С любовью к людям

Ген Дя Нам, в миру – Любовь Александровна, не только журналист с полувековым стажем, ветеран труда, член Союза журналистов Казахстана. Она патриот уникальной во многих отношениях республиканской газеты «Коре Ильбо». Ее доблестный труд не так давно отмечен почетным знаком президента Южной Кореи Пак Кын Хе.

83539-preview-image

Перевод – дело тонкое

Именно «Коре Ильбо» посвящена вся ее трудовая жизнь, в редакцию стремится она и сейчас, будучи на пенсии. И вовсе не потому, что нет других забот. Любовь Александровна – мать троих детей, бабушка и прабабушка. Однако корейская часть газеты по-прежнему держится на ней…

Биография «Коре Ильбо» герои­ческая, ее сотрудники способны к самопожертвованиям, благодаря которым газета пережила депортацию и, как корейцы, отправленные с насиженных мест в Казахстан в 1937 году, выстояла и возродилась вновь.

Первоначально «Коре Ильбо» называлась «Сэнбон» и выходила на Дальнем Востоке. 12 сентября 1937 года вышел 1 644-й номер, который стал последним, – в этот черный день всех сотрудников редакции арес­товали и расстреляли. Чудом выжил заведующий сельскохозяйственным отделом Хван Дон Хун. Вместе с наборщиками Александром Тигаем, Валентином Те и Бон Нам Цоем спрятали шрифты и с риском для жизни привезли их в Кызылорду. Благодаря огромным усилиям Хван Дон Хуна 15 мая 1938 года газета возродилась и стала выходить под названием «Ленин кичи». Впоследствии журналист был тоже арестован и расстрелян. В 1991 году газета «Ленин кичи» уже в Алма-Ате была преобразована в корейскую международную газету «Коре Ильбо», которая издается по сей день.

…Что касается преемственности, то не смогла Любовь Александровна воспитать себе замену. Ученики были, но все разъехались по городам и весям – оказывается, специалистов, одинаково хорошо знающих русский и корейский языки, не так уж и много.

– Получилось так, что после ухода на пенсию родная редакция снова обратилась с просьбой поработать какое-то время. С тех пор прошло уже более девяти лет, – смеется она.

Ее знание родного языка вызывает восхищение, с ней консультируются ведущие корейские филологи в Казахстане. А ей часто вспоминается Международная конференция в Лос-Анджелесе в 1995 году по вопросам мирного объединения Кореи. Делегатами туда съехались корейцы со всех уголков мира, в том числе из Казахстана и Узбекистана. Конференция шла на корейском языке, и перед отъездом выяснилось, что в нашей объединенной делегации никто не владел языком в необходимом объеме. В переводческом деле у Любови Александровны конкурентов не было, но она пробовала отказаться: такие перелеты и волнения – не для ее возраста, да и не приходилось журналисту работать на столь престижных форумах. «Что, кроме бабушки, поехать мир посмот­реть некому?!» – удивилась Любовь Александровна. Но все-таки поехала.

Тогда открылся ей мир новыми, до того неведомыми гранями. Ей была известна другая Америка – постоянный соперник Советского Союза. Как встретят ее, такую странную кореянку, у которой мама – японка, папа – кореец, место рождения – Сахалин, а родная страна – Казахстан? Она увидела, как живут в Америке ее земляки во втором поколении, а сидя в президиуме международного форума, мысленно вновь благодарила своих школьных учителей на Сахалине, которые дали ей такое основательное знание языка. И поняла: нечего волноваться. Причем знания она получила не в университетах, а в бесконечных недетских заботах о младших братишках, помогая родителям и лесхозу в заготовке то торфа, то гречихи. О, это трудовое детство в красном галстуке, а потом с комсомольским значком на груди! Как много вынесла она оттуда умения ладить с людьми, понимать их, прощать, а еще неимоверного желания постичь мир и жить с ним в гармонии.

Она спускается в зал, и навстречу торопятся делегаты из других стран: «Откуда у вас такое хорошее знание языка? Вы где учились?» – «Вот тебе и бабушка», – с уважением подумала о себе Любовь Александровна.

57369a395dc351463196217
С чемоданом и детьми – в редакцию

1978 год. Любовь Александровна получает приглашение на работу в Кызылорду, в газету для корейцев, проживающих в Казахстане, «Ленин кичи». Она уже имела опыт работы на радио и в корейских изданиях Сахалинской области.

– Семья наша жила как на вулкане, – вспоминает она. – С мужем не ладили: он не понимал меня, не заботился о детях. Недолго думая, собрала я чемоданы, с тремя детьми села на поезд и поехала. Дорога была очень длинной. Не помню, сколько автобусов поменяли. С поезда пересели на паром, с парома – на самолет. Так доехали до Кызылорды, где в то время выходила газета. Честно говоря, даже не задумывалась, где остановлюсь, чем мы будем питаться и на что. Ничего не боялась, как будто к маме или домой ехала. Была надежда: работа есть – выстоим. Так я и вошла в кабинет к редактору Ким Джюн Гиру – с детьми и чемоданами.

Встретили ее очень хорошо, обеспечили временным жильем и, увидев, какой специалист приехал, в скором времени – квартирой. Начались журналистские будни с дежурствами допоздна, с набором текстов до самого утра.

– Ночевали в редакции, – рассказывает Любовь Александровна. – Зато когда утром широкоформатный номер вопреки всему был отпечатан, чувством гордости переполнялись души журналистов.

Разве забыть вечные заботы о том, чтобы каждый номер (а газета выходила пять раз в неделю) был интересным и злободневным. Как все-таки велик и наполнен созидательным смыслом труд журналиста: писать историю страны каждым номером, каждой строчкой. И пусть говорят, что газета живет один день, – она своим словом сеет разумное, доброе, вечное. Если это не так, то вряд ли под угрозой смерти везли бы корейцы шрифты газеты в Казахстан в далеком 1937 году…

Родилась газета, как и Любовь Александровна, на Дальнем Востоке. Всего лишь родилась. А известной и родной для миллионов корейцев стала уже в Казахстане. Ее читают в России, в Корее, на Дальнем Востоке. Проводя параллели с судьбой газеты и журналиста, можно найти одно отличие. Газета живет в Казахстане, лишь иногда «оглядываясь» назад. А Любови Александровне все не давала покоя мысль: как там, на Сахалине, живет ее муж? Он вдруг стал писать письма, просить прощения: «Дорогая, любимая моя, нет без тебя и детей жизни. Приезжай. Давай начнем все сначала…» И она поверила. Взяла опять чемоданы и с детьми приехала домой.

Однако все повторилось, как предупреждал редактор: «Смотри, горбатого могила исправит…» Как в воду глядел. Любовь Александровна как хороший журналист и на Сахалине была востребована. Работа и дети стали смыслом ее жизни. И вдруг снова телефонный звонок, уже из Алматы, куда переехала из Кызылорды редакция газеты: «Возвращайся, мы тебя ждем…» И Любовь Александровна вновь вместе с детьми села в поезд, который уже навсегда увез их в Алматы.

О двух мамах и о миске риса

…Семья, в которой родилась Любовь Александровна, жила в маленьком селе Сахалинской области – не больше двух десятков домов. Взрослые вечно озабочены тем, как накормить свои семьи, дети ходили оборванными и голодными. Мерилом благополучия были белые валенки без заплаток и миска риса на ужин – на всех. В семье Киоко (так на японский манер звали девочку) рисовую кашу ели лишь в большие праздники. Отец не мог обеспечить семью, где росли четверо детей.

Сейчас Любовь Александровна объясняет «предательство» родителей, отдавших ее в другую семью, именно этой нищетой. Не могли они прокормить детей и поэтому отдали одного ребенка бездетной чете. Но почему выбор пал именно на нее? Меньше других любили? А быть может, родители ей, напротив, желали лучшей доли? Малышке до горьких слез было обидно, что вот так просто взяли да и отказались от нее родители.

Старшая сестра привезла девочку на подводе в соседнее село, будто в гости, и ушла, сказав, что скоро вернется. Однако прошел день, другой, а той все не было. Шестилетняя девочка никак не могла понять, что произошло. И хотя в новой семье жилось гораздо лучше, она частенько потихоньку плакала. Потом Киоко пошла в школу, и не было счастливее ее, когда за хорошую учебу получила в подарок настоящий портфель: вот бы мама узнала, вот бы она порадовалась, какая дочка растет у нее. Хотя нет, не у нее, а просто растет. И не нужно ей радоваться, пусть жалеет о том, что потеряла такую дочку…

Однако жизнь научила прощать. Девочке казалось, что приемная семья в ней души не чает. Ошиб­лась она. Приемная мама ушла к другому, и в той семье никому не нужна стала маленькая девочка. Так Киоко была предана мамой еще раз. Ее воспитывал отчим…

Счастье есть!

Любовь Александровну не озлобило отношение родителей – родных и приемных, она сохранила к людям доброе отношение, считая и сейчас, что все самое ценное – в человеке. Да и журналистику выбрала из-за этой любви к людям. Будто по жизни искала то, чего не могла найти в родителях, а когда находила, писала об этом с такой радостью, словно нашла клад.

Дети Любови Александровны, в отличие от нее, всегда были уверены в крепкой материнской любви. «С рождением первенца решила, что даже на какое-то время их не оставлю, – говорит она. – Только рядом с матерью хорошо ребенку».

Она была свидетелем многих исторических событий, с изменением жизни к лучшему. Помнит какой-то корейский праздник, когда угощал добрый хозяин лепешками. И полет Гагарина в космос 12 апреля 1961 года:

– Я смотрела в небо и не могла поверить, как же человек поднялся в небо! Как ему под силу такое?! В каждом доме накрывался праздничный стол, словно Гагарин – не просто советский человек, а сын, которого семья проводила в небо.

Воспоминания детства и юности связаны с Сахалином. А родиной стала казахстанская земля, где ее ждали, где она смогла реализоваться как творческая личность.

В основе характера Любови Александровны – верность и постоянство, благодарность и желание ответить на добро добром. Возможности газеты журналист всегда использовала, чтобы помочь людям, которые благодарили ее, удивляясь бескорыстию. Она и сейчас такая. Недавно получила гонорар за перевод статьи в газете и разделила его между творческими сотрудниками редакции. Вопрос не обсуждался.

– Вы выбрали журналистику или она вас? – спрашивают Любовь Александровну.

– Пятьдесят на пятьдесят. Но что журналистика – моя судьба – это точно, – рассуждает она. – Наша «дружба» началась в раннем детстве. Отчим, как только научилась писать, настаивал, чтобы я каждый день делала записи. Бывало, спать хочется, а он: «Пиши!» И писала – о том, что проснулась земля, весна на дворе, что очень хочется тепла… Обо всем. Лет в 11 я уже с газетой сотрудничала. Люблю свою профессию, стараюсь понять людей, о которых пишу, почувствовать то же, что и они. Однажды присутствовала на операции детдомовской девочки. Помню, лоб хирурга покрывался потом – и я становилась вся мокрая, словно тоже в руках держала скальпель или ассистировала. У него рука останавливалась в напряжении – и я чувствовала, как немеет моя рука. Когда он сказал классическое: «Спасибо всем, операция окончена», – потеряла сознание. Оказывается, давление упало от переживаний…

15 мая у Любови Александровны день рождения. Как прежде, спешит на работу, вернее, на службу родной газете. Подтянутая, устремленная вперед, она и сегодня даст фору многим. Мы не скрываем восхищенных взглядов: настоящий журналист и замечательная женщина!

Тамара УСТИНОВА, Алматы
Источник: koreilbo – kazpravda.kz
Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

комментария 2

  • МИРОН ХЕГАЙ:

    НАСТОЯШЯЯ ЖЕНШИНА И НАТОЯШИЙ ЧЕЛОВЕК!!!!!

  • Владимир:

    Пусть будет больше таких людей и мир станет добрей, а нам легче жить! Спасибо!!!