Корейский суд в России

Pictures10

В селе Синеловке, расположенном в 30-40 верстах от с. Никольского, живёт известный корейский кулак П. Несколько лет тому назад он ездил в Корею и там выхлопотал себе некий корейский чин, на что получил диплом от корейского правительства. Возвратившись в Синеловку, П. объявил корейцам, что он отныне «чиновник» корейского королевства, и стал требовать от них отдачи ему чести по-корейски, как чиновнику и как начальнику. Корейцы, одни побаивались его и чествовали по обычаю, — другие же не ставили его ни во что и не признавали в нём никакого чиновника. Это последнее злило «чиновника», и есть слухи, что за неотдачу чести некоторых из корейцев били весьма сильно. Два случая докажут читателям, что эти явились не без основания, но почему-то прошли не замеченными русской полицейской властью.

В 1897 году у «чиновника» явилось желание побывать на именинах у одной корейской особы, где он должен был быть по приглашению.

Для пояснения считаю не лишним сказать, что корейские именины рознятся от русских тем, что русские люди справляют их ежегодно, а корейцы всю жизнь один раз, в то время, когда им исполняется 60 лет от роду. Вернее, корейцы справляют даже не именины, а юбилей; но так как русские, живущие вблизи, или среди корейцев, назвали это их празднество именинами, то так называю и я. После окончания 60 лет, собираются родственники и чествуют именинника, причём главным образом, собираются старики, которые прожили уже 60 лет. Каждому из них подаются маленькие столики, на которых разложены угощения: ломтики свиного мяса, кровяная корейская колбаса из чумизы и крови, «ударь-хлеб» (известен под этим названием у русских, так как приготовляется не в печке, а в корыте, продолжительным битьём деревянными молотками), затем салат (солёная китайская капуста), редиска солёная и соя. Во время обеда корейцы обносятся сулей (она же ханшин) и многие из них напиваются до того, что уже больше нельзя.

На такие именины и был приглашен наш «чиновник».

Желая прибыть на именины с шиком, он послал своего слугу с приказанием дать ему немедленно подводу. Хозяина, содержателя, дома не было, а ямщик Ким отказался дать подводу, говоря, что частным лицам, без предписания от полицейского управления, кони не даются. Вскипел «чиновник» от дерзкого отказа ямщика и приказал привести его к себе.

«Как ты осмелишься ослушаться меня, разве ты не знаешь, что я корейский чиновник?» — кричал он.

«Так мало ли что чиновник: здесь, ведь, не Корея, а Россия; значит, ты такой же чиновник, как и я. Вот если бы ты русский чин получил, тогда другое дело»,

«Атак ты вот как! Ты меня не признаёшь?! Ты русских чиновников считаешь выше меня? Эй, люди, дать ему 40 палок! Вот тогда ты узнаешь меня».

По приказу П. явились его работники и отсчитали смельчаку ямщику 40 крепких ударов палками. А затем строго настрого заказано никому не жаловаться, иначе будет хуже.

Люди, заинтересовавшись таким самоуправством П., желая осветить это дело, стали спрашивать сельского старосту деревни Синеловки, чтобы он рассказал подробности этого дела, но он, говорит, что и слухом не слыхал и видом не видал ничего подобного…

А вот и второй.

У корейцев есть поверье, что если кто станет вырубать тальник (иву) или жать полынь до снятия хлебов, то боги прогневаются и пошлют ветер, который выколотит колосья хлебные, и корейцы будут голодать. Такой случай произошёл в этом же 1897 году в Синеловке. Кто-то выжал 80 снопов полыни, а затем вскоре пронёсся ветер; жители в сердцах ругали неизвестного нарушителя обычая и собрали сходку, чтобы дознаться, кто это сделал, чтобы наказать или оштрафовать его. На сходке узнали, что полынь сжал кто-то из семьи того же «чиновника».

Видя, что дело открылось, тот прислал 7 рублей на сходку для искупления своей вины, но один из молодых корейцев, некто Степан Цой, стал возражать, находя слишком ничтожной такую сумму уплаты за 80 снопов: — «Мой отец был старостой Синеловки, выжал только 30 снопов полыни и заплатил 15 рублей; с П. нужно взять за 80 снопов 50 рублей, а вы согласны на 7 руб., потому что он сам только захотел вам столько дать. Неужели вам не стыдно брать 7 рублей? Он бросил вам их, как собаке кусок мяса, а вы и рады! Что стыда у вас что ли нет?!» Такими словами рассыпался Цой пред сходом, но сход ничего не сказал ему, предложения его не принял и, напротив, все пошли поблагодарить П. за 7 рублей, но тот уже пылал гневом на Цоя. Он позвал своего работника и приказал ему посадить Цоя под арест. Цой сказал: «Я русский подданный, а не корейский, ты не имеешь права сажать меня под арест», — и ушёл домой. Но П. не унялся. Желая во что бы то ни стало наказать Цоя, он приказал посадить за него дядю его под арест. Другой дядя пошёл к Цою уговаривать его извиниться перед П. «Иначе нам от него худо будет», говорил дядя. Цой из-за уважения к дядьям пошёл извиняться; он долго стоял на коленях пред воротами «чиновничьего» двора, просил извинить его и выпустить дядю, но П. не извинил его. Тогда Цой плюнул и ушёл домой. Но посланные от П. люди привели его опять, уже во двор П.; тут уже были приготовлены заплечные мастера, которые повалили бедного Степана Цоя и дали ему 80 ударов палками по ногам. Истязание было мучительное, Цой кричал от боли и корчился; но не менее его кричал «чиновник» с пеной у рта. Он изрыгал на Цоя ругательства и говорил: «Теперь ты узнаешь, что я не самозванец какой-нибудь, а действительный чиновник, который, как видишь, и на русской земле имеет власть». После истязания Степан Цой не мог не только ходить, а даже подняться на ноги, и его отвезли в арбе домой, где он лежал в продолжение пяти суток, пока не был в состоянии ходить.

Люди, возмущенные таким произволом, стали спрашивать Степана Цоя при встрече, о подробностях истязания, присужденного ему, очевидно, по корейскому закону. Цой говорил, что его не били. Но когда ему сказали, что это известно, то он заплакал и сознался, причём к вышеописанному ещё прибавил, что ему строго настрого запрещено жаловаться, в противном же случае он будет засечен до смерти…

Вот вам, читатели, и корейский суд в России!

Рассказ «Корейский суд в России» опубликован в газете «Дальний Восток».

1897. № 126. С. 3, под псевдонимом «Л».

Источник: Приложение книги А. С. Селищев «Русские и корейцы» Опыт первых контактов. С-Пб 2013 г.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »