Радость новобрачного” дается такое объяснение: “Крупный сановник обличает князя Ювана. Бао Сы была ревнива, способствовала продвижению на высокие посты людей, лишенных нравственных достоинств. Клевета и козни разрушали государство. Милости и добродетельное воздействие силы дэ не распространялись на простых людей. Жители государства Чжоу мечтали о времени, когда супругой государя станет мудрая женщина” /5, т.4, с.1169/.

Правление Ювана так воспринималось конфуцианскими комментаторами: “Князь Юван взял в жены женщину из земель Шэнь, стала она государыней. Но затем приблизил к себе Бао Сы, а государыню изгнал. Этот поступок оказал воздействие на его подданных: наложницы становились супругами, побочные сыновья занимали место законных. Князь не был способен навести в стране порядок” /5, т.4, с.1246/. Даже при подобной ситуации конфуцианцы считали, что достойная женщина способна оказать облагораживающее влияние на государя. В “Малом предисловии” к песне “Есть у восточных ворот водоем” говорится: “Выражена тревога о погрязшем в разврате правителе и желание видеть супругой государю мудрую женщину” /5, т.2, с.613/. Строкам: “Есть у восточных ворот водоем, // И коноплю можно вымочить в нем” /10, с.167/ дается толкование: “Вымачивают коноплю для того, чтобы спрясть нитки и сшить одежду. Здесь намек на достойную женщину, которую отличают нравственная чистота и мудрость. Подобная супруга может мягкостью и покорностью побудить государя исправить ошибки в правлении и обрести добродетельную силу дэ” /5, т.2, с.613/. “Господин предался разврату, но люди надеются, что мудрая женщина станет его супругой и под ее влиянием он вновь станет достойным государем” /5, т.2, с.614/.

Анализ комментариев к песням “Шицзина” показывает, что выбор правителем супруги рассматривался как важный для судьбы государства шаг, не уступающий, а может и превосходящий по своему значению действия государя по выдвижению на высокие посты дальновидных и честных сановников. В “Малом предисловии” к песне “Девушка вместе со мной в колеснице” сказано: “Жители царства Чжэн порицают наследника Ху, который не вступил в брачный союз с царством Ци. Наследник Ху некогда прославил себя заслугами перед царством Ци и циский хоу предложил ему в жены дочь. Циская дочь мудра, но Ху от нее отказался. Поэтому он не получил поддержки со стороны большого царства Ци и дело дошло до того, что он был изгнан из своего государства” /5, т.2, с.412-413/. Комментаторы осуждают князя Ху прежде всего за то, что он не понял важности установления родственных связей с сильным царством Ци. Однако следует обратить внимание на то, что порицается и неспособность князя оценить достоинства дочери правителя Ци. По мнению комментаторов, песня воспевает красоту и мудрость девушки. Строку:             “Добрую славу о ней навсегда сбережем!” /10, с.103/ Чжэн Сюань поясняет: “В последующих поколениях будут передаваться ее Путь-дао и добродетельная сила дэ” /5, т.2, с.415/. Причина отказа князя от брака с достойной девушкой лежит в его нравственной ущербленности, которая проявилась также в его недальновидном приближении к себе своекорыстных и равнодушных сановников. Не случайно, о песне “На горе растут кусты” в “Малом предисловии” сказано: “Порицается князь Ху. Те люди, которые им воспринимались как прекрасные, на самом    деле таковыми не были” /5, т.2, с.415/.

Комментарий  пояснял: “Он не использовал мудрых, а напротив прибегал к помощи людей ничтожных” /5, т.2, с.415/. С точки зрения государственной власти брачный союз правителя имел такое же значение, как и его непосредственное чиновничье окружение.

В конфуцианском учении многое направлено на воспитание у женщины покорности мужу, на ограничение сферы ее интересов, однако предъявляемые к супруге правителя страны высокие требования оставляли ей возможность в определенной мере осознавать себя личностью, индивидуальностью, что не могло не сказаться на ее отношении к своей роли в духовной и социальной жизни.

БИБЛИОГРАФИЯ

  1. Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае. М., 1970.
  2.  Дасюе. – Сышу цзичжу /Комментированное издание “Четверокнижия”/ T.I. Пекин, 1957.
  3. Ленюй чжуань /Жизнеописания знаменитых женщин/ – Сыбу бэйяо. Т. 46, Шанхай, 1936.
  4. Лисевич И.С. Литературная мысль Китая. М., 1979.
  5. Маоши чжэнъи /”Книга песен” в списке Мао, правильно истолкованная/. – В серии “Шисань чжу шу /Комментированное издание тринадцати канонических книг/. Т.1-1У. Пекин, 1957.
  6. Попов П.С. Китайский философ Мэнцзы. СПб, 1904.
  7. Попов П.С. Изречения Конфуция. СПб, 1910.
  8. Федоренко Н.Т. “Шицзин” и его место в китайской литературе”. М., 1958.
  9. Чжунъюн. – Сыщу цзичжу. T.I. Шицзин. М., 1957.

 

***

Источник: РАУК – Серебряков Е.А. Женщина в конфуцианской традиции (по материалам досунских комментариев к «Шицзину») // Теоретические проблемы изучения литератур Дальнего Востока. Тезисы XI научной конференции. Ч. II / ЛО ИВ РАН, Вост. фак-т ЛГУ. С. 246-253. Из библиотеки Л.Р. Концевича.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.