Хан В. С. К вопросу об этнической идентичности корейцев: на пути к мета-нации

Валерий Сергеевич Хан. Фото Марка Ли

Валерий Сергеевич Хан. Фото Марка Ли

Хан В. С.
Институт истории АН Узбекистана

К вопросу об этнической
идентичности корейцев: на пути к мета-нации[1]

Корейская иммиграция, имевшая место на протяжении последних 150 лет, и достигшая небывалого роста во второй половине ХХ века, привела к высокой степени дисперсности корейского этноса и образованию крупной корейской диаспоры. Корейцев сегодня насчитывается в мире около 78 млн. человек. На конец 2005 г. численность населения корейского полуострова составила: на Юге – 48 млн. 294 тысяч и на Севере – 22 млн. 928 тысяч человек.[2] По данным Фонда зарубежных корейцев при МИДе РК, на начало 2005 г. за пределами полуострова проживало 6 638 338 корейцев в 151 стране мира.[3]

Интенсивность иммиграции корейцев и их длительное проживание за рубежом стали приводить к дивергентным процессам в корейском этносе.

Эти процессы имеют количественный и качественный параметры. Количественный параметр связан с ростом численности корейской диаспоры и дисперсностью ее расселения по всему миру. Качественный параметр связан с тем, что, адаптируясь и ассимилируясь в иной этно-культурной и социально-политической среде, корейские диаспоры приобретают всё больше черт, отличающих их от материнского этноса и друг от друга. Это связано как с общей трансформацией традиционных этнокультурных характеристик, так и с изменениями, имеющих локальный характер. Иначе говоря, корейские диаспоры и тенденции их развития имеют как общие, так и особенные черты. И степень развития последних сегодня такова, что является основанием для выделения новых субэтнических образований – китайских, японских, американских корейцев и т. д. А фактически, на повестке дня стоит вопрос о переходе корейского этноса с национального уровня на пост- , над- , а точнее, мета-национальный уровень.

Известно, что этнические общности могут иметь различные исторические формы. Результатом их естественноисторической эволюции в комбинации с политическими процессами (конструированием этнополитических конфигураций) стали нации как устойчивые этнические общностей, связанные с созданием национальных государств. Однако нации не являются последней формой этнического развития. Они, как и все предшествующие общности, сталкиваются с конвергентными и дивергентными процессами. Например, в результате конвергентных процессов в СССР и США, сформировались новые наднациональные общности (советский и американский народы), не сводимые к определенным нациям. В результате же иммиграционно-дивергентных процессов, нации начинают распадаться на суб- образования, также обретая наднациональный характер, но другого рода, нежели в случае межнациональной интеграции и синтеза. Так, наднациональный характер приняли этносы, расселившиеся по всему миру и образовавшие крупные зарубежные диаспоры (армяне, евреи, китайцы и др.). Например, количество армян за пределами Армении больше, чем в самой стране. Есть прецеденты, когда этнос образует не одно, а несколько государств, а также, когда диаспоры, составляют большинство или весьма значительную часть населения государства. Например, китайцы составляют не только титульное население в Китае и Тайване, но и большинство населения в Сингапуре (76%), значительную долю населения в Малайзии (25%), Таиланде (15%). Они же образовали крупные диаспоры в США (13 млн. человек), Индонезии (более 7 млн.), а в итоге около 80 млн. в 140 странах мира за пределами Китая. Это крупнейшая наднациональная общность (мета-нация) в современном мире.

Сегодня можно говорить и о формировании наднациональной корейской общности (корейцы Севера + корейцы Юга + корейские диаспоры). В перспективе, сформированная в более или менее устойчивое образование, подобная общность могла бы знаменовать собой новую ступень в эволюции корейского этноса – ступень мета-нации как интегральной совокупности генетически родственных, но культурно различающихся этнических групп, исторически принадлежащих к одной нации, и основанной на сочетании общего и особенного.

Широкая дисперсность расселения корейского этноса и увеличивающаяся дифференциация внутри него стали основанием для появления концепции «корейского суперэтноса», неоднократно озвученная проф. Г. А. Югаем.[4] Под суперэтносом (данное понятие заимствовано автором у Л. Гумилева) Г. Югай понимает «совокупность племен, родов, народов-этносов или же наднациональную стадию развития народов».[5] В этой концепции отражён тот факт, что по мере иммиграции корейцев и их ассимиляции в странах-реципиентах корейская идентичность начинает обретать новые формы и уже не может быть сведена к этническим характеристикам, получившим прописку на корейском полуострове. Так, определяя суперэтнос как «союз народов или этносов», Г. Югай приводит пример корейцев: «Да и одна нация, например, корейская раздробилась на множество субэтносов как на корейском полуострове, так и на диаспоры, расселившиеся по всему миру. Корейцы уже давно перестали быть одной нацией».[6]

Наряду с термином «суперэтнос» в литературе используются понятия «наднациональная общность» и «транснациональная общность». Мы  же предлагаем для обозначения современного корейского сообщества понятие «мета-нация».

Во-первых, в рамках обсуждения  концепции «суперэтноса» неоднократно выражалось скептическое отношение к данному термину, поскольку приставка «супер» как бы выражает превосходство корейцев над другими народами. В связи с этим Г. Югай вынужден неоднократно оговаривать смысл употребляемого им термина. Так, в одном месте он пишет: «Когда речь идет о суперэтносе, то нередко возникает психологическая ассоциация с каким-то сверхъестественным пониманием, гипертрофированным представлением о нем, или нации, как лучшей по сравнению с другими. Такое понимание неверно, является расизмом и национализмом. Такое представление ошибочно, ибо слово «супер» в переводе на русский обозначает не лучший, а всего лишь «над».[7] Буквально через несколько страниц автор вынужден опять возвращаться к этой теме: «Еще раз обращаем внимание и на то, что обычно при употреблении слова супер, смысл его искажается, ибо вместо «над» оно часто понимается как «сверх» и «лучший». И в этом случае применительно к национальной проблематике приобретает расистский и националистический оттенок».[8]

В связи этим хотелось бы сделать следующее замечание. Латинское «super» имеет не только значение «над», но и «сверх», «через», «выше», «пре-», «пере-». Латинско-русский словарь И. Х. Дворецкого дает более 270 слов с приставкой  «super» с разными значениями, в том числе, как в значении «над» (superaedificium – надстройка, superinspicio – надзирать), так и в значениях «сверх» и «лучший»: superbus – великолепный; supereminens – выдающийся; superemineo – превосходить; superexalto – возвеличивать; superior – находящийся выше; superlativus – превосходный; supermico – затмить; superpono – ставить на первом плане. [9] Такое же многообразие значение приставки «super» вошло и в современные европейские языки. Так, в английском языке приставка «super» действительно имеет значение «над» (superstructure – надстройка, supervision – надзор). Но она также имеет значение и «сверх» (superman – сверхчеловек, supernatural – сверхъестественный). Также она может выражать и степень превосходства, в смысле «лучший» (superfine – самый лучший, superior – высший, превосходный). Поэтому ее употребление в двух последних смыслах не ошибка в переводе самого значения приставки, а вариации допустимого перевода. Другой вопрос, насколько они соответствуют тому смыслу, который вкладывает в приставку «супер» Г. Югай.

Во-вторых, термин «суперэтнос» является весьма неопределенным. Если под ним понимать «совокупность племен, родов, народов-этносов», то любая историческая форма этнической общности может выступать как «супер-этнос»: племя по отношению к роду (поскольку племя есть союз родов), народность по отношению к племени (поскольку народность состоит из племен), нация по отношению к народности.  Но в таком случае понятие «супер-этнос» теряет свою инструментальную функцию: в самом понятии племени заложен его над-родовой характер, в понятии народность – над-племенной характер.

В ряде мест Г. Югай использует термин «супер-этнос» в значении, противоречащему вышеприведенному определению. Так, на с. 32 он пишет: «Его точный синоним – совокупность, союз народов-этносов, образующий интернациональное, наднациональное объединение народов. Исторически из родоплеменных отношений возникает народ, или этнос. В последующей эволюции из этноса формируется нация, которая затем перерастает в наднациональное образование – суперэтнос».[10] Таким образом, суперэтнос – это наднациональное образование, а не над-родовое или над-племенное. Но в таком случае это понимание суперэтноса противоречит тому, что дано на с. 28, где в суперэтнос включаются союзы племен и родов.

Если говорить о термине «наднациональная общность», то по содержанию он носят более широкий характер, нежели термин «мета-нация». Дело в том, что наднациональные общности бывают двух типов: общности, образованные на основе различных наций и этнических групп (например, советский и американский народы) и общности, состоящие из субэтнических групп, исторически принадлежавших к одной нации.[11] Лишь второе значение имеет отношение к мета-нации. Что касается термина «транснациональные общности», то он совпадает с термином «наднациональные общности» в первом значении, то есть как «межнациональная общность». Другими словами, это понятие не пересекается по своему содержанию с понятием «мета-нация».

По сравнению с терминами «суперэтнос» и «наднациональная общность» понятие «мета-нация» отличается однозначностью содержания. Во-первых, в нём отсутствуют какие-либо оттенки степеней превосходства. Во-вторых, в нём фиксируется новая форма общности, которая возникает после нации.[12] В-третьих, в нем отражены одновременно и наднациональный характер новой общности, и этническая преемственность ее составляющих с точки зрения исторической принадлежности к единой нации. Главными признаками мета-нации являются:

  •     общие исторические этнические корни;
  • наличие самой нации со всеми её атрибутами и, прежде всего, национального государства;
  • высокий уровень миграции за пределы национального государства;
  • образование за пределами национального государства общин, с одной стороны интегрированных и ассимилированных к новой среде, а с другой – сохраняющих свою исторически-культурную и генетическую идентичность;
    •     наличие этнического самосознания;
    • наличие взаимосвязей и взаимоотношений между родственными этническими группами, придающих мета-нации черты устойчивого образования как общности.



[1] Доклад представляет собой переработанный вариант части статьи: Хан В. Международное корейское сообщество: утопия или перспектива? // International Journal of Central Asian Studies. Vol. 6, 2001. – PP. 90-105.

[2] Facts About Korea. – Seoul, 2006. – P. 13.

[3] https://www.okf.or.kr/data/status.jsp

[4] См. доклады Г. А. Югая на 2-м и 3-м философских конгрессах, организуемых Философским обществом Республики Корея (Сеул, 1995; 1999), а также его монографию: Югай Г. А. Общность народов Евразии – арьев и суперэтносов – как национальная идея: Россия и Корея. – М., 2003.

[5] Югай Г. А. Общность народов Евразии … – С. 28.

[6] Там же. – С. 20.

[7] Там же. – С. 27-28.

[8] Там же. – С. 32.

[9] https://antic.slimhost.info/index.html

[10] Югай Г. А. Указ. Соч. – С. 32.

[11] На эти два типа обращает внимание и Г. Югай: «… Существуют два способа, или пути, формирования суперэтноса. Группы эти обычно образуются в процессе рассеивания или же раскола и распада прежнего единого этноса. Из первоначального единого этноса, народа или нации формируются несколько самостоятельных групп, которые затем объединяются в суперэтносы. Это один путь – моноэтнический, наряду с которым существует и другой, полиэтнический способ возникновения суперэтноса, состав которого изначально полиэтничен, включает в себя множество этнических групп». – Там же. – С. 40.

[12] Понятийный характер приставки «мета» (с древнегреческого μετά – после, за, позади) уходит своими истоками в образование понятия «метафизика». Когда Андроник Родосский (1 в. до н. э.) систематизировал рукописи Аристотеля, то он поместил его философские трактаты после сочинений по физике и дал им заглавие: «То, что после физики». Так образовалось новое слово – “метафизика”. Неологизмы с приставкой «мета» достаточно распространены в концептуальном аппарате современной науки.

Источник:  «Корейская диаспора в ретро и перспективе». Материалы международной конференции, 13-15 июля 2007. – Алматы, 2007. – С. 12-16.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

комментариев 19

  • Гибински:

    Необходимая черта мета – нации является также определенная доля РАЗобщенности и отличности ее составляющих компонентов, ведь именно поэтому и необходима новая форма МЕТАобщности…

    • Валерий Хан:

      Совершенно верный комментарий.

  • Александр:

    Интересная статья. Спасибо автору.

    Возник вопрос.
    Одним из важных признаков «мета-нации» выделен пункт “наличие этнического самосознания”.
    Все остальные пункты можно просчитать, перечислить.
    А на сколько этот пункт поддается измерению, исследованию?
    Как его можно измерить, есть ли ключевые признаки этого понятия, как меняется его “сила” на протяжении последних двух десятилетий?

  • В.С. Хан:

    Вопрос очень сложный и требует развернутого ответа. Попробую вкратце ответить, но это будет краткий ответ. Если будет нужно, я могу отослать к соответствующим публикациям, имеющим отношение к корейцам.
    В современной этнологии и культурной/социальной антропологии этническое самосознание рассматривается как важнейший признак принадлежности того или иного индивида или общности к определенной этнической группе или нации. Однако, поскольку речь идет о “самосознании”, т. е. том, как человек идентифицирует себя (а не как его идентифицируют другие), то его наличие определяется только тем, кем себя человек считает (Я-концепция), даже если с точки зрения “объективных” параметром другие его таковым не считают.
    Самосознание исследуется различными методами (количественными и качественными) – анкетированием, интервью, наблюдением поведенческих актов, измерением эмоциональных реакций во время восприятия тех или иных этнических картинок, образов, песен и т. д.
    Структура самосознания включает в себя когнитивный (познавательный), эмоциональный и поведенческий уровни.
    Что касается изменения “силы” этнического самосознания на протяжении времени, то это можно измерить посредством специально проведенных исследований по одной и той же методике, проведенных в начале изучаемого времени и по истечении изучаемого времени у одних и тех же людей. Или, проводится исследование старшей возрастной группы и молодежной (например, разница между возрастом первой и второй групп составляет 20 лет), разница в результатах и будет говорить о том, какие изменения произошли в этническом самосознании за 20 лет. И. Г. Югай проводил такие исследования в 70-х годах, я – в исследования в в 2000-2010 г., мой ученик М. Тен – в 2010-2011 г. Результаты исследований разбросаны в различных публикациях, их желательно бы собрать в одной книге, но это вопрос финансирования издания.
    В комментарии невозможно дать всю панораму результатов (они очень обширны). Приведу лишь некоторые примеры “замеряющие” этническое сознание. Задавался вопрос насчет необходимости и желания изучения корейского языка. Как Вы понимаете, люди за 60 лет и те, кому 20 по разному отвечали на этот вопрос. Или, вопрос о межэтнических браках. Среди молодежи появилась прослойка, которая ответила, что никогда не свяжет свою судьбу с корейцем. И т. д., и т. п. “Сила” этнического самосознания связана не только со временем, но ареалом проживания, этническим окружением, образованием и т. д.

  • Галина Хан:

    Очень интересный вопрос Александра и не менее интересный ответ В.С.Хана . Как психолог и одновременно как представитель исследуемой группы осмелюсь предположить, что в триаде компонентов самосознания наиболее достоверными (свободными от влияния как временных и ситуационных факторов (поведенческие), так и от возможности фальсификации (когнитивные) будут все же глубинно-эмоциональные реакции. Кроме того, ценную информацию предоставило бы исследование (непрямое) потребностных модулей, исходя из принципа регистрации дефицита, отсутствия, “пустот”. Это позволило бы сформулировать “отсутствующий” фрагмент идентичности. Повторюсь: регистрация не того, что есть, а того, чего нет, чего не хватает, отсутствие чего рождает наиболее сильные (отрицательные) эмоции и чувства. – Может быть, применима методика “незаконченных предложений”, свободной интерпретации сюжетных топиков, картинок и т.д.
    Простите за интервенцию)). У социальных антропологов, конечно, свое макро-видение и свои подходы и инструменты.
    И еще очень понравился комментарий Гибински.

  • Александр:

    Спасибо за ответы!
    Исследования весьма интересны, буду признателен, если укажите ссылку.
    В идеале, был бы интересен материал в историческом ракурсе на фоне ситуации в других странах, аналогичный статье – http://www.eleven.co.il/article/10312
    Полагаю, по нашему этносу можно провести прямые параллели.

    По ответу все понятно.
    Подчеркну лишь некоторые нюансы на мой субъективный взгляд. И простите меня за ошибки (уровень образования у меня далеко не академический).

    По поводу примеров “замеряющие” этническое сознание молодежи замечу,
    что в силу других условий, а так же еще недостаточно зрелого миропонимания
    для молодежи сегодня тяжело провести прямую взаимосвязь между знанием языка (традиций, религии, культуры) и этническим самосознанием.
    Во многом потеря этой связи была следствием замены ценностей и приоритетов, которые формировало старшее поколение, условия и т.д. Но это отдельная тема.

    Соглашусь с важностью фиксации глубинно-эмоциональных реакций как важного достоверного признака.
    Добавлю, что есть весьма простой объективный признак зрелого национального самосознания – это национальная гордость.
    Это осознанное чувство как “водораздел”, который высвечивает границу в предпочтительном выборе личности в вопросах самоидентификации. Оно так же проявляет с большой долей вероятности потенциальный выбор в этом вопросе потомства анкетируемого.

    Логичным из вышеизложенного возникает вопрос.
    От чего объективно зависит эта гордость?
    На уровне личном или семьи гордость зависит от национальных установок в семье и авторитета ее членов в обществе.
    На уровне этноса и его развития в среде титульной нации можно рассмотреть с точки зрения условной популярности (авторитета) нации в данной общности.
    Популярность наций в данном сообществе формирует определенные предпочтения (назовем условно векторами предпочтений – возможно, есть научные термины, простите, выражаюсь деревенским языком).
    И эти вектора предпочтений значительно влияют на частный выбор каждого индивида, особенно в случаях с естественным выбором (выбор детей смешанных браков).
    Здесь можно выводить множество примеров частного и не укладывающегося в рамки данного утверждения.
    Но подчеркну, что рассматривать воздействие данного вектора предпочтений необходимо на общей людской массе.

    PS: О другом…
    В наше время, писать статьи про национальную гордость – дело не благодарное и не популярное.
    Живя среди других наций, имея множество смешанных браков, трудно не задеть национальные чувства близких, друзей и людей других национальностей.
    На тебя тут же готовы повесить ярлык коричневого националиста. )))
    Но в отношении данного вопроса я считаю, что каждому из нас нужно иметь смелость, честно и открыто ответить на подобные вопросы, объективно освятить без коричневых вывихов и самовосхвалений.
    Иначе скоро мы сами не поймем, в чем наша отличность от других национальностей вообще…
    Надеюсь, вы согласны со мной?

  • Галина Хан:

    Александр, особенно соглашусь с третьим абзацем Вашего комментария.
    По поводу же национальной гордости – она является важным показателем, как Вы указали, ЗРЕЛОГО национального самосознания. Я, например, не могу согласиться, что именно так формулируется то, что подсознательно определяет “потенциальный выбор”. В отношении себя, как возможного “объекта исследования” могу сказать, что это скорее не гордость, а боль и тоска по потерянной Отчизне (Отчизне – не месту, ландшафтам, архитектуре, хотя и это тоже, но Отчизне – крови и Отчизне – духу). – Причем боль именно плохо формулируемая, неартикулированная. Хотя, безусловно, можно найти ассоциативные связи между “гордостью” и “болью”, но всё же в этом случае, на мой взгляд, не более, чем между любыми другими понятиями)).

  • Галина Хан:

    Больше, чем о гордости, я думаю о любви. Даже если гордиться особо нечем, всё равно Родину же любишь. – Это я к Вашему постскриптуму)).

  • Александр:

    Почему важно в исследовании быть направленным на аспект гордости.
    В случае ощущения боли – вы психологически находитесь в зоне отрицательно окрашенных чувств, мыслей, умонастроений.
    Я согласен с Вами, что это является явным признаком национальной самоидентификации.

    Давайте рассмотрим все же подробнее.
    Если Вы сильная личность, то Вы найдете в себе мотивирующий момент в этой неудовлетворенности и будете созидать вопреки всему.
    Но… зачастую люди оказываются гораздо слабее, им проще жить позитивно, не перегружая себя.
    Они закрывают глаза на эту сторону жизни, перестают декларировать свои интересы (в контексте национального самосознания), и даже ощущают неловкость в обществе людей других национальностей, когда это высвечивает их национальные корни.
    Имея в душе некоторое сожаление, покинутость, пустоту отрицательные чувства влекут (не обязательно, но зачастую) за собой неспособность открыто проявлять национальную самоидентификацию.
    Недавно наблюдал картину, когда на хангаби дети (12 – 14-ти лет от смешанного брака) стеснялись одевать национальные костюмы, кланяться на глазах у своих друзей. Складывалось ощущение, что они стесняются своей национальной принадлежности, чувствуют некоторый дискомфорт, граничащий со стыдом перед своими сверстниками.
    Понятен будет выбор этих деток в вопросе национальной самоидентификации, когда они подрастут.

    Возьмем национальную гордость.
    В семье, где родители гордятся своей национальностью, дети впитывают это предпочтение и им не стыдно на улице, что они отличаются.
    Они находят в этом свои плюсы, им не нужно прикрывать или прятать глаза.
    Они наоборот подчеркивают, что они корейцы и горды этим.
    Это становиться их стержнем, они будут стараться быть лучше и сильнее. Они с энтузиазмом будут изучать историю,
    захотят приобщиться к родному, где есть множество историй, событий, фактов, вещей, которыми можно быть гордыми и достойными…
    И став старше, они эту гордость передадут своим деткам.
    Именно из таких наших деток будут вырастать наши патриоты, на которых будут равняться другие. Из таких будет складываться в определенном смысле “цвет нации”.
    Разве это не веская причина выявлять именно гордость?

  • Галина Хан:

    Александр, может быть, мы говорим об одном и том же. А чтобы любовь (любят и жалеют Родину и мать не за что-то, а “бескорыстно”) приобрела оттенок гордости, необходимо познавать и изучать (тот самый когнитивный компонент национального самосознания). Гордость – это уже любовь за что-то.
    В последнем абзаце Вы исходите априори из того, что родители уже имеют национальную гордость. В таком случае, действительно, проблем нет. Проблема в том, как любовь и гордость сформировать.

  • Александр:

    Все верно.
    Мы в целом говорим об одном и том же. С разных сторон.
    В этом есть своя неповторимая сила, что многие вещи в силу своей природы и усиленного корейского духа противоречия мы все видим немного по-разному.
    Главное, чтоб мы могли научиться получать на выходе общественно-полезное конструктивное полотно мнений.
    По поводу вопроса «как сформировать любовь и гордость в воспитательным процессе?» полагаю, нужно это просто иметь в себе. А детки, они сами впитают, если видят, если они Вас любят и ценят.
    Спасибо за ответы, Галина!

    PS: Если хотите, можем обсудить приватно. Мой емайл – try.dnya@pisem.net
    С уважением, Александр.

    • Галина Хан:

      “в силу своей природы и усиленного корейского духа противоречия”)). Благодарю Вас за великодушие и снисходительность, Александр!
      “По поводу вопроса «как сформировать любовь и гордость в воспитательным процессе?» полагаю, нужно это просто иметь в себе. А детки, они сами впитают, если видят, если они Вас любят и ценят”. – Согласна.
      Спасибо Вам за содержательную беседу! Ваш адрес скопировала, но пока ничего нового в мою голову не пришло)).
      С уважением,
      Галина.

  • В.С. Хан:

    Если учесть, что культурный генофонд наших корейцев – это симбиоз различных культур, то и вопрос о том, что есть национальная гордость коре сарам, вопрос не простой.

    А вот еще один взгляд на национальную гордость, высказанный покойным философом В. Мамардашвили: “Гордиться тем, что ты грузин, все равно, что гордиться, что ты родился во вторник”.

  • Александр:

    Согласен с Вами – не простой, но важный. Давайте попробуем обсудить…

    Вы корректно и аккуратно подталкиваете меня взять под защиту утверждение о необходимости для корейцев национальной гордости.
    Хотя я ясно вижу в Ваших статьях мысли патриота (что неразрывно с наличием этой гордости у Вас).
    Я попробую привести аргументы.

    ————————————————————-
    Контекст
    К утверждению Мамардашвили «Гордиться тем, что ты грузин, все равно, что гордиться, что ты родился во вторник»
    (Я не буду развивать мысль в сторону и либеральный оттенок этого утверждения, что по такой аналогии мы можем прийти к суждениям, что мы и матерям не обязаны ни чем, так как это просто данность нашего рождения и т.д.)
    можно добавить афоризм Шопенгауэра “Самая дешевая гордость – это гордость национальная”.
    Понятно, что они имели в виду смысл, что нужно гордится своими достижениями, нежели, не имея оснований, иметь заносчивость мнений.
    Но все-таки, чтоб понять объективно, нужно знать контекст их позиций.
    Если брать Мамардашвили (если я не ошибаюсь), то он был значимым противником Гамсахурдии на президентских выборах, в рамках компании он подчеркивал свои сильные и слабые стороны противника.
    Если смотреть историю Шопенгауэра, то для него эта тема была болезненная, так как еще в раннем детстве он пострадал от приверженцев такого мнения.
    В обоих случаях есть элемент необъективности с одной стороны, и с другой стороны – увод от плоскости национальной в другую, что не отменяет самой национальной гордости…

    ———–
    Мера
    Но давайте взглянем в суть термина гордость на плоскости минус и плюс этого качества.
    С одной стороны, мы имеем отсутствие, с другой – гордыню. Гордыня – сметный грех, но так же гордость – неотъемлемая часть чувства самоуважения.
    Получается неимение ее – тоже зло… Отсутствие самоуважения, отсутствие стержня – делает человека слабым, а слабый человек – Человек ли он?
    И тут мы приходим к выводу Клеобула – “Главное – это мера”.

    Мера национальной гордости
    В плане национальной гордости соответственно получаем выводы:
    а) национальная гордость – это неотъемлемая часть чувства патриотизма;
    б) отсутствие ее – почти безразличие к этому чувству (получаем данность – человек мира из либеральных понятий);
    в) гипертрофированная и выпуклая гордость – национализм.

    ———–
    Контекст коре-сарам
    Исходя из вышесказанного получаем, что национальная гордость может быть созидательной и разрушительной.
    Давайте посмотрим, насколько этот аспект важен для коре-сарам. Насколько важно самоуважение?
    В период депортации, когда с народом поступили как с безвольным этносом?
    Когда была вырезана элита корейского этноса, могли дети иметь эту гордость?
    Когда забирали родных, и никто не мог сказать против? Должны ли потомки иметь (возродить) достоинство?
    А у нас есть все основания для наличия самоуважения и национальной гордости (множество достойных людей, событий, фактов и примеров).
    Полагаю, что без осознания и восстановления самоуважения мы ассимилируемся (или станем генетическим материалом – по теории Гумилева).
    То есть в нашем контексте гордость – является созидающим началом (для нас оно базис самоуважения).

    Общественная полезность
    Я стараюсь придерживаться практичных вещей. И это так же толкает на определенные доводы.
    В нашей истории коре-сарам произошла потеря института рода, мы наблюдаем замену ценностей.
    Когда-то в пору моей юности было принято помогать и поддерживать общение до пятого колена среди родственников.
    А на сегодня я наблюдаю ситуации, что мы общаемся в основном, на уровне родных и двоюродных родственников не далее.
    Это так же является следствием замены ценностей.
    Плохо это или хорошо? Общемировые ли это тенденции?
    Не могу сейчас дать однозначного ответа, но увидеть свои корни, понять историю – считаю важным для каждого коре-сарам.
    И тут наша национальная гордость будет полезной (для нас оно лекарство).

    ———–
    PS: О чуждой идеологии и парадигме взглядов
    В наше время, очень модны либеральные взгляды. В том числе взгляды, разрушающие любые общности, ставящие в приоритет индивидуализм.
    Либерализм, как идеология, ставит красивые лозунги – индивид, приоритет его интересов над интересами общества и государства.
    В целом красиво, но страшны следствия…
    Когда люди доходят в такой систематике взглядов до принятия гомосексуализма и прочей “либералистической жвачки”.
    Когда общественным можно пренебречь в угоду личного.
    Или как пример, когда сын может пренебречь отцом и его ценностями…
    Мы люди восточные. Мы тысячелетиями жили в кооперации. Для нас присущ коллективизм, приоритет сообщества.
    У нас на генном уровне заложено отвращение к либералистическим извращениям.
    И даже, если кто-то будет подражать им, он не станет сильнее.
    Нам близка общественная мораль, мы дружны, ценим семью, родных.
    Мы выручаем друг друга в беде и по причинам родственности.
    (Разве это уже не повод быть гордыми своей особенностью? И пусть другие нам завидуют – шучу).
    Так зачем перенимать к себе чуждое и продолжать рушить наши ценности?
    Самое плохое – то, что человек, принявший для себя либеральные ценности, не примет другие суждения в силу своей парадигмы взглядов. И навряд ли будет на стороне ценностей общности.
    Полагаю, нам нужно внимательно прислушиваться к либеральным суждениям, так как они несут разрушительное зерно для общности коре-сарам.
    ————————————————————-
    Возможны ошибки, писал сравнительно быстро, но от души…

    С уважением, Александр.

  • В.С. Хан:

    К сожалению, у меня нет возможности оперативно и подробно общаться в социальных сетях, поэтому снова буду краток. 1) Ваши рассуждения строятся по типу логических выводов, поэтому в них много выражений типа “получается”, “исходя из вышеизложенного” и т. д. Однако в такого рода выводах каждая посылка не должна вызывать сомнения, а иначе ставится под сомнение и сам вывод. Так, я не могу согласиться с тезисом, что “национальная гордость — это неотъемлемая часть чувства патриотизма. Какого патриотизма? По отношению к какому государству? То же самое можно сказать и по отношению к тезису “гордость — неотъемлемая часть чувства самоуважения” или “неимение ее — тоже зло”. Здесь мы находимся не в области однозначных смыслов, а в зоне полисемантичных интепретаций.
    Мне также не понятны такие выражения как “понять объективно”.
    Что касается индивидуализма и коммунальности. Это две необходимые стороны человеческого существования и я не стал бы обрушиваться на любую из этих сторон. Например, в науке на индивидуальной смелости зиждется прогресс. Когда-то Дж. Бруно взошел на костер, бросив вызов всему “христианско-научному сообществу”, заявив о множественности миров. Лобачевский бросил вызов всему математическому сообществу, заявив о том, что параллельные могут пересечься. И таких примеров можно привести огромное количество.
    Меня всегда настораживают такие выражения как “чужая идеология”, “наши ценности”. В истории под этими лозунгами выкорчевывали генетиков (морганистов-вейсманистов), в Средней Азии закидывали камнями женщин, снявших паранджу и т. д.
    То же самое касается “мы”. Я не знаю, о ком Вы пишите, употребляя слово “мы”: “Мы люди восточные. Мы тысячелетиями жили в кооперации. Для нас присущ коллективизм, приоритет сообщества”. В логике есть два квантора – квантор всеобщности, обозначающий каждый элемент множества и квантор существования, говорящий о некоторой части множества.
    Далее: “Нам близка общественная мораль, мы дружны, ценим семью, родных”. Чья мораль? Относительно дружности: более конфликтных, чем корейцы,трудно найти. А кто не ценит родных – “либералы”?
    Далее: “Так зачем перенимать к себе чуждое и продолжать рушить наши ценности?” Вся история человечества – это процесс взаимодействия и взаимопроникновения культур, а иначе человечество осталось бы в первобытном состоянии, ревностно оберегая свой способ высекания кремня и свой стиль палеолитической моды.
    Если же взять заключительный аккорд: “Нам нужно внимательно прислушиваться к либеральным суждениям, так как они несут разрушительное зерно для общности коре-сарам”, то он мне почему-то напоминает призыв к охоте на ведьм.
    На самом деле, как мне представляется, дело не в том, что у коре сарам не могут быть общих ценностей, а в том – каковы они ценности. Обращение к тысячелетней истории мало, что дает, т. к. все народы, в том числе и корейцы на полуострове не те, что были тысячу лет назад. ХХ век изменил и Северную Корею, и Южную, и коре сарам. И все корейцы, будь-то в США, в Центральной Азии или в Новой Зеландии находятся в поисках своей идентичности. И здесь невозможно решить, что для какого окажется решающим – обращение к исторической традиции или создание новых парадигм развития. И принцип долженствования здесь не самый лучший советчик.
    Хотел ответить кратко, но получилось много. Отвечать в общем – не очень хорошо, а по строчно – заняло время. Прошу прощения, что занимаю столько времени, теперь надо наверстывать работу.

  • Александр:

    Спасибо за достойную критику, Валерий!
    Я ясно увидел перегибы и перекосы некоторых моих суждений.
    Плохо у меня получилось защитить необходимость наличия национальной гордости у коре-сарам.
    Но я пытался …

    Мне импонирует (я бы сказал, восхищает) Ваш взвешенный подход даже при том, что чувствуется некоторое раздражение.
    Ни в коей мере не хотел задеть Ваших чувств. Или начать охоту на ведьм. )

    Критика во многом справедливая.
    Баланс индивидуализма и коммунальности никто не отменял. Тут вопрос больше в приоритетах, ну и крайних суждений никто не предполагал.
    Говоря “мы”, конечно же, я имею в виду, коре-сарам.
    Вопрос патриотизма можно длинно без должной полезности продолжать, но не об этом речь.

    Единственное, с чем не соглашусь – это с утверждением, что “более конфликтных, чем корейцы, трудно найти”.
    Полагаю, в оценке дружности целого этноса нужно подходить не с точки зрения личных отношений и понятий дружбы между друзьями, а с общей способности народа к кооперации. Разобщенность на сегодня, это не национальная черта, это следствие отсутствия авторитетов (отсутствие института рода, старейшин).
    Что касаемо частного я имею множество примеров (не только на своем опыте), когда коре-сарам помогали друг другу, не зная лично получающих помощь.
    Возможно, мы не настолько дружны на личном уровне. Но, к примеру, на уровне семьи мы выглядим достойно.

    Но вернусь к теме.
    Для нас, простых коре-сарам, в наше не простое время важно понимать ответы на вопросы о нас.
    Кто как не умные наши мужи смогут дать более правильное видение на сложные темы.
    Наше будущее. Ассимиляция. Национальное самосознание. Национальная гордость. И т.д..

    В своих, возможно кривых, попытках найти ответы на вопросы мы (более младшее поколение) двигаемся, что называется на “ощупь”. Я буду безмерно благодарен, если Вы поможете конструктивно разобраться, направите на правильные ответы. Нам важно найти понимание, которое поможет двигаться в правильном направлении.

    PS: Ни капли не ожидаю, что Вы ответите моментально и сразу. Мы все загружены текущими делами.
    Но ответу и ссылке из первого Вашего ответа буду рад.

  • В.С. Хан:

    Добрый день.
    По поводу ссылок. Во-первых, посмотрите на этом же сайте мою книжку : https://koryo-saram.ru/v-s-han-diaspornye-sredy/, а также книжку (опубликованная диссертация) моего бывшего, уже защитившегося ученика М. Д. Тена – http://www.arirang.ru/library/lib191.htm Там есть данные соц. опросов, в определенной степени замеряющие этническое самосознание. Также рекомендую посмотреть работы на http://www.rauk.ru/

    Я понимаю, что под “мы” Вы понимаете коре сарам. Вопрос в том, что сегодня коре сарам не гомогенная общность и дивергентные процессы в этой общности все более углубляются. На Дальнем Востоке с определенными оговорками можно было говорить о гомогенности (именно с оговорками), в Средней Азии уже намечается становление особенностей, связанных с иноэтническим окружением в Казахстане и Узбекистане, после смерти Сталина – по мере расселения по всему СССР этот процесс усиливается, а после распада СССР на этот процесс накладываются и политические процессы в СНГ, и противостояние Сев. и Юж. Кореи, и миссионерство и многое другое. Иначе говоря, дивиргентные процессы размывают “мы” как единое целое. Это создает проблемы как в понимании идентичности коре сарам, так и в формулировке их интересов.

    Когда я писал о конфликтности корейцев, я не имел в виду личный уровень.
    Вы пишите: “Разобщенность на сегодня, это не национальная черта, это следствие отсутствия авторитетов (отсутствие института рода, старейшин)”. Вся проблема заключается как раз в том, что зачастую она выступает как “национальная” черта (я заковычил, чтобы не быть слишком категоричным).
    На самом деле это проблема не только коре сарам, но и Кореи как таковой – это уходит еще корнями в древность, троецарствие, север и юг (исторически, а не только раздел в ХХ в.), региональное самосознание, КНДР и РК и т. д. и т. п.
    Что касается коре сарам, ни один этнос в СНГ не создал столько корейских конфликтующих организаций, как корейцы (см. гл 10 моей книги “Коре сарам: кто мы?” https://koryo-saram.ru/han-v-s-koryo-saram-kto-my/). Раньше это статья выходила в соавторстве, но часть, связанная с описанием корейского противостояния написана мной, поэтому я и говорю об этом. А шутка: “Встретились 2 корейца и создали 3 политические партии” стала чуть-ли не национальной визитной карточкой.
    Что касается института рода и старейшин – он везде исчезает (как реальный фактор) по мере индустриализации, а не только у коре сарам в силу выселения на ДВ.
    Да, сегодня можно говорить о признаках консолидации (в странах ЦА, СНГ), но я не стал бы ставить окончательную точку на этом.

    Касательно того, что мы движемся “на ощупь”. В 1993-1994 г. я выступил на нескольких конференциях, а затем опубликовал ряд статей по этому вопросу. Я это назвал – двигаться методом проб и ошибок, и подверг критике деятельность корейских культурных центров, в деятельности которых центральным является понятие “возрождение корейской культуры”, понимаемое весьма интуитивно, как нечто само собой разумеющееся. Посмотрите https://koryo-saram.ru/kore-saram-i-koreya-mezhdunarodnoe-korejskoe-soobshhestvo-mks-vyzov-vremeni/ (ту часть, которая озаглавлена “Мы и Они” (есть несколько версий этой статьи). А вопрос был поставлен так: что понимать под корейским возрождением? 1) Возврат к культуре наших предков (переселенцев, уже давно усопших)? Данный вопрос ставится так. потому что это и есть возрождение в прямом смысле, т.е. возрождение того, что утеряно. 2) Копирование северокорейской или южнокорейской культуры (их идентичности), что обрекает коре сарам на второсортность и комплекс неполноценности. 3) Развитие коре сарам на собственной основе как уникальной субэтнической группы, с формулировкой своих ценностей, интересов и т. д. Мне кажется, что с тех пор эта постановка вопроса не утратила своей актуальности.
    С уважением,
    ВСХ

  • han han:

    Валерий Сергеевич, большое спасибо! Спасибо всем участникам дискуссии! Рассуждения, вопросы и ответы, на мой взгляд, оказались очень интересными по животрепещущим корё сарам вопросам. Пожалуй, их надо выделить отдельным постом.

  • Александр:

    Прочитал предложенный материал. Спасибо за ссылки.
    Нужно подчеркнуть, что статьи наполнены умными и точными мыслями, являются результатом достойного труда.
    Сквозь будни и житейскую прозу выявить общемассовое мировоззрение коре-сарам и вывести общие тенденции его развития стоит многого и заслуживает отдельного уважения.
    Передав краткую историю и описав Героев Своего Времени, в статьях ярко и качественно показаны все исторические этапы.
    Ясно видно, что автор, обладая большим сердцем, искренней тягой к справедливости, порядочностью, проявляет глубокое сожаление, когда видит отдельные факты конфликтности и неспособности к кооперации некоторых представителей коре-сарам. И вместе с этим не умирает надежда на лучшее, что во мне вызывает только уважение.

    Из статей напрашивается важный вывод, что на пути к мета-нации нам (коре-сарам) в первую очередь нужно развивать умение находить компромиссы, научиться слушать противоположенные точки зрения, прививать уважительное отношение к идеям каждого с целью получения общественно-полезного “полотна” мнений (особенно по жизненно важным вопросам коре-сарам и, прежде всего, с практической стороны). А потому, хоть я и не владею “академическим словом”, все-таки выскажу свой субъективный взгляд (не претендуя на исключительное право на истину) на некоторые вопросы в виде отдельных тезисов, с которым не обязательно соглашаться. Мнение из множества точек зрения, но по сути затрагиваемых тем.

    Образование в Узбекистане
    Не полностью соглашусь с оценками справедливой доступности образования в Узбекистане.
    Хотя принимаю тот факт, что каждый государственный муж несет ответственность перед государством, не всегда ретранслируя научную объективность в пользу практическому подходу или обстоятельствам. Не зная фактора возможного “давления” со стороны государств или ожиданий от руководств СНГ (которое, так или иначе, ясно указывает границы политического пространства), подхожу к данному моменту без критики или каких-либо сожалений. Тем не менее, есть ожидание, чтоб такие моменты проговаривались явно. Или же в отсутствия таковой возможности давать понять читателю между строк.

    О дружности
    Ясно видно, что понимая законы социологии, автор объективно описывает первую стадию формирования общественных институтов (в данном случае – ассоциаций).
    Однако эмпирический опыт (не всегда положительный) оказывает влияние на восприятие через личностную оценку с оттенком сожаления.
    -Острые формы борьбы.
    По моему субъективному мнению в описанных противостояниях руководителей ассоциаций имеет проявление не аспект разобщенности, а национальные особенности бОльшей изворотливости (находчивости) в достижении целей. Тут стоит отметить, что амбициозность, войны за лидерство, кулуарность – это не национальный оттенок. Эти качества присущи всем нациям, всем людям. В силу врожденный упертости, креативности и высокой приспособляемости любая форма борьбы в нашей среде будет иметь более изощренные формы. Это свидетельства проявления таких волютивных качеств как выдержка, упорство в достижении цели, которые, несомненно, могут принимать кривые формы.
    К выводу о дружности этноса, считаю правильным, что нужно исходить из оценок способности членов сообщества к кооперации без влияния факторов усиливающих и ослабляющий данную способность в зависимости от конкретных жизненных обстоятельств. Без учета влияния данных факторов мы, получая противоположенные факты, не дадим ясного объяснения “исключениям”… Взять условия, когда интересы личностные и общественные у коре-сарам совпадают. Корейцы в таком случае проявляют чудеса кооперации и единства. И здесь имеется множество примеров. Самые яркие: феномен успехов корейских колхозов, когда коре-сарам совместным трудом добивались ошеломительных успехов в достижении результатов, которых не добиться без высокой способности к кооперации. Так же можно привести еще один яркий пример сплоченности, здоровой кооперации коре-сарам – опыт создания ассоциации в Казахстане.
    -Завышенные ожидания и структура взаимодействия.
    Не лишним будет подчеркнуть, что ожидание создания единого центра с четкой иерархией и командно-административным управлением без углов и шероховатостей на новых рельсах демократичной выборности на пустом месте имеющегося опыта несколько завышено. Сама же идея выстраивания такой структуры – такой же стереотип старого мышления об общественно-организационном устройстве, имевшем место в СССР. Полагаю, что нет ничего плохого, если этих общественных центров будет множество, если они будут охватывать большее количество представителей в различных сферах деятельности. А множество общественных организаций могут иметь самые разнообразные взаимосвязи между собой, которые будут образовываться естественным путем. В процессе взаимодействия и естественного развития центров люди все равно придут к идеям демократической выборности главного органа управления (при важном условии, что общая активность этноса не будет “на нуле”). К тому же сами ассоциации – не есть решение всех насущных проблем коре-сарам. Их зона ответственности не может быть перегружена ожиданиями решения всех и вся. И если каждое сообщество из множества будет решать свою маленькую задачу – это будет на благо всем, а возможная конкуренция – только на пользу.
    -Начальный период развития.
    Важно также отметить, что зачастую характер начального “препубертатного” периода развития любых сообществ сам по себе имеет в своей сути “бурлящую”, нестабильную природу. Здесь напрашивается интересный вывод: чем больше бурлит в этот период, тем лучше… Значит, большему количеству людей небезразличны судьбы соплеменников, и в этом есть бОльший потенциал для дальнейшего роста. Важно эту “энергию” направить в конструктивное русло.
    В последствие за периодом становления, обязательно придет период консолидации.
    -Неподдельные умственные способности
    Коре-сарам зачастую гораздо быстрее видят потенциальную пользу или вред, на больший срок умеют выстраивать верные прогнозы последствий тех или иных решений. И если же интересы совпадают с общественно полезным, коре-сарам яснее видят справедливые границы деления интересов, быстрее находят общие точки соприкосновения и при желании легко намечают пути к сближению. Данный фактор также способствует к большей способности к кооперации.
    Исходя из вышеизложенного, я двумя руками поддерживаю мысль Германа Кима, что объединение Корей неизбежно (https://koryo-saram.ru/obedinenie-korei-neizbezhno/).
    В общей массе мы (коре-сарам) гораздо дружнее, чем это может показаться.

    Проактивный подход
    -Социография
    Нередко эмпирическую социологию называют социографией, подчёркивая описательный характер этой дисциплины. Множество трудов о коре-сарам носит именно описательный характер. Значительная часть, которых предназначена для неискушенного читателя (к примеру, корейца из Южной Кореи или российского востоковеда, которого не особо волнует судьба самих коре-сарам). И практически отсутствуют труды “обращенные” к простым коре-сарам, которые могли бы ответить на насущные их проблемы современности, показали куда двигаться, как правильно воспитывать молодое поколение, к чему стремится.
    -Эффективное движение
    Мы, простые коре-сарам, на интуитивном уровне понимаем происходящее. Но у нас, к сожалению, гораздо больше вопросов, чем ответов.
    Возможно, кто-то ищет ответы, читает историю и двигается на “ощупь”.
    Возможно кто-то, найдя мысленную жвачку в соц. сетях, на этом и успокаивается, теша свою радость сопричастности и ничего не сделав для будущего своих потомков в плане национального воспитания (что подобно тому, как если бы человек понимая, что его корабль тонет, увидел картинки красиво дрейфующий кораблей, умиротворенно отошел лежать дальше… ).
    А возможно, найдя ясные ответы, получив возможность поднять голову над рутиной жизни, мог увидеть путеводный маяк, найти свой полновесный, гармоничный смысл в своей жизни. И принеся общественно-полезное благо, став достойным представителем своего этноса, обоснованно ощутить себя счастливым человеком с большой буквы.
    -Насущная потребность
    Для тех, кто проактивен и хочет принести общественную пользу, нужны примеры, “инструкции”, “карты возможностей”, указывающие куда двигаться, как правильно поступать. Важно иметь материал, который давал ответы на насущные вопросы, а не материал, который описывал и плодил новые, не отвечая на старые. Нас интересуют размышления по поиску решений наших проблем. Освещение наших перспектив, что нас ждет? Куда мы двигаемся? Имеем ли мы катастрофу в национальном вопросе? Горит ли наш дом? И если огонь в доме, то нужны инструкции – что нам нужно делать и как нам действовать.
    С 1993 прошло 2 десятилетия, и актуальность вопросов не спадает не из-за новых обстоятельств, а из-за отсутствия ответов. Нам пора уже получить ответы.
    Говоря медицинскими аналогиями,
    нам сегодня нужны терапевты, чтоб получить ясные рецепты и методы лечения,
    нежели патологоанатомы, которые смогут беспристрастно описать смерть пациента, который пока еще жив…

    Предложения – наметки
    Со своей стороны, предложу набросок, что нам необходимо?
    -На уровне старейшин (если угодно, цвета нации):
    1. Выработать моральные доктрины, которые как векторы воспитания должны двигать нацию к лучшим своим национальным сторонам (кодекс чести).
    2. Создавать фундаментальные тезисы, которые должны лечь в базу для развития консолидирующего начала.
    3. Определить векторы развития коре-сарам.
    4. Высвечивать важность объединяющего начала (в том числе высвечивание общих “корней” этноса).
    5. В традициях высвечивать те моменты, которые имеют положительное воспитательное воздействие.
    6. Задать направление вектора развития традиций, в сторону улучшающую этнос. Не отказываться оголтело от традиций “потерявших актуальность”. Идти по принципу “не построив нового дома, не стоит ломать старый”.
    -На уровне ассоциаций, культурных центров, сообществ:
    1. Быть ближе к народу. Быть на связи с ним.
    2. Вести просветительную работу.
    3. Дать наивысший приоритет в вопросах воспитания молодежи. От них зависит то, каким коре-сарам станем в будущем.
    4. Определить приоритетные направления деятельности с учетом рамок политических границ.
    5. Выработать иммунитет на людей пришедших за разного рода “колбасой” в центры.
    6. Создавать дружественную информационную среду этноса в любых его формах.
    7. Готовить предпосылки для появления эффективных механизмов взаимодействия на пути к мета-нации в рамках СНГ.
    8. Разработка принципов договоренностей и оптимальных схем эффективного сотрудничества общественных корейских институтов.
    -На личностном уровне:
    1. Иметь проактивную гражданскую позицию.
    2. Учиться совместной деятельности, дабы получать результаты синергии от совместной деятельности корейцев.
    3. Уметь находить общие точки консолидации. Научиться друг друга слушать и слышать.
    4. Четко и ясно разделять мотивы личностных амбиций и проявления позиций конструктивного диалога.
    5. Воспитать достойных детей, нацеленных на достижение успеха, с активной гражданской позицией.
    6. Иметь желание отдать частичку своего усилия для общественно полезного.

    И еще раз о дружественности.
    Я уверен, что каждый из нас отдавал предпочтения своему корейцу. И если даже “наоборот” кто из нас был более требовательным к своим, мотивом к этому было желание увидеть в нем лучшее, дабы быть гордым за то, что они корейцы!
    От всей души всем спасибо за диалог и ответы.
    С уважением, Александр.

Translate »