Гражданская война на Дальнем Востоке (1919-1920). Серия 11

Когда-то, работая над материалом “Братья Хан” обнаружил, что источников об участии корейцев в гражданской войне на Дальнем Востоке крайне мало, складывалось впечатление, что их нарочно “затирали” в советское время. И сегодня, когда обнаружил современный фильм “Гражданская война на Дальнем Востоке (1919-1920). Серия 11” понял, что эта тенденция еще не прошла, в фильме нет ни слова о корейских партизанах, хотя подробно излагаются события, в которых они принимали непосредственное участие.

Для сравнения предлагаю к просмотру фильм и отрывок из материала “Братья Хан”, повествующий о тех же событиях.

Началась гражданская война на русском Дальнем Востоке.Корейцы Приморья безоговорочно встали на сторону «красных». Важнейшим фактором такого решения стала японская интервенция. Борьба с ней означала борьбу за национальную независимость. Поэтому корейцы оказались единственной нацией в России, которая не разделилась на «красных» и «белых», а всецело, без различия на групповые приоритеты оказались в одном лагере, противоборствующим интервентам и белогвардейцам.

В декабре 1918 г., после перехода власти в Приморье к «Верховному правителю», начались вооруженные выступления крестьян Сучана, поводом к которым послужили объявленная властями мобилизация мужского населения 18-43 летнего возраста, приказ об изъятии у населения оружия и последовавшие затем карательные экспедиции.[18]

Карательный отряд прибыл и в Синенгоу. Сохранился акт о расправе белогвардейцев и интервентов с мирным населением в селе Николаевке (Синенгоу): «Комиссия в составе председателя Петра Николаевича Ким, членов: Афанасия Николаевича Ким, Иннокентия Елисеевича Хан, Ивана Львовича Цой и секретаря Василия Григорьевича Нигай на основании протокола Ольгинского уездного земства приступила к обследованию бывших расстрелов, телесных наказаний бывшими войсками адмирала Колчака, карательными отрядами Волкова, Смирнова, экспедиционными войсками Японии и Америки, причем оказалось: расстрелов в дер. Николаевке не было. Подвергнуты телесному наказанию председатель сельского общества Иннокентий Хан за невыдачу партизан во время облавы Николаевки колчаковскими войсками. Гражданин Елисей Хан за непредставление винтовки начальнику карательного отряда Смирнову подвергнут побою, отчего спустя несколько месяцев скончался. Председатель комиссии (подпись)».[19]

Телесному наказанию и побою были подвергнуты герои нашего рассказа – Хан Шен Гер (Иннокентий) и отец братьев Хан – Хан Елисей.

О действиях колчаковцев и создании первого корейского партизанского отряда пишет сам Хан Чан Гер: «Быстрому переходу к вооруженной борьбе и организации первого корейского партизанского отряда способствовал бой под д. Николаевкой («Синенгоу») и действия отряда Смирнова после него. Русский партизанский отряд после боя под д. Николаевкой («Синенгоу») вынужден был отступать. Местные корейцы кулаки донесли штабу генерала Смирнова, что в бою принимали участие и корейские партизаны. Получив такие сведения, колчаковский отряд стал издеваться над трудящимся корейским населением: избивал и пытал женщин, стариков и детей. Скрывавшиеся члены корейского с/совета пришли к выводу, что одной помощи русскому партизанскому отряду недостаточно, что нужно самим браться за оружие и с этой целью организовали первый партизанский отряд из членов с/совета. Пять человек, в лице т.т. Хан Чан Гер, Ким Ден Хо, Ким Семена, Ни Лаврентия и Пак Мун Хо примкнули к русскому отряду. В результате агитационной и пропагандисткой работы в феврале 1919 г. численность первого корейского партизанского отряда доходила до 35 человек и начальником его был назначен Хан Чан Гер. Этот отряд был не только первым партизанским отрядом в Приморье, но и образцовым, дисциплинированным и сознательным. Каждый партизан считал основной и первой задачей борьбу со всеми белогвардейскими отрядами и интервентами, находящимися на территории Дальнего Востока».[20]

2 марта 1919 г. в с. Фроловка собрались руководители партизанского движения Приморья, решившие провести съезд руководителей партизанского движения. Съезд открылся в тот же день, 2 марта. Главным вопросом являлось создание партизанского правительства. После небольших прений правительство было создано и названо Временным военно-революционным штабом партизанских отрядов Ольгинского уезда. Председателем был избран И. Слинкин, командующим партизанскими отрядами Н. Ильюхов, Хан Чан Гер возглавил национальный отдел.[21] Съезд объявил, что вся полнота власти в зоне восстания передаётся Ревштабу, который несет ответственность перед народом за успешное ведение войны против белогвардейцев и интервентов до их полного и окончательного разгрома.

Одновременно съезд принял декларацию, в которой партизаны объявили войну всем государствам, войска которых участвуют в интервенции.

Большую работу проводил национальный отдел Ревштаба, возглавляемый Хан Чан Гером. Главное внимание национальный отдел уделял корейской молодёжи. На шапирографе печатались корейская газета «Наша жизнь», воззвания и листовки. Часто можно было наблюдать такую картину: около Ревштаба на корточках сидит вереница старых и молодых корейцев в ожидании выпуска своей газеты. Получив газету, они отправлялись домой, неся свежие вести в таёжные уголки, порою очень удалённые от Фроловки.

Насколько была действенной работа национального отдела, можно было судить по тому факту, что уже в первые недели его работы стал наблюдаться значительный приток корейской молодёжи в партизанский отряд. Вскоре были сформированы две роты корейцев-партизан, еще около 1 200 корейцев готовились к выступлению.[22]

Временный военно-революционный штаб планировал в дальнейшем блокаду Владивостока, Никольск-Уссурийска и Шкотово. В марте 1919 г. Сучанский и Ольгинский партизанские отряды предприняли наступление на село Владимиро-Александровск, где группировались главные силы карательного отряда генерала Смирнова, насчитывавшие 1 200 человек. Партизаны без боя оттеснили белогвардейские заслоны из сел Перетино, Унаши и, достигнув побережья бухты Находка, блокировали противника во Владимиро-Александровске. Началась длительная и упорная борьба, длившаяся около двух недель.

Для освобождения осажденного гарнизона командование интервентов и белогвардейцев направило из Владивостока крупный десант на 14 судах общей численностью 1500 человек, состоявший из гардемаринов военно-морского училища и морских стрелков. Партизаны быстро перегруппировались, заняли выгодные позиции, на скалистом берегу бухты Находка. В течение трех суток они отражали попытки вражеского десанта высадиться на берегу. После неудачи белогвардейцев, американские и японские корабли, подоспевшие к ним на помощь, начали обстрел близлежащих сел. Партизаны оттянули свои силы вверх по долине реки Сучан к деревне Перетино. Только после этого неприятельскому десанту удалось соединиться с Владимиро-Александровским гарнизоном. Но успех белогвардейцев и интервентов был непродолжительным. Предприняв в первых числах апреля наступление на Сучан, белогвардейцы попали в огневой мешок, устроенный партизанами у деревни Перетино.

4 апреля 1919 г. под командованием Н. Ильюхова. состоялось решающее сражение с карателями у д. Перетино. Отряд Хан Чан Гера вступил в бой в составе объединённых сил партизан в качестве резерва главнокомандующего. В сражении со стороны партизан было задействовано 1150 человек, а со стороны колчаковцев 2200 человек, причём у них было не только двукратное превосходство в численности, но и абсолютное превосходство в пулемётах и артиллерии. Но на стороне партизан было знание местности, возможность достижения тактической внезапности, что было использовано в полной мере. Корейский отряд Хан Чан Гера внес решающий вклад в разгром колчаковцев, как умело примененный резерв главнокомандующего. Каратели в том бою потеряли убитыми 150 человек.[23]

В мае 1919 г. отряд Хан Чан Гера и русские партизаны устроили засаду возле деревни Казанки и нанесли непоправимый урон попавшим под обстрел американским частям. В том бою американцы потеряли 150 человек (по сведениям местных крестьян они увезли убитых на 40 подводах). Партизаны без потерь отошли в тайгу. После отхода партизан американцы заняли Казанку, сожгли школу и расстреляли ни в чём не повинных корейцев-крестьян.[24]

В связи с интервенцией, в партизанском движении возникли разногласия, прежде всего, по вопросу того, против кого бороться. Они проявились на Ольгинском уездном съезде корейского населения. Съезд был созван революционным штабом, ставившим вопрос об организации не только партизанских отрядов, но всего трудящегося населения. Для подготовки к этому съезду, революционным штабом села Фроловки был командирован Хан Чан Гер. Съезд корейских трудящихся был созван в Синенгоу в июне месяце. Сам Хан Чан Гер так описывает возникшие разногласия: «На обсуждение съезда было поставлено два вопроса: 1) О текущем моменте и 2) Об организации корейских партотрядов. При обсуждении второго вопроса представители корейской националистической организации во главе с Пак Чунше отстаивали мнение, что нужно бороться только лишь в духе защиты национальной политики, что нельзя выступать против всех интервентских войск, главным образом против американских, что нужно организовывать отряды, которые должны бороться только с белыми и японцами. Другой точки зрения придерживался отряд Хан Чан Гера, который ставил задачей борьбу не только с белыми и японцами, но и со всеми интервентами, в том числе и с американцами, которые также мешали деятельности соввласти на ДВ. Представители националистической организации обвиняли отряд Хан Чан Гера за то, что он своими действиями может повредить работе корейской делегации от национального совета, находящейся на Версальской конференции; в связи с возникшим спором и упорной защитой каждой стороной своих точек зрения по вопросу вооруженной борьбы с интервентами съезд не вынес окончательного решения и разъехался ни с чем». [25]

После съезда Пак Чунше и его сторонники прибыли в революционный штаб в Фроловку, чтобы получить разрешение организовать свой партизанский отряд. Поскольку революционный штаб был осведомлен о разногласиях на корейском съезде по вопросу организации отрядов, он разрешил организовать отряд при условии совместной работы. Хан Чан Гер дает следующую оценку последующим действиям этого отряда: «Дав согласие работать совместно с нами, они организовали в д. Таудеми отряд из 30 – 35 человек. Ревштаб дал распоряжение новому отряду переброситься в село Владимиро-Александровск, но отряд не подчинился этому и не прибыл на указанное ему место. Рядовые партизаны, поняв, что руководители ввели их в заблуждение, стали переходить в наш отряд. Таким образом, мы имели пополнение и в июне численность нашего отряда доходила до 70-80 человек».[26]

В июне 1919 г. в Сучан прибывает С. Лазо, который становится командующим всеми партизанскими отрядами. С его именем связана самая успешная и крупная операция приморских партизан – нападение на станции и гарнизоны возле Сучанских копей, контролировавшихся японцами, американцами, хунхузами (ставленниками японцев) и колчаковцами. Целью операции была нейтрализация Сучанского рудника, который был единственным поставщиком коксующего угля для флота интервентов.[27]

В том же месяце, в с. Сергеевке под руководством С. Лазо был проведён съезд трудящихся Ольгинского уезда. В резолюции съезда указывалось, что корейцы Приморья – равноправные граждане России, и поэтому они получают землю наравне с русскими и другими национальностями.[28]

На главном Сучанском руднике было сосредоточено свыше 1000 американских и японских солдат; на станции Сица размещалась японская часть в 500 штыков; на станции Фанза находился смешанный американо-японский гарнизон в 250-300 штыков; на станции Бархатная, Тахэ и Сихотэ-Алинь стояли три белокитайские роты (хунхузы), здесь же находились силовые установки, построенные для тяги поездов с углем через горы. На станции Кангауз размещался американо-японский гарнизон в 300 человек, на станции Ново-Нежино и в Романовке находились 450-500 американцев.[29]

Согласно плану партизаны были разделены на 5 групп, которые одновременно приступили к боевым действиям на рассвете 28 июня. Все группы одновременно перешли в наступление и нанесли интервентам внезапный удар. Первая группа, неожиданно напав с севера, востока и юга, отвлекла внимание главного вражеского гарнизона. Вторая группа, в которой были и бойцы корейского отряда Хан Чан Гера, выбила из станции Сица японский гарнизон, несмотря на четырёхкратное превышение сил противника.[30] Третья группа быстро расправилась с белокитайцами (хунхузами) и овладела станцией Фанза и силовыми установками на соседних станциях. С успехом действовала и четвертая группа, в составе и этой группы были бойцы отряда Хан Чан Гера. Они выбили американцев со ст. Кангауз, обратили их в бегство и захватили много оружия, боеприпасов и продовольствия.[31] Сильное сопротивление было оказано группе С. Лазо под станцией Романовка. Здесь американцы имели хорошо оборудованные окопы с пулеметными гнездами и встретили партизан сильным огнем, но партизаны умело применялись к хорошо знакомой местности, стремительной атакой выбили американцев из окопов.

Общие потери интервентов достигли 900 человек![32]

После успехов сучанских партизан, интервенты и колчаковцы решили ликвидировать партизанское движение в Сучане. Для этой цели они перебросили в район девятитысячную армию регулярных войск, под натиском которой партизаны отступили в глубокую тайгу и решением Военного Совета распустились.[33]

Хан Чан Гер вспоминает: «В июле 1919 года было общее наступление интервентских войск в верховье Сучана. Партизанские войска не выдержали натиска и вынуждены были отступать. Вместе с партотрядом эвакуировался в тайгу и Ольгинский уездной исполком. Положение партизанских отрядов было чрезвычайно трудное: двигаться было некуда, т.к. все выходы были заняты интервентами. По решению военного совещания (командиром был тогда т. Лазо) партизанские отряды были разбиты на мелкие отряды с тем, чтобы они могли работать в тылу у противника. Каждый отрядик получил определенный участок, где должен был проводить работу. Корейский отряд получил территорию Николаевки, Новицкое и Краснополье. Прибыв в район своей территории, корейский партотряд очутился в очень тяжелом положении в связи с отсутствием продуктов питания. В конце июля решено было прекратить всякие действия и распустить отряд, до благоприятного момента».[34]

В этот драматический момент Хан Чан Гер тайно покидает Сучан и объявляется во Владивостоке.

Здесь отвлечемся от старшего брата и перейдем к Шен Геру (Иннокентию). Хан Шен Гер, вернувшись офицером с 1-й мировой войны, свободно владевший основными языками Дальнего Востока, обладавший незаурядными способностями — природой был наделен желтыми «тигриными глазами», под взглядом которых иных покидала воля,[35] конечно, не мог быть в стороне от бурных событий времени. И это, несмотря на женитьбу в 1918 году на Ким Марии, которая в 1919 году приносит первенца – Геннадия, в 1921 году – Виктора, в 1924 году – дочь Татьяну. По тому, как рождались дети в самый разгар гражданской войны трудно предположить его участие в общественных событиях. Но человек с неординарными способностями, брат которого являлся командиром партизанского отряда, сам в декабре 1918 г., будучи председателем сельского общества Синенгоу, имевший непосредственное столкновение с колчаковцами,[36] по определению, не мог быть сторонним наблюдателем. Это подтверждается и архивно-следственными материалами 1937 года.

Из следственных документов узнаю, что Шен Гер в 1919 году возглавлял школьный отдел при японофильском обществе «Минхвэ»,[37] скорее всего, это было прикрытие. В исторической литературе есть сведения о том, как сучанские корейцы, переодетые в национальную одежду проникали в места дислокаций противника.[38] Важным фактом его непосредственного участия в партизанском движении, является факт его появления во Владивостоке во второй половине 1919 года,[39] когда на Сучан была брошена девятитысячная карательная армия, Хан Шен Гер покидает опасный Сучан, перебирается в густонаселенный Владивосток, где выходит на связь с организаторами готовящегося восстания генерала Гайды. И, по всей видимости, ждал прибытия старшего брата Хан Чан Гера, которому пришлось нелегко с грузом ответственности за свой отряд, и пока он не был распущен, не мог появиться во Владивостоке.

По прибытию во Владивосток, по налаженным связям Хан Шен Гера, Хан Чан Гер быстро ориентируясь в обстановке города, создает корейский вооруженный отряд, с которым вливается в ряды готовящегося антиколчаковского восстания генерала Гайды. Говорить об идейных мотивах выступления корейцев вряд ли приходится, главным было – уничтожение ненавистной колчаковщины в лице генерала Розанова. Впоследствии, неприглядная роль Розанова, как японского приспешника выявилась со всей очевидностью, когда он, прихватив тонны золота и серебра, вместе с ценными бумагами бежал, переодевшись в форму японского офицера, на японском же корабле.[40] Но это случилось чуть позже, а пока шла подготовка к восстанию генерала Гайды.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »