Погиб из-за собственной глупости

Судя по сегодняшним сообщениям, нечто подобное на полуострове происходит до сих пор.

3

Перевод М. Н. Пака

В двадцать первом году правления Кэро[1], государя Пэкче, осенью, в девятой луне, правитель Когурё Корён[2] напал на Пэкче и с тридцатитысячным войском осадил столицу Хансон. Государь Кэро запер крепостные ворота и не решался вступить в бой. Тем временем армию Когурё разделили по четырём направлениям, и она приступила к штурму с флангов, а потом, воспользовавшись ветром, осаждающие принялись кидать горящие факелы и сожгли крепостные ворота.

Государь растерялся и не знал, что предпринять, но затем собрал несколько десятков всадников, вырвался за ворота и бежал в сторону запада. Солдаты Когурё пустились в погоню и убили его.

Задолго до этого правитель Когурё Чансу, втайне замышлявший напасть на Пэкче, искал человека, который сумел бы пробраться туда лазутчиком. Вызвался буддийский монах Торим:

— Недостойный монах, не сумел я постичь учение Будды, но все время думаю о том, как бы мне отплатить государю за благодеяния. Потому осмелюсь просить великого государя не считать меня ни на что не пригодным и дать указание, что сделать. Все силы положу, чтобы исполнить повеление!

Государь обрадовался и дал ему тайное поручение обмануть правителя Пэкче.

Тогда, прикинувшись, будто его преследуют в Когурё за преступления, Торим бежал в Пэкче.

А государь Пэкче Кэро очень любил играть в шахматы. Поэтому, явившись к воротам государева дворца, Торим сказал:

— Ваш слуга с юных лет учился игре в шахматы и не раз входил в число самых искусных. Мне хотелось бы обрести известность возле вас.

Государь пригласил его сыграть в шахматы и убедился, что в этой игре он самый искусный в государстве. Государь оказал ему приём как самому дорогому гостю, полюбил его всей душой и сетовал лишь на то, что так поздно довелось с ним встретиться.

Однажды, будучи наедине с государем, Торим сказал:

— Хотя я и чужестранец, но государь не оставил меня в отдалении от своей милости и облагодетельствовал весьма щедро. Я же смог отплатить за это одним лишь своим искусством и не принёс пользы государю даже на волосок. И сейчас я хотел бы высказаться, да не знаю, как отнесётся к этому государь.

Кэро ответил:

— Я прошу вашего мнения, и если оно окажется на пользу стране, то большего я и не жду от учителя.

— Великий государь, страна ваша с четырёх сторон окружена горами и холмами, реками и морями, — начал Торим. — Это защита природы, а не сооружения, сделанные человеком. Вот почему соседние государства и не помышляют о том, чтобы завладеть вашими землями, а стремятся лишь услужить вам. Поэтому следует внушать трепет людям ещё и величественным внешним видом и богатством в убранстве дворца государя. Это должно быть видно каждому — и тем, кто узрит их воочию, и тем, до кого достигнет людская молва. А между тем в столице не возведены ещё ни внутренние, ни наружные укрепления, не изукрашены и не обставлены дворцовые покои, останки прежнего государя лежат во временном погребении под открытым небом, а дома ваших подданных часто рушатся от разливов рек. Ваш слуга полагает, что великий государь более не может терпеть этого.

Государь ответил:

— Великолепно! Так и поступлю!

И вскоре он повелел согнать своих подданных — государственных крестьян месить глину и возводить городские стены. Внутри стен построили дворцы и беседки, башни и павильоны — величавые и прекрасные. Затем вытащили из реки Унниха[3] каменную глыбу и возвели саркофаг, в котором захоронили прах отца, прежнего государя, а вдоль реки насыпали вал, который протянулся к востоку от крепости Сасон до северного склона горы Сунсан[4].

В конце концов из-за этих работ казна государства совершенно опустела, а народ испытывал нужду и лишения. Нависшая над страной опасность была гораздо большей, чем, как говорится, у яиц, сложенных в кучу.

Тогда-то Торим поспешно бежал назад в Когурё и обо всём доложил своему государю. Обрадованный Чансу решил теперь напасть и покорить Пэкче. Командовать войсками он поставил своих приближённых.

Когда об этом узнал государь Кэро, он призвал своего сына Мунджу:

— По глупости и невежеству поверил я коварному человеку и вот дошёл до какой крайности! Народ разорён, войско ослабело. Когда наступит крайняя опасность для страны, кто станет биться ради меня?! Я должен умереть, но что пользы, если и ты здесь погибнешь! Не лучше ли тебе уйти от опасности, чтобы продлить царственный род государя?

И Мунджу тотчас же вместе с Мокхёп Манчхи и Чоми Кольчхви отправился на юг.

В это время военачальники Когурё Чеу, Чэджын Коллу, Кои Маннён и другие прибыли во главе войск и напали на северную крепость, которую и взяли через семь дней. Затем они вышли к столице. В городе воцарился страх перед опасностью, а государь бежал. Военачальники Когурё Коллу и другие, увидев, как правитель Кэро сходит с коня и кланяется им, трижды плюнули ему в лицо. После чего, обвинив его в совершённых преступлениях, связали и отправили под стены крепости Ачхасон[5], где и убили.

Надо сказать, что Коллу и Маннён сами родом были из Пэкче, но там их обвинили в преступлениях, они бежали и укрылись в Когурё.

_____

[1] Кэро — двадцать первый государь царства Пэкче, правил в 455–475 гг.

[2] Корён — двадцатый государь царства Когурё, посмертное имя Чансу-ван (413–492).

[3] Унниха — современная река Ханган, современная провинция Кёнгидо.

[4] Сунсан — предположительно гора Кымдансан, современная провинция Кёнгидо.

[5] Ачхасон — крепость, которая находилась на территории Сеула, современной столицы Республики Кореи.

***

Источник: Чудесная жемчужина. Рассказы о необычном. Корейские предания легенды и сказ­ки. / пер. с кор. А. Ф. Троцевич, Л. Р. Концевича, М. И. Никити­ной, Ю. В. Болтач, М. Н. Пака, А. В. Соловьева, В. М. Тихонова, Д. Д. Елисеева. — СПб.: Гиперион, 2014. — 272 с. — (Серия «Золотой фонд корейской литературы». VIII.)

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »