«… Взгляните на карту мира. Этот полуостров, словно вставший на дыбы конь, вклинился между Японским и Желтым морями совершенно самостоятельной частью суши. И вблизи, в натуре, тоже сильно отличается от соседних территорий. Отличается крутыми, часто неприступными скалистыми горами, бурными, кристально чистыми ручьями, фигурными соснами, водопадами… А гостеприимный трудолюбивый народ – отличается среди всех народов своими гуманными традициями. Уважением к старшим, к предкам, к природе. Где существует правило подавать или принимать подаваемое не одной, небрежно, а обязательно почтительно двумя руками. Где хозяева, у которых все угощение состоит из вареного картофеля, соевого вегетарианского супа, миски просяной каши и квашеной с перцем капусты – кимчи, не приступят к еде, пока не усадят гостя. Часто впервые увиденного. Такого я не встречал ни в одной азиатской стране.

Валерий Янковский, из очерка «Моя Корея».

Лилия Пак. Стихи

Пак, Лилия Павловна. Родилась в 1955 г. в городе Бекабаде Ташкентской области. Работала оператором, начальником отдела информационно-вычислительного центра города Бекабада. Впервые свои стихи опубликовала в газете "Рабочий Бекабада", затем печаталась в газетах "Молодежь Узбекистана", "Ташкентская правда", "Корё синмун"

Пак, Лилия Павловна. Родилась в 1955 г. в городе Бекабаде Ташкентской области. Работала оператором, начальником отдела информационно-вычислительного центра города Бекабада. Впервые свои стихи опубликовала в газете “Рабочий Бекабада”, затем печаталась в газетах “Молодежь Узбекистана”, “Ташкентская правда”, “Корё синмун”

 

ПОХОРОНЫ

Ойгу! – Под стремительным градом
Скользящих отвесно лучей
Мы с прошлым и будущим рядом
Сегодня на самой черте.

Обличьем и сутью едины,
Под вздох – причитания те,
Мы молча склоняем седины,
О тщетной забыв суете.

Под спудом земли – километры,
Вокзалы, беда, поезда,
Стихии глобальные ветры
И марш строевой – в никуда.

Отгрохали рельсы полсвета,
Отцов изменяя маршрут!
Мы здесь рождены, в царстве лета,
Где нас причитания ждут.

Земля под ногами томится,
К душе прикипая навек,
И манит в разлуке, и снится
Дарьинского берега бег.

Ойгу! Меж крестов и надгробий
Лазурный на плечи зенит.
Час бренности только что пробил
И бронзовый голос звенит.
1977.

Далее »

Эпизод Корейской войны

В комментарии на ссылку статьи Кима Г. Н. “Советские корейцы в корейской войне” в ФБ, Юрий Уфимцев рассказал интересную историю об одном из эпизодов Корейской войны глазами советского корейца, непосредственного участника событий Бориса Семеновича Пака.

h97198

Юрий Уфимцев:  В Корее было более 400 советских советников и корейцы, по-первости, делились информацией с ними. Об одной совместной операции мне рассказал переводчик группы советских советников при Ким Ир Сене, работник КГБ Пак. Ким Ир Сен лично наградил Пака Орденом«Государственного знамени» за «самоотвеженную работу по оказанию помощи КРА в ее борьбе с американско-английскими интервентами и беззаветную отдачу энергии и способностей общему делу обеспечения мира и безопасности народов».

– У американцев было строгое правило – всеми возможными средствами спасать сбитых над территорией Кореи летчиков. ПВО были сбиты два летчика, один из которых был убит отстреливаясь, а другой попал в плен и был передан русским. В то время, согласно американской системе, каждый летчик снабжался комплектом специального аварийного снаряжения, в состав которого входил портативный радиомаяк, служивший приводной радиостанцией для поисковых летательных аппаратов. Как правило, сигнал принимал самолет и затем наводил вертолет-спасатель. В этот же комплект входило специальное зеркало, с помощью которого сбитый летчик сигнализировал вертолету о своем точном местонахождении. На случай вынужденного приводнения имелись плотик с парусом, краска для контрастного обозначения места приводнения и даже порошок для отпугивания акул. Такой радиомаяк был и у захваченного летчика. Далее »

Корпункт газеты – у истоков возрождения

Состав корпункта  «Коре ильбо» 1988 года в наши дни, т.е. через двадцать пять лет (слева направо):    Брутт Ким, Виктор Ан (фотокорреспондент),  Владимир Ли, Вячеслав Ли и Владимир Ким

Состав корпункта «Коре ильбо» 1988 года в наши дни, т.е. через двадцать пять лет (слева направо): Брутт Ким, Виктор Ан (фотокорреспондент), Владимир Ли, Вячеслав Ли и Владимир Ким

    История диаспоры  в  лицах                                                                                   Владимир  ЛИ

После окончания факультета журналистики ТашГУ  я   десять  лет проработал  в городской газете ответственным секретарем.  Коллеги по профессии хорошо знают, что значит  работать  в секретариате. Тут  весь день  надо  крутиться,  как белка в колесе,    чтобы не  сорвать график выхода  газеты в свет,  в режиме он-лайн  решать постоянно возникающие  неувязки между редакцией и типографией.

 И вот как-то в разгар такого  сумасшедшего  рабочего дня звонит мне давний товарищ еще со студенческой скамьи Владимир Наумович Ким, работавший тогда заведующим ташкентским корпунктом «Ленин кичи». «Слушай, – говорит, –  началась подписная кампания, будь добр, организуй у себя в городе  подписку на нашу газету, ну, хотя бы экземпляров на пятьдесят. Каждому подписчику мы гарантированно вышлем бесплатно восточный  лунный календарь». Признаться,  на тот момент я вообще даже не знал, что в Союзе существует ежедневная корейская газета, и что на своих страницах она поднимает  вопросы, связанные с жизнью наших соплеменников в братских республиках.  «О чем речь, старина, конечно, помогу,  – с готовностью ответил я, – высылай быстрее календари».

Слово – не воробей, обещал –   выполни!  И вот тут-то я впервые нос к носу  столкнулся с проблемами  корейский диаспоры,  отдельные представители которой  в те годы  пытались хоть как-то сохранить  жалкие остатки национальной культуры. Я с большим воодушевлением взялся за дело, но мой энтузиазм иссяк через пару недель, когда в результате неимоверных усилий мне удалось-таки склонить к подписке всего нескольких человек. Неоднократные мои попытки увеличить число добровольных подписантов, горячие взывания к  совести и патриотизму   бесследно тонули в пассивном  безразличии моих собратьев к проблемам газеты и не давали желаемых результатов. В конце концов,  я смирился с неудачей, махнул на все рукой,  а оставшиеся сорок с лишним календарей  забросил пылиться на книжную полку. Далее »

Редкие фотографии Северной Кореи начала 20-го века

Фотографии Пхеньяна и его жителей в начале 20-го века, в годы японского правления называвшийся  Хэйдзё:

Вид на Восточные ворота старого города Пхеньян. Сегодня редкие туристы посещающие город останавливаются у Восточных ворот, которые считаются достоянием нации. Впервые их возвели в VI веке. Нынешние ворота были построены в 1635 году, после того, как в XVI веке  во время японского вторжения сгорели их предшественники. Это одно из самых древних сооружений в столице КНДР

Вид на Восточные ворота старого города Пхеньян. Сегодня редкие туристы посещающие город останавливаются у Восточных ворот, которые считаются достоянием нации. Впервые их возвели в VI веке. Нынешние ворота были построены в 1635 году, после того, как в XVI веке во время японского вторжения сгорели их предшественники. Это одно из самых древних сооружений в столице КНДР

Далее »

Советские корейцы в корейской войне

LENOVO DIGITAL STILL CAMERA“Корё ильбо” Герман Ким: Перелом в русскоязычной историографии Корейской войны уже произошел. Это касается, прежде всего, демонтажа стереотипов коммунистической эпохи; упразднения табу и ограничений; выявления и введения в оборот бывших секретных документов; сотрудничества с зарубежными учеными и т.п. Однако в раскрытии темы Корейской войны остаются еще «белые пятна» и «темные страницы», что можно показать на одном конкретном примере – участия в ней советских корейцев. Этой темой подспудно занимался многие годы, собран внушительный массив архивных материалов, фотографий и личных документов, состоялись встречи и интервью с очевидцами той далекой войны. Однако книга так пока и не созрела, поэтому ограничиваюсь пока лишь краткой информацией.

В советское время мало что писалось о роли советских корейцев в строительстве социализма в КНДР и практически ничего об их участии в Корейской войне. Упоминания о том, что «корейско-китайскую делегацию на переговорах в Пханмунджоме возглавлял генерал Нам Ир», подпись которого стоит под Соглашением о перемирии, не содержат даже намека о том, что он был «узбекистанским» корейцем.

История того, как советские корейцы оказались в Северной Корее такова. Через год после окончания Второй мировой войны из Москвы поступило распоряжение в ЦК Компартии Казахстана и Узбекистана взять на учет всех корейцев коммунистов, кандидатов в члены Партии, комсомольцев, имеющих образование не ниже среднего и владеющих корейским или китайским языком. Соответствующее распоряжение получили партийные организации на местах и вскоре были составлены списки подходящих людей. Выявленные в архивах Казахстана секретные документы-списки корейцев, рекомендованных областными комитетами коммунистической партии для «отправки в распоряжение ЦК КПСС», позволили получить общую численность людей, готовившихся к отправке в Корею. Из трех областей: Алма-Атинской, Кзыл-Ординской и Талды-Курганской были включены в список 1083 человека. С включенными в списки людьми работала комиссия в республиканском ЦК партии, затем отобранные лица проходили инструктаж и направлялись в Москву. Отправка в Корею считалась командировкой по заданию ЦК ВКП (б). Из двух тысяч корейцев Казахстана и Узбекистана, включенных в первоначальные списки в Корею, были направлены около 500 человек, включая членов семей.

Профессор Со Дя Сук считает, что в период между августом 1945 г. и январем 1949 г. в Северной Корее находились 427 советских корейцев. Библиографический справочник по советским корейцам в КНДР, составленный Тян Хак Поном из Ташкента, содержит краткие данные на 239 человек. Далее »

Какой Корея была сто лет назад

atsman: ХОЧУ представить коллекцию фотографий (пятьдесят семь снимков) старой Кореи – “Old Korea 한국 100년 전에” (возможно, некоторые знают о ней).

13007502273_d5322660be_b

Okinawa Soba (Окинавская соба*), человек, собравший коллекцию, пишет: “Many of the images in this OLD KOREA set are crops taken from half-stereoviews by HERBERT G. PONTING, photographed in 1903 – just prior to the Russo-Japan War”. Должен сказать, он весьма примечательная личность. Вот что он пишет о себе: “I am an American citizen, 61 years old, who, until recently, worked as a professional photographer in Okinawa, Japan. I have lived and worked here in one capacity or another for most of the past 40 years, and remain a permanent resident of Japan”.

Ниже некоторые снимки из коллекции (остальные можно посмотреть, пойдя по ссылке выше). Помимо этой, Окинава Соба собрал прекрасные коллекции снимков старой Японии и старого Китая. Далее »

Живопись как медитация

1525245_666762873369317_854161437_n

С февраля 2014 года в Центре Корейской культуры при ресторане «Пагода» г. Тюмени регулярно проводятся мастер-классы по восточной живописи. Председатель ТОООК “Единство” Тен Алексей Федорович поддерживает начинания молодежи по ведению культурно-просветительских семинаров, знакомящих горожан с искусством корейского народа.

Вести мероприятия пригласили члена Союза художников России, профессора кафедры средового и графического дизайна ТГАКИСТ Трофимову Ольгу Федоровну.

В этом участникам встреч повезло дважды: потому, что Ольга Федоровна акварелист от Бога и потому, что с ней рядом становится спокойно и уютно. Страхи перед кистью и краской исчезают, незаметно сам собой погружаешься в чарующий мир творчества.

Небольшие лекции о происхождении, символике корейской и китайской живописи проводит культуролог, пресс-секретарь корейской организации “Единство” Вера Ким. Далее »

«И дай изведать сладкой муки!..»

Михаил Пак. Полдень (х.м. 60х50, 2007)

Михаил Пак. Полдень (х.м. 60х50, 2007)

 

Вадим Ок.

«И дай изведать сладкой муки!..»

Я не пойму — чего мне надо,

И сам не знаю — что хочу –

Когда смотрю –

как с водопада

Я в бездну глаз твоих лечу.

В сиянии звезд над головою

Я вижу милые черты.

Мне не коснуться их рукою

Они — виденье, сон, мечты.

Меня с собою вдаль возьми,

Где тайны звезд

и скрипки звуки,

И в сердце

нож любви вонзи!

И дай изведать

сладкой муки!

Translate »