Корейцы на Дальнем Востоке: сталинские депортации, хабаровчанин Ким Чен Ир и пян-се

В 150-ю годовщину начала переселения корейцев в Россию журналист Василий Авченко вспоминает историю “русско-корейской” диаспоры (ФОТО)

Владивосток, 17 октября, PrimaMedia. Судьба корейской диаспоры в России до сих пор не стала темой романов или же киноблокбастеров. И совершенно напрасно, убежден приморский журналист Василий Авченко. Как он считает, по своей драматичности история корейцев в “русском мире” сравнима с судьбами еврейского народа. О том, как корейцы “обрусели”, а русские – “окореились”, о Сталине и пян-се, а также о хабаровчанине Ким Чен Ире автор подготовил материал специально для РИА PrimaMedia.

Переселение добровольное…

"В корейской слободке близ Владивостока". Автор фото: Сайт "Старый Владивосток"

“В корейской слободке близ Владивостока”. Автор фото: Сайт “Старый Владивосток”

“Часть их направилась от Посьета к озеру Ханка, а часть по льду Амурского залива к Владивостоку… Корейцы встали на колени и заявили, что они лучше умрут на русской земле, но не вернутся назад на родину”. Так писал о переселении 1860-х Арсеньев. Добавляя, что корейцы (в отличие от китайцев) охотно перенимали русский образ жизни: крестились, носили русскую одежду, учились в русских школах, посещали храмы…

Тем не менее, для корейцев, попросивших русского подданства, новая родина сразу же стала не только матерью, но и мачехой. Власти увидели в мигрантах угрозу – сперва экономическую.

Купец первой гильдии и капитан дальнего плавания. Владивосток, 1898 год. Автор фото: предоставлено читателем

Купец первой гильдии и капитан дальнего плавания. Владивосток, 1898 год. Автор фото: предоставлено читателем

В подробном труде Елены Чернолуцкой “Принудительные миграции на советском Дальнем Востоке” (Дальнаука, 2011) говорится: вначале русская администрация помогала корейским мигрантам, но вскоре отношение изменилось – иммигранты захватывали казенные земли, не платили налогов. Регулировать растущую миграцию пробовал еще в 1867 году губернатор Приморской области Фуругельм, позже – его преемники.

Дореволюционный Владивосток. Автор фото: Сайт "Старый Владивосток"

Дореволюционный Владивосток. Автор фото: Сайт “Старый Владивосток”

То есть проблема нелегальной миграции стояла уже тогда, и власти пытались ее решать. Тот же Арсеньев – последовательный протекционист – писал в “Кратком военно-географическом и военно-статистическом очерке Уссурийского края” (1912): “Принимать… в русское подданство следует только тех…, которые действительно обрусеют и переменят свой образ жизни… Торопиться с колонизацией края иностранными подданными не следует”.

В 1905-м Япония получила по итогам войны с Россией южный Сахалин, в 1910-м захватила Корею. Эта оккупация вызвала новую волну беженцев из Кореи в Приморье. Позже – накануне и во время Второй мировой – японцы массово повезут на Сахалин корейцев как рабочую силу.

Южно-Сахалинск. Памятник корейцам, которых насильно вывезли на Сахалин японцы. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Южно-Сахалинск. Памятник корейцам, которых насильно вывезли на Сахалин японцы. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Российские корейцы страдали от русско-японских трений. Уже в начале ХХ века в России говорили об опасности использования корейской диаспоры японцами в своих интересах, хотя в основном местные корейцы были настроены антияпонски. Арсеньев пишет: принудительные выселения корейцев из Южно-Уссурийского края генерал-губернатор Унтербергер производил уже в 1906-1910 гг.

“Русско-японская война. Японские саперы направляются в Корею в начале кампании”. Автор фото: Сайт “Старый Владивосток”

…и принудительное

И японская угроза, и корейский вопрос по наследству достались советской власти. В 1932 году под боком у Приморья возникло прояпонское государство Маньчжоу-го. В 1938-м случится Хасан, в 1939-м – Халхин-Гол; Япония вела себя в Азии столь же активно, как Германия в Европе и, кажется, только чудом не открыла в 1941-м свой второй фронт.

От той грозовой атмосферы сильнее всего пострадали опять-таки советские корейцы: опасаясь, что они станут японской “пятой колонной”, власти выслали их с Дальнего Востока в Среднюю Азию.

К 1926 году корейцы составляли четверть населения Приморья, в ряде районов были национальным большинством. Отмечались случаи шпионажа в пользу Японии (интервенты, напомним, ушли из Владивостока только в 1922-м). Обстановка была тревожной, и поначалу корейцев пытались переселять из приграничных районов вглубь региона. В 1937-м решили выселить из Приамурья и Приморья всех. Чернолуцкая указывает: переселяемым выплачивали зарплату и выходное пособие, разрешали брать имущество, инвентарь и живность, “желающим выехать за границу чинить какие-либо препятствия запрещалось”.

Корейская свадьба во Владивостоке. 1897 год. Автор фото: Предоставлено читателем

Корейская свадьба во Владивостоке. 1897 год. Автор фото: Предоставлено читателем

В сентябре-октябре 1937 года в Казахскую и Узбекскую ССР переселили 171 тысячу человек. Перепись 1939 года зафиксировала на Дальнем Востоке лишь 246 корейцев.

Группа рабочих корейцев при постройке уссурийской железной дороги. Автор фото: Сайт "Старый Владивосток"

Группа рабочих корейцев при постройке уссурийской железной дороги. Автор фото: Сайт “Старый Владивосток”

В 1945-м СССР и США, победив Японию, вернули корейцам Корею, но единой она уже не стала – так и живет, когда-то разделенная по 38-й параллели на зоны советского и американского влияния. Обратно из Средней Азии на Дальний Восток корейцев никто уже централизованно не возвращал. Корейцы, привезенные на Сахалин японцами, в основном там и остались. Вот почему именно на Сахалине их и сегодня больше всего – а не в Приморье, например. Ирония истории: у нас сегодня куда больше рабочих-среднеазиатов, тогда как многие потомки высланных в Среднюю Азию корейцев так и остались там – за пределами нынешней России.

“Мы потеряли приморских корейцев. Они до сих пор хотят вернуться, но я помню письмо замминистра экономического развития Дмитриева, в котором говорилось: переселение российских корейцев в Приморье с политической точки зрения нежелательно”, – вспоминал на недавнем круглом столе экс-начальник краевой миграционной службы Сергей Пушкарев.

Канонерка “Кореец” и советский офицер Ким Ир Сен

С японцами у нас было две войны, интервенция и Хасан с Халхин-Голом. С китайцами – конфликт на КВЖД и Даманский, не считая “манзовской войны” и других хунхузских историй. А вот с корейцами – ничего подобного, хотя Корея и Россия граничат, что, казалось бы, само по себе создает почву для конфликтов.

Тем не менее многие наши дальневосточные войны (полузабытые, к сожалению) так или иначе связаны с Кореей. Навскидку – несколько эпизодов.

Крейсер “Варяг” и канонерская лодка “Кореец” шли на последний бой из порта Чемульпо (это Инчхон, всем известный ныне сеульский аэропорт).

Северокорейский порт Раджин, куда ОАО "РЖД" совместно с северокорейскими железнодорожниками проложили дорогу. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Северокорейский порт Раджин, куда ОАО “РЖД” совместно с северокорейскими железнодорожниками проложили дорогу. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Будущий первый лидер КНДР Ким Ир Сен, партизанивший против японцев, в 1940-м перешел в СССР и возглавил “корейский батальон”, а через несколько лет – северокорейское государство.

В 1942-м у капитана Кима в селе Вятском Хабаровского края родился сын Юра – будущий Ким Чен Ир (в КНДР официальной стала другая версия – о рождении любимого руководителя в партизанском лагере на склоне священной горы Пэкту).

В начале 50-х в небе воюющей Кореи впервые схлестнулись на реактивных “МиГах” и “Сейбрах” вчерашние союзники – СССР и США.

Да и сейчас во время очередного “ядерного обострения на Корейском полуострове” мы нет-нет да слышим об учениях в Хасанском районе с развертыванием палаточных лагерей для беженцев из КНДР.

Северокорейский порт Раджин, куда ОАО "РЖД" совместно с северокорейскими железнодорожниками проложили дорогу. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Северокорейский порт Раджин, куда ОАО “РЖД” совместно с северокорейскими железнодорожниками проложили дорогу. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Без Корейской улицы – но с “Милкисом” и “Чокопаем”

На карте Приморья были “корейские” топонимы, но в 1972-м их вымарали, безжалостно зачищая после Даманского нерусские названия. Корейская Каменка стала Старой Каменкой, два Корейских мыса — Новгородским и Рязанским. Улица Корейская во Владивостоке еще раньше стала Пограничной, а название “Корейка” (жилой район на Первой Речке) помнят разве что старожилы.

И все-таки мы “прокореены”, “окореены” куда теснее, чем может показаться.

 В безбашенно-бесшабашные 90-е нас спасали не только китайские шмотки и японские тачки, но и корейские продукты, украшенные непонятными, но такими близкими буквами с характерными кружочками. Уже стали культурными феноменами майонез “Оттоги”, шпатлевка “Террако” (особенно ведра из-под нее), “Доширак” (была идея поставить во Владивостоке этой лапше памятник), “Чокопай”, “Милкис”… А папоротник и кимчи? А Гришковец, съевший на острове Русском собаку? А пян-се – национальный владивостокский фаст-фуд, придуманный сахалинскими корейцами из Холмска?

У нас теперь целая армия русских корейцев – красивого и талантливого народа. Уже кажется русской фамилия Ким – тут и бард Юлий Ким, и прозаик Анатолий Ким, и даже создатель платежной системы Qiwi Борис Ким. Георгий Ким и Сергей Огай возглавляют оба “гражданских” морских вуза Владивостока. Виктор Ан – звезда сочинской олимпиады – показал современный ремейк “добровольного переселения” (и если уж говорить о спорте, то есть еще Нелли Ким, Костя Цзю…).

В 1937-м был выслан с Дальнего Востока в Казахстан Цой Сын Дюн (Максим Максимович Цой). Там у него вскоре родился сын Роберт, а в 1962-м в Ленинграде у инженера Роберта и его жены Валентины Гусевой появился сын Виктор. В текстах группы “Кино” присутствуют явные дальневосточные мотивы – и “странное место Камчатка”, и троллейбус, идущий на восток, и сосны на морском берегу. Пусть нам говорят, что “Камчатка” – это кочегарка, а сосны у моря Цой видел в Прибалтике; мы-то знаем, что он – наш. Вот и песня “Я объявляю свой дом безъядерной зоной”, когда-то представлявшаяся предсказанием Чернобыля, теперь кажется пророчеством о “ядерной проблеме Корейского полуострова”.

Писатель Михаил Тарковский из Красноярского края пробует владивостокское пян-се. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

Писатель Михаил Тарковский из Красноярского края пробует владивостокское пян-се. Автор фото: Предоставлено Василием Авченко

…Каждое пян-се, продающееся на улицах Владивостока, начинено Большой Историей.

Источник: https://primamedia.ru/news/primorye/17.10.2014/389300/koreytsi-na-dalnem-vostoke-stalinskie-deportatsii-habarovchanin-kim-chen-ir-i-pyan.html

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »