Первомартовское движение корейского народа за Независимость

Художник Kim JungGi

Петров А. И.

22 января 1919 г. последовала смерть императора Коджона, породившая упорные слухи, что он был отравлен японцами. Естественно, это не могло не вызвать глубокого возмущения корейского народа. Обучавшиеся в Японии студенты создали политическую организацию, развернув активную деятельность за независимость своей родины. Че Пхаль Ён, Ким До Ён, Со Чхун, Ли Чжон Гын, Пэк Кван Су, Юн Чхан Сок, вошедшие в центральный орган организации, послали Сон Ке Бэка в Корею для установления более тесных контактов с патриотами на родине, а сами занялись сбором денежных средств для финансирования движения, а также подготовкой типографского шрифта, чтобы напечатать декларацию независимости, которую они подготовили. Вскоре текст декларации независимости был отпечатан, в чем непосредственное участие принимали Че Вон Сун, Чхон Гван Хо, Ли Гван Су и др. 8 февраля на собрании студентов в здании Ассоциации корейской католической молодежи (мужского пола) декларация независимости была торжественно зачитана, после чего прошли демонстрации. В тот же день многие студенты, участвовавшие в этих мероприятиях, были арестованы японской полицией.

Решимость студентов дала новый мощный заряд патриотическому движению в самой Корее. В первой декаде февраля в Сеуле Сон Бён Хи, Квон Дон Чжин, О Сэ Чхан, Че Рин, И Чжон Иль и др. обсуждали вопросы, связанные c провозглашением независимости родины. В то же время Сон Чжин У, Хёнк Сан Юн, Че Нам Сон и другие патриоты вырабатывали сам механизм восстановления независимости своей страны. В частности, было принято решение, что декларацию независимости должны подписать и провозгласить представители всего корейского народа — «народные представители»[1].

Несмотря на то, что Сонг Чжин У и Че Нам Сон вступили в контакты с влиятельными, патриотически настроенными деятелями последних лет династии Чосон, это не дало ощутимых результатов. Переговоры были продолжены через Ли Сынг Хуна, который представлял протестантов, и через Че Рина от Чондо-гё. Ли и Че оказались хорошими политиками: многие влиятельные представители корейского общества приняли участие в движении за независимость. К ним примкнули также известные буддисты Хан Ён Ун и Пэк Ён Сон. Таким образом, для подписания и провозглашения декларации независимости от христиан было избрано 16 чел., от Чондо-гё — 15 чел. и от буддистов 2 чел. Генеральным представителем был избран Сон Бён Хи.

День похорон императора Коджона был назначен японскими властями на 3 марта. Ожидалось, что народ начнет съезжаться со всех уголков Кореи. Этим решили воспользоваться корейские патриоты, избрав днем для провозглашения независимости 1 марта. Было решено, что декларация будет зачитана в полдень в парке «Пагода» в самом центре Сеула, а затем будут распространены листовки и прокламации с текстом декларации, после чего пройдут мирные демонстрации народа в поддержку независимости. 28 февраля народные представители в последний раз перед началом исторического события собрались в доме Сон Бён Хи в микрорайоне Кахве-дон.

1 марта 1919 г. с самого утра в парке «Пагода» начали собираться студенты и простые корейские трудящиеся. Вскоре здесь уже насчитывалось не менее 4—5 тыс. чел. в основном студенческой молодежи. Когда грянул выстрел пушки, возвещавший о том, что наступил полдень, представитель студенчества Чон Чже Ён торжественно зачитал текст декларации независимости Корейского государства. Размахивая сотнями полотен национального корейского флага, студенты и все присутствующие в парке выкрикивали лозунги «Да здравствует независимость!» и др. После этого все вышли из парка и мощными колоннами двинулись по улицам Сеула по направлению к зданию, в котором был выставлен гроб с телом короля Коджона. Отдав дань уважения своему последнему императору по особому обряду, одна колонна двинулась к генеральному консульству США, а другая — к зданию японского генерал-губернатора.

33 корейских народных представителя, которые поставили свои подписи под декларацией независимости (первой — подпись Сон Бён Хи), собрались в ресторане «Мёнвольгване». Примерно в 2 часа дня Хан Ён Ун зачитал декларацию независимости. Собравшиеся приветствовали провозглашение независимости дружными возгласами «Да здравствует независимость!», после чего они сами позвонили в полицию и сообщили о своем собрании. Через некоторое время все 33 народных представителя были арестованы.

1 марта собрания и демонстрации в Сеуле закончились в основном в 6 часов вечера, хотя отдельные выступления проходили вплоть до полуночи. Кроме того, демонстрации и выступления прошли в этот день также в Пхеньяне, Кэсоне, Сончхоне, Анчжу, Ыйчжу, Хванчжу, Вонсане, Хамхыне, Чжинампхо и других городах и местностях. В последующие дни не работали заводы и фабрики, пустовали школы, были закрыты учреждения и конторы. Народ ясно выразил свои чаяния и устремления к свободе и независимости. А 28 марта политический деятель династии Чосон Ким Юн Сик направил японскому генерал-губернатору письмо с напоминанием о том, что Корея провозглашена независимым государством.

В Приморье и Приамурье активность корейцев, действовавших в значительном взаимодействии с лидерами первомартовского движения в Маньчжурии и даже в самой Корее, была довольно высокой. Так, в августе 1919 г. Ли Дон Хви проживал в Корейской слободке г. Владивостока и занимался организацией партизанского отряда для военных действий против японцев на территории Приморской области. Он был тесно связан с А.М. Краснощековым через священника В.В. Огая, проживавшего в Хабаровске, а также через председателя корейского национального совета В.А. Муна, проживавшего во Владивостоке. Помощниками Ли Дон Хви были Чэй И Сун, Чо Чжан Ван, Ким Ха Сек и др. Японские власти в Корее бросили на разгон демонстраций и подавление первомартовского движения все силы. По всей стране выступления корейского народа за независимость жестоко подавлялись вплоть до физического уничтожения участников движения. Страшным примером является расправа японских регулярных войск над мирными жителями деревни Чжеамни близ города Сувона. Согнав всех жителей от мала до велика в деревенскую церковь и наглухо закрыв ее дверь, солдаты открыли сначала беспорядочный оружейный огонь, а затем подожгли церквушку, в результате чего около 30 чел. сгорели. Примеры массового уничтожения корейцев были не единичными. Но первомартовское движение корейского народа за независимость уже нельзя было остановить. Оно, жестоко подавляемое внутри Кореи, вышло за ее границы и уже набирало силу в Маньчжурии и Приморье.

Всего в ходе демонстраций и массовых выступлений с 1 марта и до конца апреля 1919 г. по всей стране и за ее пределами, по официальным источникам, было арестовано 46948 чел., 7509 чел. убито и 15961 чел. ранен. В движении за этот период приняли участие 2023089 человек[2]. Кроме того, карателями было сожжено 700 жилых домов, 47 церквей и 2 школы[3].

Японское правительство, осознавая всю бесперспективность политики тирании и военно-полицейского режима в Корее, было вынужденно перейти к культурной стратегии на полуострове.

_____

[1] Сам-иль минчжок хэбан eндон ёнгу (Исследование по первомартовскому народно-освободительному движению). Сеул, 1989. С.230—231.

[2] Шипаев В.И. Корейская буржуазия в национально-освободительном движении. М., 1966. С.80.

[3] История Кореи. Сеул: Международное радио Кореи КВ S; Институт международного образования при Министерстве просвещения Республики Корея. 1995. С. 177—178.

***

Источник: РАУК –  Петров А. И. Первомартовское движение корейского народа за Независимость – https://koryo-saram.ru/dvizhenie-za-nezavisimost-korei-ot-yaponskih-okkupantov/

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »