Корейское общественное движение. Как это начиналось

К осмыслению фото стенда “История АККЦ РУз.”

Хан В. С., Сим Хон Ёнг. Корейцы Центральной Азии: прошлое и настоящее. Глава 4. Корейцы в постсоветской Центральной Азии

В конце 80-х годов, в условиях перестройки и про­цессов демократизации, корейцы стали создавать свои национально-культурные организации. Опьяненные свободой этнического самовыражения, помноженного на традиционно присущие амбиции, корейцы с завид­ной энергией стали соревноваться друг с другом в соз­дании всевозможных корейских обществ. Сколько их было? Корейские культурные центры, Интернациональ­ное культурно-просветительское общество корейцев, АСОК (Ассоциация содействия объединению Кореи), Бомминрён («Общенациональное единение»), МКАДиС (Международная ассоциация дружбы и сотрудничества) и т.д. Другие этнические группы, как то: евреи, немцы, украинцы, татары, азербайджанцы и др., создав по одно­му своему центру, лишь с удивлением взирали на корей­ские, растущие как после дождя грибы, общества, центры и ассоциации.

Председатель Оргкомитета Хан Сергей Михайлович, зам. председателя Оргкомитета, зав. корпунктом «Ленин кичи» Ким Владимир Наумович

Фото Виктора Ана. Председатель Республиканского оргкомитета по соз­данию корейских культурных центров Хан Сергей Михайлович, зам. председателя Оргкомитета, зав. корпунктом «Ленин кичи» Ким Владимир Наумович

Перестройка и последовавший за ней распад СССР ра­дикальным образом изменили жизнь и сознание этнических меньшинств. Новые подходы в сфере национальных отно­шений впервые нашли отражение в резолюции «О межна­циональных отношениях», принятой на ХIХ-ой Всесоюз­ной партконференции (28 июня — 1 июля 1988 г.). Однако формулировки резолюции были столь обобщенными и рас­плывчатыми, что не имели каких-либо конкретных выходов в область практических решений. Решающим документом, определившим основные направления в решении нацио­нального вопроса, стал сентябрьский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС, принявший платформу КПСС «Национальная поли­тика партии в современных условиях». Следующим шагом стало принятие в апреле 1990 г. Закона СССР «О свободном национальном развитии граждан СССР, проживающих за пределами своих национально-государственных образова­ний или не имеющих их на территории СССР», в котором рекомендации Пленума, в частности, возможность создания в местах компактного проживания национальных групп национальных административно-территориальных еди­ниц (национальные районы, национальные поселки, наци­ональные сельсоветы), и право на создание общественных объединений, основанных на этническом принципе (нацио­нальные культурные центры, национальные общества и зем­лячества), получили законодательное закрепление. Позже были приняты закон СССР «Об общественных объедине­ниях» (9 октября 1990 г.), а также соответствующие законы в Казахстане, Узбекистане и других республиках, юридиче­ски закрепившие право этнических меньшинств на создание своих организаций.

Первые инициативные группы по созданию корейских культурных центров в бывшем Советском Союзе возникли почти одновременно в Ташкенте, Алма-Ате, Москве и дру­гих городах, где проживали значительные по численности и значимые по своему интеллектуальному потенциалу корей­ские диаспоры.

12 декабря 1988 г. в Ташкенте под председательством профессора Сергея Михайловича Хана состоялось учреди­тельное собрание «Республиканского оргкомитета по соз­данию корейских культурных центров». С этого дня и на­чинается отсчёт массового корейского движения в СССР. Несколькими днями позже было проведено учредительное собрание «Культурно-просветительского центра советских корейцев», возглавляемого поэтом Б. Паком, позднее пере­именованного в «Интернациональное культурно-просвети­тельское общество корейцев Узбекистана». На протяжении 1989 г. Республиканский оргкомитет по созданию корей­ских культурных центров создал 14 таких центров в городах и районных центрах Узбекистана. «Несомненной заслугой оргкомитета, — отмечает журналист Б. Ким, — является со­здание им культурных центров на местах. Они вскоре воз­никли в Джизаке, Фергане, Самарканде, Нукусе, Чирчике, Аккургане, Бухаре, то есть практически в большинстве го­родов и районов, где имеются более или менее значительные корейские общины. Более того, именно местные культурные центры раньше ташкентских получили официальный ста­тус, и первым среди них стал корейский культурный центр Ферганской области, возглавляемый зампредом областного комитета народного контроля Р. П. Ляном»[[1]].

Среди столичных центров официальную регистра­цию первым прошел корейский культурный центр г. Алма- Аты, созданный на учредительном собрании, прошедшем 18 июня 1989 г. в здании республиканского корейского те­атра. Проект программы и устава были опубликованы за­ранее в газете «Ленин Кичи»[[2]]. В последующие месяцы в Казахстане были созданы корейские культурные центры в г. Уштобе, Актюбинской, Жамбылской, Уральской, Караган­динской, Кзыл-Ординской, Кокчетавской областях, а также в других городах и районах республики. Задачи координа­ции деятельности и консолидации усилий корейских куль­турных центров выдвинули на повестку дня вопрос о созда­нии организации, объединяющей всех корейцев в масштабе всей республики. В этой связи осенью 1989 г. в Алматы был создан оргкомитет по подготовке и проведению Учреди­тельного съезда корейцев Казахстана. Оргкомитетом под председательством профессора Гурия Борисовича Хана была проделана большая работа. В областях корейские культур­ные центры провели собрания и выбрали своих делегатов на первый съезд корейцев.

17 марта 1990 г. прошел учредительный съезд корей­цев Казахстана, на котором была создана Республиканская ассоциация корейских культурных центров Казахстана (РАККЦК). Он на альтернативной основе избрал президен­та — профессора Г. Б. Хана. Ассоциация была официально зарегистрирована 15 мая 1990 года[[3]].

Учредительная конференция Ташкентского городско­го культурного корейского центра состоялась 27 февраля 1990 г. Всего в Узбекистане было образовано 24 областных, районных и городских корейских культурных центра. 12 ян­варя 1991 г. была создана Республиканская Ассоциация ко­рейских культурных центров Узбекистана[[4]].

Учредительная конференция Культурно-просветитель­ской ассоциации корейцев Киргизстана была проведена 16 декабря 1989 г.[[5]]

19 марта 1990 г. в Москве состоялся Учредительный съезд советских корейцев, создавший Всесоюзную ассоциа­цию советских корейцев (ВАСК). С развалом СССР на 2-ом съезде ВАСК, состоявшемся 29 февраля 1992 г. в Алма-Ате, было решено принять в соответствии с новыми обществен­но-политическими реалиями новое название — Междуна­родная конфедерация корейских ассоциаций (МККА)[[6]].

Темпы создания корейских организаций в различных регионах СССР протекали неодинаково. Порой от начала создания инициативных групп до официальной регистра­ции проходило более чем два года, как это было в Узбеки­стане. Подобная затяжка была связана со следующими при­чинами.

Во-первых, местные регистрирующие органы часто не решались брать на себя инициативу в вопросе регистрации общественных объединений и ждали указаний сверху. По­добная волокита вызвала появление в прессе критических статей относительно регистрации корейских культурных центров[[7]].

Во-вторых, зачастую у местного аппарата было «свое» понимание по «корейскому вопросу», и он в большей сте­пени руководствовался этим пониманием, нежели буквой Закона, что было вообще характерным для советской аппа­ратной практики. Принятие корейскими инициативными группами навязываемого понимания вопроса становилось своеобразным условием разрешения на проведение учреди­тельной конференции и регистрации.

В-третьих, вмешательство властей в регистрацию ко­рейских культурных центров было во многом обусловлено противостоянием корейских инициативных групп и сопут­ствующими ему жалобами и протестами в местные руково­дящие органы.

И, наконец, многое объясняется тем, что в самом на­чале зарождения корейских общественных организаций людям, особенно на местах, не хватало опыта и знаний. В. Ким, бывший заведующий ташкентским корпунктом «Ле­нин Кичи» и активный участник создания корейских куль­турных центров в Узбекистане, так вспоминает атмосферу корейского движения на начальных этапах: «Никто не знал, где регистрировать общественную организацию, но все по­нимали, что без регистрации нельзя. Почему? Кто мешает открывать курсы языка, создавать кружки художественной самодеятельности, праздновать свои праздники? Вроде бы никто. Но нам даже в голову не приходило, что можно все это организовать самостоятельно. Слишком хорошо мы зна­ли, как поступают в советской стране с теми, кого заподо­зрили в национализме, в создании несанкционированных обществ…»[[8]].

_____

[1] Ким Б. Ветры наших судеб. — Ташкент, 1991. — С. 140.

[2] Ленин Кичи, 14 июня 1989 г.

[3] Кан Г.В. История корейцев Казахстана. — Алматы, 1995. — С. 186.

[4] Ким П.Г. Корейцы Республики Узбекистан. — Ташкент, 1993. — С. 122.

[5] Ленин Кичи, 19 декабря 1989 г.

[6] Ким Ен Ун. Из жизни международной конфедерации корейских ассоциа­ций // Актуальные проблемы российского востоковедения. — Москва, 1994. — С. 154.

[7] См. статью проф. С. М. Хана в газете «Правда» от 16 ноября 1989 г.

[8] Ким В. (Енг Тхек). Ушедшие вдаль. — Санкт-Петербург, 1997. — С. 61.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.