Санкции Совета Безопасности ООН в отношении КНДР и политические интересы региональных держав

Федоровский А.Н., Вода К.Р.

imemo_logo_smiСовет Безопасности (СБ) ООН 2 марта 2016 г. единогласно принял резолюцию (№2270), расширяющую уже действующие международные санкции в отношении КНДР. Решение об ужесточении санкций принято в ответ на проведение Пхеньяном в январе текущего года ядерных испытаний, а в феврале – ракетных. Несмотря на общее осуждение действий Пхеньяна, игнорирующего предостережения ООН о недопустимости наращивания ракетно-ядерного потенциала, членам СБ потребовалось два месяца на согласование текста резолюции. Данное обстоятельство свидетельствует о тех сложных проблемах и неоднозначных процессах, которые связаны с современным кризисом на Корейском полуострове.

Перечень новых санкций

1) Логистические. Принятая резолюция требует от членов ООН обеспечить проведение неукоснительных проверок всех грузов, ввозимых и вывозимых из КНДР через их территории на предмет наличия запрещенных товаров (ст. 18). Вводится запрет для членов ООН на лизинг и фрахт морских и воздушных судов под их флагом, предоставление касающихся экипажей услуг КНДР (ст.19), запрет на регистрацию судов в КНДР, получение разрешений на использование судном флага КНДР, владение, лизинг или предоставление услуг по эксплуатации, сертификации, страхованию любого судна, плавающего под флагом КНДР (ст.20).

2) Финансовые. Совет безопасности ООН постановил «заморозить все денежные средства и другие финансовые активы и экономические ресурсы за пределами КНДР, которые находятся прямо или косвенно в собственности или под контролем учреждений правительства КНДР или Трудовой партии Кореи, либо лиц или организаций, действующих от их имени или по их поручению», связанных с ядерной и ракетной программами (ст. 32). Кроме того, запрещается создание финансовыми учреждениями новых совместных предприятий с банками КНДР, их долевое участие в праве собственности на банки КНДР и установление или поддержание корреспондентских отношений с банками КНДР. Документ требует, чтобы государства ООН в течение 90 дней закрыли такие существующие отделения, филиалы и представительства, а также прекратили совместные с банками КНДР предприятия (ст.33). Государства должны запретить финансовым учреждениям, которые находятся на их территории или под их юрисдикцией, открывать новые представительства, филиалы или отделения либо новые банковские счета в КНДР (ст. 34). Государства должны в течение 90 дней закрыть существующие представительства, филиалы и банковские счета в КНДР, если соответствующее государство имеет информацию, что соответствующие финансовые услуги могут способствовать осуществлению КНДР ракетной и ядерной программ (ст. 35).

3) Запрет на экспорт минеральных ресурсов. Совет безопасности ООН ввел запрет на экспорт из КНДР угля, железа, железной руды, доходы от которого используются для развития ядерной и ракетной программ (ст. 29), а также полный запрет на экспорт золота, титана, ванадия и редкоземельных минералов (ст.30). Следует отметить, что положение о запрете на поставки угля не распространяется по отношению к «поставкам, происхождение которого за пределами КНДР закупающее государство подтверждает…, и транспортировка которого осуществляется через КНДР исключительно в целях экспорта из порта Раджин» (ст.29, п.а).

4) Запрет на экспорт авиационного и ракетного топлива распространяется на поставки авиационного бензина, ракетного топлива на основе нафты, реактивного и ракетного топлива на основе керосина. Однако, данное положение не применяется по отношению к продаже или поставкам топлива для гражданских пассажирских самолетов за пределами КНДР, предназначенного исключительно для заправки самолетов для целей полета в КНДР и обратно (ст. 31).

5) Запрет на экспорт в КНДР стрелкового оружия. Вводятся новые санкции в отношении поставок в КНДР легких вооружений и стрелкового оружия (ст.6), на которые ранее эмбарго не распространялось.

6) Прочие ограничения. Документ требует выдворять из стран – членов ООН северокорейских дипломатов, связанных с «незаконной деятельностью» (ст.13,14), запрещает обучение граждан КНДР по дисциплинам, которые могли бы способствовать развитию ядерной и ракетной программ КНДР, включая современную физику, передовое компьютерное моделирование, авиационную технику и др. (ст.17). В обновленный санкционный «черный список» включены 16 северокорейских граждан и 12 организаций, включая Государственное агентство по освоению космоса, Управляющую компанию по судоходству и др. Кроме того, резолюция подтвердила запрет на поставку роскоши в Северную Корею и внесла в него новые наименования, такие как дорогие часы, хрусталь, снегоходы и др.

Санкции отдельных стран

Помимо этого, отдельные страны, включая Республику Корея, Японию и США вводят свои собственные санкции.

Деловые связи между Республикой Корея и КНДР, остававшиеся последний год замороженными на низком уровне, уже сейчас практически свернуты. В частности, Сеул, эвакуировав после проведения Пхеньяном в январе ядерного испытания южнокорейский управленческий и технический персонал, полностью прекратил свое участие в деятельности северокорейской специальной экономической зоны Кэсон, до сих пор успешно пережившей все кризисы в межкорейских отношениях. Тем не менее 8 марта правительство объявило о дополнительных санкциях. С 43 до 83 расширен список граждан КНДР, а также с 34 до 74 увеличено число северокорейских  и других иностранных организаций (в том числе, тайваньских, сингапурских, египетских и ряда других стран), финансовые и прочие деловые связи с которыми замораживаются. Морским судам, побывавшим в КНДР, запрещено на срок до 180 дней заход в порты Республики Корея. Усиливается таможенный контроль с целью предотвратить поставки товаров из КНДР через третьи страны. Санкции включают также рекомендацию гражданам КНДР не посещать за рубежом северокорейские рестораны. Наиболее значимым стало решение Сеула приостановить свое участие в трехстороннем проекте «Раджин-Хасан» с участием РФ, РК и КНДР по транспортировке грузов (в основном угля) от железнодорожной станции Хасан (РФ) до северокорейского морского порта Раджин. Данный шаг Сеула говорит об остроте восприятия южнокорейской элитой нынешнего кризиса, поскольку администрацией президента Пак Кын Хе приходится жертвовать провозглашенной ранее «Евразийской инициативой» и реализацией совместного проекта с РФ. Случившееся можно рассматривать, как предостережение Москве трезво оценивать перспективы своего участия в крупных северокорейских экономических проектах.

Таким образом, финансово-экономических рычагов воздействия на северокорейский режим у Южной Кореи практически не осталось. В этих условиях в ответ на ядерно-ракетные амбиции Пхеньяна Сеул, демонстрируя силу, проводит крупнейшие за последние годы совместные с США военные маневры, а также обсуждает возможность размещения на своей территории американской системы ПРО THAAD. Одновременно, в Южной Корее предпринимаются меры по предотвращению со стороны Северной Кореи кибератак. Кроме того, южнокорейский президент Пак Кын Хе определила (7 марта 2016 г.) в качестве первостепенной задачи южнокорейской дипломатии тесную кооперацию с ООН и зарубежными партнерами в деле обеспечения безусловного выполнения положений резолюции 2270.

В Японии практика односторонних ограничительных мер в отношении Северной Кореи используется с 2006 г., когда в ответ на очередной запуск Пхеньяном баллистической ракеты, был введен запрет на торговые операции, а также на заход в японские порты торговых и пассажирских судов. В дальнейшем санкции распространились на деятельность финансовых учреждений, выполняющих операции с КНДР, а также затронули выходцев из Северной Кореи, проживающих в Японии: были введены ограничения на денежные переводы и поездки из Японии в Северную Корею и обратно.

В то же время для Японии «северокорейская проблема» включает не только ядерную и ракетную программу КНДР, но и проблему «похищенных» в Северную Корею японских граждан. После того как в 2014 г. руководство КНДР согласилось взаимодействовать по этому вопросу, правительство Японии сняло ряд санкций, связанных с поездками между двумя странами. Однако после событий начала 2016 г. Япония восстановила и расширила прежние ограничения: полный запрет на заход в Японию любых судов после посещения КНДР; запрет на поездки в Японию любых иностранных граждан, специализирующихся в ракетной и ядерной сферах, после их визита в КНДР; запрет на перевод в/из КНДР денежных средств, превышающих 100 тыс. иен (около 900$).  В ответ на введение Японией санкций КНДР заявила о приостановке всех процедур, связанных с расследованием судьбы похищенных граждан.

Государственный департамент и Министерство финансов США 3 марта ввели санкции против 12 граждан КНДР и 5 организаций, связанных с ракетной и ядерной программой. Эти меры дополнили список адресных ограничений, которые США вводили в разные годы, начиная с 2008 г., когда президент Дж. Буш-мл. подписал Указ № 13466, заменивший Закон о торговле с противником, действовавший в отношении КНДР. Санкции США предполагают заморозку имущества лиц и организаций, замешанных в незаконной деятельности; лиц и организаций, работающих на правительство КНДР или Трудовую партию Кореи, или от их имени; а также всех, кто может способствовать осуществлению КНДР незаконной деятельности. Кроме того, действуют ограничения на использование флага Северной Кореи для регистрации морских и воздушных судов; запрещается импорт товаров из КНДР без лицензии Управления по контролю за иностранными активами США.

Активные действия Пекина в разрешении очередного кризиса на Корейском полуострове преследуют как минимум три основные долгосрочные цели. Во-первых, сдержать превращение КНДР в полноценную ядерную державу. Во-вторых, предотвратить укрепление американского военного потенциала вблизи своих границ, в частности, за счет развертывания системы ПРО THAAD в Южной Корее, что рассматривается как угроза китайской безопасности.  В-третьих, вступив в переговоры с США о выработке резолюции СБ ООН, закрепить свои стратегические позиции одного из ключевых участников урегулирования кризисных ситуаций на Корейском полуострове. При этом Китай, на долю которого приходится до 90% внешнеторгового оборота КНДР, склонен проводить политику «дозированного давления» на КНДР: подталкивать Пхеньян если не к ликвидации, то, по крайней мере, к замораживанию ракетно-ядерных программ, но не допускать системного кризиса северокорейского режима, дабы избежать непредсказуемых последствий.

Реакция России

Представитель РФ в СБ ООН В.И. Чуркин отметил, что поддерживает подготовленную резолюцию, поскольку она концентрируется на ракетно-ядерной программе КНДР. «Это то, чего мы и добивались».  По мнению российского дипломата «дается четкий сигнал Пхеньяну о недопустимости подобных действий, но … остается открытой возможность возвращения к шестисторонним переговорам, к ходе которых и должна быть решена проблема денуклеаризации Корейского полуострова». В официальном заявлении МИД РФ подчеркивается, что «новая резолюция носит весьма жесткий характер. Но это –вынужденная мера, вызванная тем, что КНДР в течении 10 лет вызывающе игнорирует требования Совета Безопасности по резолюциям 1695, 1718, 2087 и 2094, согласно которым Пхеньян должен незамедлительно свернуть свои ракетно-ядерные программы». При этом выражается уверенность, что содержание резолюции «не будет интерпретироваться как основание для усугубления экономического и гуманитарного положения граждан КНДР».

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что текст проекта резолюции, представленной на рассмотрение СБ ООН, был подготовлен в ходе американо-китайских консультаций. Таким образом, с одной стороны, ведется диалог Вашингтона с Сеулом и Токио, с другой стороны – консультации между КНР и США. В конечном итоге, при участии Вашингтона сложился четырехугольник, две стороны которого в лице Соединенных Штатов и Китая в решающей степени определили общую договорную конструкцию.

Иными словами, критичное отношение российской дипломатии к пятисторонним переговорам, настрой российского МИДа на ожидание возобновления диалога исключительно в шестистороннем формате приводит к ослаблению переговорной роли Москвы. В этих условиях Москве оставалось только взять демонстративную паузу в ходе заседания СБ ООН, запросив «процедурные 24 часа для изучения резолюции».

Между тем будущее отношений региональных держав с КНДР не снимается с повестки дня. Официальный Пхеньян «категорически отвергает» принятую резолюцию, оставляя за собой право принять ответные меры, включая «жесткое и беспощадное физическое воздействие». При этом отмечается необходимость «демократического преобразования СБ ООН», который сейчас представляет собой «устаревшую несправедливую структуру». В свою очередь южнокорейский МИД, призвав КНДР выполнять принятую резолюцию СБ ООН, отметил, что Сеул «будет укреплять свою безопасность и в сотрудничестве с международным сообществом противостоять северокорейским провокациям».

Уже после принятия резолюции проблемы Корейского полуострова обсуждались в ходе состоявшегося в Москве 4 марта 2016 г. второго раунда регулярного российско-китайского Диалога по безопасности в Северо-восточной Азии, на котором стороны «подтвердили необходимость неукоснительного выполнения резолюции СБ ООН 2270».  Вместе с тем РФ и КНР отметили «негативное влияние планов размещения в Республике Корея американских установок ПРО THAAD на военно-политическую обстановку в СВА. Обращено внимание на недопустимость скатывания к конфронтации и раскручивания гонки вооружения в регионе».

Однако ситуация на Корейском полуострове продолжает оставаться сложной. Пхеньян 7 марта пригрозил нанести превентивный ядерный удар по США и Республике Корея. В своем заявлении российский МИД отметил, что «учения США и Южной Кореи, в которых объектом возможной атаки считается КНДР, не могут не вызывать резонного беспокойства у северокорейских властей. Тем не менее, ответное обещание Пхеньяна «нанести превентивны ядерный удар» является категорически непозволительным». Обращает на себя резкое заявление Москвы о том, что «в Пхеньяне должны себе отдавать себе отчет в том, что тем самым КНДР окончательно противопоставляет себя международному сообществу, дает международно-правовые основания для применения против себя военный силы…».

Одобрение СБ ООН жесткой резолюции, осуждающей действие северокорейского режима продемонстрировало способность региональных держав приходить к согласию по трудным вопросам. Между тем с принятием резолюции проблемы, вызванные реализацией северокорейских ракетно-ядерных программ, отнюдь не преодолены. Многое будет зависеть от того, как будут реализовываться принятые документы. Так же как на повестке дня остаются проблемы, связанные с будущим межкорейских отношений и объединения Кореи, и острые вопросы обеспечения безопасности в СВА. Ожидая их решения путем проведения шестисторонних переговоров, Москва рискует ослаблением своих внешнеполитических позиций в регионе. Тем более, что ход подготовки резолюции СБ ООН продемонстрировал контуры де-факто формирующегося уже не пятистороннего, а четырехстороннего переговорного формата, к которому Москва должна либо подключиться и занять в нем подобающее своему статусу место, отстаивая национальные экономические, оборонные и политические стратегические интересы, либо окончательно потерять инициативу и рассчитывать лишь на свое право брать в СБ ООН «процедурные 24 часа для изучения резолюции».

Источник: по ссылке Георгий Толорая – https://www.imemo.ru/index.php?page_id=502&id=2192&ret=640

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

1 комментарий

  • Эдуард Хен:

    Санкции – вынужденная мера, но похоже никого не интересует продолжающееся ухудшение жизненного уровня простых граждан…