Фея Кымган

С возвышенности Курен виднеются вдали в глубоком ущелье восемь озерков, напоминающих разбросанные кем-то жемчужины. С этим прелестным Пхальдамом (Восемь озерков) знаменитых гор Кымган связана лирическая легенда, проникнутая теплотой человеческой души.

Фея Кымгансан

…В далеком прошлом в долине у водоема Курен находился уютный поселок Онню. За поселком возвышалась высокая гора, а перед ней журчал хрустальный ручей. В поселке жила старая вдова с сыном-дровосеком Пау. Парень горячо любил горы Кымган, где он родился и вырос. Каждый год весною он сажал вокруг поселка цветы и растения и заботился о том, чтобы птицы могли спокойно вить гнезда в лесах. Он никогда не рубил живое дерево, собирал только сухие сучья.

Сельчане восхваляли трудолюбивого и сердечного Пау. Это очень радовало его мать. Но она всегда горевала о том, что до сих пор не успела женить сына из-за бедности.

Однажды летом Пау, как обычно, заготовлял дрова в лесу. Вдруг выскочил из кустарника олень. С его задней ноги капала алая кровь. Олень, хромая, подошел к Пау и вдруг сказал умоляющим голосом:

— Охотники преследуют меня. Прошу вас спрятать меня где-нибудь.

Сострадательный парень торопливо развязал вязанку дров и скрыл в ней раненого оленя. Потом он стал продолжать собирать сучья, как ни в чем не бывало.

Через минуту к нему стремглав подбежали несколько охотников.

— Эй, дровосек, не видел ли ты раненого оленя, — спросил один из них.

— Только что убежал вон туда, — ответил Пау, указывая рукой на ущелье.

— Ясно! — Охотники с луками на спине поспешили к ущелью.

Парень вздохнул и вытер пот со лба. Потом развязал вязанку дров и сказал:

— Олень, теперь можешь уйти.

Но перепуганный олень дрожал всем телом, глядя беспомощно на Пау.

— Не беспокойся. Охотники уже ушли далеко.

Пау обнял оленя и положил на траву. Потом оторвал тесемку блузы и перевязал ею рану оленя. Глубоко тронутый сердечным вниманием парня, олень не мог сдержать слез благодарности. Он встал на колени перед парнем и произнес: — Я обязан вам своей жизнью. Не забуду до смерти о вашей теплой заботе. Хочу помочь вам чем-нибудь. Скажите, пожалуйста, если у вас какие-нибудь затруднения.

— Какие тут заботы. У меня нет никаких затруднений. Ну, скорее иди к себе, — слегка подтолкнул Пау ласкового оленя в спину.

Олень не хотел просто так уйти и, сделав ему земной поклон, проговорил:

— Я непременно зайду к вам домой и поклонюсь вашей жене.

Пау засмеялся и сказал:

— Приветствую твой визит. Но, к сожалению, некому тебе будет кланяться. Я еще неженатый.

— Да?! Тогда я могу вам помочь жениться, — сказал олень.

Он подошел ближе к парню и шепнул:

— Пойдете вглубь по этому ущелью, увидите восемь озерков в густых лесах. Каждый месяц 15-го числа с неба спускаются туда феи по радуге, чтобы там купаться и веселиться.

Олень посоветовал Пау спрятаться на берегу озерка и тайком забрать платье-крылья той феи, которая ему понравится больше всех.

— Без платья-крыльев, — продолжал олень, — фея не сможет улететь в небо. Сделайте ей предложение, и она станет вашей женой.

Слова оленя взволновали парня.

— Впрочем, крепко запомните, что нельзя возвращать ей платье-крылья, пока у вас не будет четверо детей, — добавил олень и скрылся в лесу.

Прошло несколько дней. Утром 15-го числа Пау, рассказав матери о словах оленя, отправился в указанное им место. Когда он добрался до глубокого ущелья, перед его глазами открылась чудесная картина восьми, зеркальных озерков, окруженных вечнозелёными деревьями. Восхищенный несказанным пейзажем, парень, замерев, взирал на озерко.

Неожиданно с неба донеслись мелодичные звуки свирели. Ошеломленный Пау спрятался за громадной скалой и взглянул на небо. Звуки свирели все нарастали и вскоре полнеба заняла цветастая радуга. Восемь фей в прелестных платьях-крыльях спустились на озерца по радуге. Они сняли платья и, повесив их на ветки, прыгнули в воду. Они безмятежно купались и веселились на озерке, и Пау, глядевший на это зрелище удивленным взором, не сразу вспомнил совет оленя. Наконец, решившись и таясь, он подошел к дереву и спрятал платье-крылья одной феи, которая понравилась ему больше всех.

Прошло немало времени. Вдруг с неба снова раздались мелодичные звуки свирели. Феи вышли на берег и стали одеваться. Но одна из них все бегала туда-сюда с широко открытыми глазами.

— Ынбер (Серебряная звезда), что случилось с тобой? — спросила старшая на вид фея.

— Сестра, исчезло мое платье-крылья, — ответила та плачущим голосом.

— Что?!

— Исчезло платье-крылья?

С тревогой загалдели фей и бросились искать платье Ынбер. Но его нигде не было.

Между тем в ущелье снова уткнулась радуга, как бы приглашая их на небо.

— Ах, как быть!

— Какая это беда!

Восклицали феи, не зная, что делать.

— Слушай, Ынбер. Мы вернемся и спустим с неба яшмовый фонарь. С его помощью сможешь найти свое платье-крылья. Жди нас 15-го числа следующего месяца, — сказала старшая фея, поглаживая беднягу по плечу.

— Ой, как мне одной оставаться здесь!

— Крепись и жди нас:

Феи поднялись одна за другой на мост-радугу, но Ынбер не могла последовать за ними без платья-крыльев и заплакала.

— Ынбер!

— Ынбер!

Феи звали ее во весь голос, поднимаясь в небо. Бедняга горько плакала, глядя вслед удаляющимся подругам.
Спрятавшийся Пау, глядя на эту картину, чувствовал, как сердце его разрывается на части. Он уже упрекал себя за то, что по его вине фее пришлось расстаться с подругами. Но парню, очарованному красотой феи, не хотелось возвращать ей платье-крылья.

«Я буду заботиться о Ынбер лучше, чем ее сестры. И она наверняка поймет меня», — подумал Пау.

Он осторожно вышел из-за скалы, боясь, как бы Ынбер не испугалась.

— Здравствуйте, девушка, — произнес Пау тихим тоном.

Перепуганная фея обернулась и отступила, вглядываясь в его лицо.

— Успокойтесь. Я дровосек. Живу в поселке у подножия, — сказал парень, не смея даже посмотреть прямо на Ынбер.

— Как вы попали сюда? — спросила фея, не скрывая страха.

— Пришел я сюда заготовлять дрова… Увидя вас одну в таком глухом уголке, не мог уйти… — ответил Пау.

Он покраснел при мысли, что фея, может быть, видит его насквозь. Но все же парень предложил ей:

— Девушка, скоро наступят сумерки. Пойдемте в наш дом. Там у меня старая мать.

У Ынбер не было иного выхода, и ей пришлось согласиться. К тому же с первого взгляда ей показалось, что
парень искренний и добрый. Фея вздохнула и зашагала вслед за парнем.

Так Ынбер стала жить в доме Пау, окруженная теплым вниманием парня и его матери. С течением времени ее все глубже трогала их забота о ней.

«Оказывается, и на земле живут такие сердобольные люди!» — думала она и испытывала еще большую симпатию к парню.

Однажды Пау выложил фее свою душу:

— Ынбер, я спрятал твое платье-крылья. Для тебя я готов даже хватать звезды с неба. Будь моей женой, — сказал он, крепко сжав руки феи.

Ынбер не могла отказаться от его сердечного предложения. Она была очень тронута заботливым вниманием Пау и его матери к ней. Фея склонила голову в знак согласия и ничего не сказала. По ее щекам текли слезы счастья.

Так Ынбер стала женой Пау. Она взяла на себя все домашние хлопоты и аккуратно вела семейное хозяйство.
Незаметно прошло 10 лет, и Ынбер стала матерью троих сыновей. Не было предела радости и счастью в их семье. И ей теперь казалась пустой и никчемной жизнь в небесном царстве, где феи только кушают и веселятся. Тем не менее она лелеяла мечту как-нибудь еще раз одеть платье-крылья, которым она так любила пользоваться в девичьи годы.

Как-то вечером 15-го числа одного из летних месяцев, когда Ынбер разговаривала во дворе с Пау о домашних делах, над горой напротив дома взошла полная луна.

— Ах, какая красивая луна! — воскликнула Ынбер, глядя на нее с глубоким волнением. Перед ее глазами всплыла кристальная река Ынха (Млечный Путь), и вспомнились веселые лица фей-подруг, когда она в платье-крыльях спускалась вместе с ними на горы Кымган и купалась в чистых озерцах. На нее нашла неуемная тоска.

— Слушай, родной. Сохранилось ли мое платье-крылья, которое ты спрятал тогда? — тихо спросила она мужа.

Пау понял состояние жены и ответил:

— Хм, хм… Я совсем забыл об этом платье. Хочешь посмотреть, покажу.

Он пошел в дом, достал платье-крылья, спрятанное в сундуке, и снова вышел во двор.

— Вот твое платье, — сказал Пау, передавая жене платье-крылья и совсем забыв о предупреждении оленя о том, что нельзя ей отдавать это платье, пока у нее не будет четверо детей.

Ынбер очень обрадовалась и прижала платье-крылья к груди.

— Мама, скорее надевай это красивое платье, — затараторил старший сын, держась за юбку матери.

— Наденешь это платье, помолодеешь лет на десять, — пошутил Пау.

Ынбер, не скрывая радости, не спеша оделась в платье-крылья, покружилась в нем и вдруг стала подниматься в воздух.

— Мама!

— Мамочка!

— Маменька!

Растерявшиеся сыновья с криком уцепились за подол ее платья.

Ынбер невольно подхватила их, одного на спину, двоих под мышки, и все выше поднималась в воздух.

— Ах, родная моя! — кричал Пау, протянув к ней руки.

— Ох, дорогой мой, — восклицала Ынбер. Пау кричал до хрипоты, но все было напрасно, она исчезла в небе.
«Что делать? Почему я, дурак, забыл слова оленя», — каялся он, но было уже поздно.

Горесть тяжелой утраты не давала Пау покоя. Перед его глазами постоянно вставали лица любимой жены и милых детей, которые радушно встречали его у калитки, когда он возвращался домой после работы.

Однажды он пошел в лес за дровами. Он присел на траву и всматривался в голубое небо, думая о родных. По его щекам струились слезы. Неожиданно выскочил на опушку леса олень и подошел к нему. Это был тот же олень, которого он спас от охотников.

— Откуда ты милый?! — радостно крикнул Пау и обнял оленя за шею.

Он рассказал ему о том, что случилось с его семьей. Выслушав Пау, олень с сочувствием сказал:

— Не было бы этой беды, если бы вы не забыли мои слова.

Олень задумался, потом сказал:

— Не горюйте. Думаю, можно будет встретиться с Ынбер и тремя детьми.

Олень поведал, что после того, как 10 лет назад Пау спрятал платье-крылья Ынбер, феи больше не спускаются на озерцо, а черпают из него воду с неба серебряным ведром. Так что можно попасть в небесное царство, если сесть в это ведро.

— Завтра как раз 15-е число, когда они черпают воду. Сделайте так, как я вам советую, — сказал олень и ушел.
На следующий день ранним утром Пау отправился в ущелье, где расположено восемь озерков, и стал ждать, сидя на берегу. Вдруг с шумом спустилось с неба огромное ведро с цепью. Когда серебряное ведро с водой начало подниматься в воздух, то Пау быстро влез в него.

«Мама, вернусь я с Ынбер и сыновьями», — поклялся он, обратив на прощание взор в сторону своего поселка Онню.

Тем временем Ынбер, снова оказавшаяся спустя 10 лет в небесном царстве, проводила дни в тяжелых переживаниях. Разумеется, феи обрадовались ее возвращению и очень заботились, чтобы она скорее привыкла к прежней жизни. Да и сама Ынбер была рада встрече с подругами, но ни на минуту она не могла забыть о своем муже. Она никак не ожидала, что случится такая беда из-за того, что она надела из любопытства свое старое платье-крылья.

Ынбер никак не хотела задерживаться в небесном царстве и порывалась быстрее спуститься снова в горы Кымган.

— Нет, мы тебя не отпустим.

— Все мы так тосковали по тебе.

— Оставайся с нами.

Уговаривали феи в один голос Ынбер, окружая ее теплой любовью и заботой.

Но они ничем не могли утешить ее. Ынбер, считая себя виноватой перед мужем, встречала и провожала дни горькими слезами.

Однажды она вместе с сыновьями сидела под деревом, вспоминая о счастливой жизни в поселке Онню в горах Кымган. Вдруг сзади послышались торопливые шаги и раздался взволнованный голос старшей феи:

— Ынбер, смотри, кто пришел к тебе. Она повернула голову и ахнула. К ней быстро шел, почти бежал ее любимый муж.

— Папа! Папа! — кинулись ему навстречу сыновья и цеплялись за рукава.

— Ынбер, это я. Я нашел тебя! — сказал Пау и подошел к ней.

— Дорогой мой! Это сон или явь?! — воскликнула она, не веря своим глазам.

Пау рассказал ей, каким образом он очутился в небесном царстве. Они крепко обняли друг друга, охваченные глубоким волнением. Феи искренне поздравили их с долгожданным свиданием.

— Любимая моя, вернемся скорее в наше село Онню, — сказал Пау, крепко взяв за руку жену.

— Хорошо. Отправимся немедленно, — ответила она.

Ынбер снова и снова повторяла феям о своей решимости вернуться на землю, и они поняли, что грешно продолжать уговаривать ее остаться.

Феи привели крылатого коня, чтобы помочь семье Пау вернуться домой без промедления. Они благословили Ынбер и ее мужа с сыновьями, которые одним махом вернулись в горы Кымган на коне, пробегающем тысячу ли в день. Тут же Ынбер сбросила с себя платье-крылья в самое глубокое озерко.

Она прожила долгую и счастливую жизнь со своей дружной семьею, как красивая и известная добротой женщина села Онню, как верная и прилежная жена.

Кымгансан

Источник: Предания гор Кымган. Перевод Хан Бен Чжо. Издательство литературы на иностранных языках Корея, Пхеньян 1990

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »