Тихая революция или ползучий капитализм?

Уважаемые читатели, прежде чем перейти к новой теме рубрики, хочу пояснить причины, по которой, как вы, вероятно, заметили, она утратила свою былую стабильную периодичность выхода. Связано это было с попыткой переноса центра тяжести нашей просветительской миссии в вопросах объединения Кореи в интернет-пространство. Но, как показала практика, мы не получили ожидаемой обратной связи с молодежной русскоязычной аудиторией, прежде всего из числа корейцев СНГ. Публикация дайджестов на моих персональных страницах в Фейсбуке и статей с периодичностью два раза в неделю в газетах «Коре ильбо» и «Се коре синмун», а также на сайте «Коре сарам» Владислава Хана внесли сумятицу и потерю чувства обязательности, ибо интернету характерны стихийность и анархизм. К тому же, моя хроническая занятость и постоянные накладки в работе выбивали из ритма. Поэтому, после ряда обсуждений, было принято решение вернуться к былому еженедельному алгоритму публикации моих статей в печатной и электронной прессе.

Новый рисунок

Герман Ким, д.и.н., профессор, заслуженный деятель РК,
исполнительный секретарь центрально-азиатской секции
Консультативного Совета по мирному и демократическому объединению Кореи

Теперь всем понятно, что самая главная причина невозможности объединения, безусловно, лежит в политической плоскости, потому что ни Север и ни Юг не откажутся от своих идеологических принципов. Пхеньян будет опираться на чучхеизм, сонгунизма, мечтать о победе своего северокорейского варианта социализма, а Сеул не предаст идеи демократии, частной собственности и рыночной экономики.

Но даже если представить, что каким-то волшебным образом стало возможным политическое решение вопроса об объединении Кореи, понадобилось бы не менее чудотворное выравнивание огромной разницы в экономических показателях Севера и Юга.

В нижней половине графика указаны сравнительные экономические показатели, составленные по данным солидных западных источников. Синим и красным слева направо даются: ВНП, ВНП на душу населения, объем торговли, производства железа, количество сотовых телефонов, выброс углекислого газа. Разница, как пропасть, разделяет Юг и Север.

Новый рисунок1

Чтобы решить задачи продовольственного обеспечения, подъема производительности сельского хозяйства, насыщения рынка предметами повседневного спроса и промышленными товарами, Северной Корее придется пойти на кардинальные экономические реформы. Суть их заключается в отказе от планового производства, основанного на государственной собственности и директивных методов руководства, которые показали свою несостоятельность.

Прежний северокорейский руководитель, увидев успехи соседнего Китая и внимая настойчивым призывам из Пекина, начал осторожный отход от канонических принципов социалистической экономики. Его сын, к которому отошла вся полнота власти, настроен более решительно к переменам, которые должны обеспечить успех в руководстве страной.

Определения, указанные в названии очерка, в последние годы весьма популярны в газетно-журнальных статьях о происходящих социальных и экономических переменах в Северной Корее. В нашей рубрике уже выходило несколько материалов о кока-коле, сотовых телефонах, частных столовых и рынках, однако эти отдельные штрихи не могли раскрыть картины, которые теперь часто называются «тихой революцией» или «ползучим капитализмом» в Северной Корее.

Мне неизвестно, кто первым использовал это название – «тихая революция», оно встречается на английском и русском языках и, по всей вероятности, появилось впервые в журналистике. Мой коллега Андрей Ланьков в статье, опубликованной в 2008 году в русскоязычной газете «Сеульский вестник» отметил, что «последние годы стали в КНДР временем тихой информационной революции». Ему вторили западные журналисты, вопрошая: «North Korea’s Silent Revolution?» (2012. «Тихая революция Северной Ко-реи?»), имея ввиду то же, что и Ланьков – признаки прорыва в северокорейской информационной блокаде.

В середине января текущего года сеульское отделение BBC опубликовало статью Стефана Эванса (Stephen Evans) «Aquiet revolutionin North Korea», которая в переводе на русский язык «Тихая революция в Северной Корея» стала кочевать по русскоязычным интернет изданиям.

Вот как пояснялось автором значение «тихая»: «Северная Корея не стесняется громко высказывать свое мнение: она громко осуждает, громко протестует и не менее громко угрожает. Так было всегда, начиная с 1945 года, когда Красная армия вырвала север Корейского полуострова из под контроля Японии.

И вот, похоже, сейчас происходит что-то ранее невиданное: создается впечатление, что в стране развивается капитализм, хотя происходит это очень и очень тихо».

Авторы, использующие понятие «тихая революция», имеют ввиду два ее аспекта. Первый, когда речь идет о «тихом, без широкой огласки и шумихи» переводе экономики на капиталистические рельсы. Второй – о медленном, осторожном внедрении рыночных отношений. В обоих случаях употребление понятия «революция», на мой взгляд, неуместно, так как оно предполагает быструю и коренную ломку устоев общества, вопреки сильному сопротивлению имущего класса.

Говоря о том, что происходит сегодня с северокорейской экономикой, вероятно,определение «ползучий капитализм» подходит лучше.

Как известно, экономика Севера стала меняться после голода, постигшего страну в конце 1990-х годов. Чтобы отвратить опасность смертельного голода, власти вынуждены были смотреть сквозь пальцы на крестьянские огороды, на стихийно возникающие рынки, где в ходу был натуральный обмен. Рынки возникли и не исчезли, несмотря на запреты властей и, в конце концов, они стали полуофициальными. Полулегальные челноки завозили, вернее «переносили» из Китая товары повседневного спроса, ибо дефицит ощущался во всем. Но не только на рынках, но и в универмагах Пхеньяна появились вещи, которые могли приобрести те, у кого имелись деньги. Таким образом, наличие денег стало важным фактором, а их добыча – главной мотивацией в жизни северных корейцев. По оценкам Ким Бён Ёна, одного из ведущих в Южной Корее специалистов по северокорейской экономике, частный сектор в настоящее время дает примерно 75-80% всего северокорейского ВВП.

Достигший такого уровня ползучий капитализм Северной Кореи не мог не привлечь внимание западных исследователей, которые издали за последние годы немало книг, множество научных статей. Журналисты пишут наперегонки о том, как ростки капитализма пробивают толщу северокорейского идеологического фундамента.

Чтобы разобраться в перипетиях, происходящих в Северной Корее, приходится читать литературу и источники на разных языках. В интернете довольно много публикаций о предпринимательстве, новых пхеньянских бизнесменах, появившихся в цитадели социализма. На русском языке, кроме Андрея Ланькова (Сеул), реже Леонида Петрова (Канберра) или Константина Асмолова (Москва), вряд ли кто еще из исследователей-корееведов регулярно пишет о северокорейских буднях. Конечно, следует отметить журналиста Олега Кирьянова, выполняющего свою работу по принципу «ни дня без статьи». В этом несложно убедиться, если вбить в любой поисковик «Северная Корея» или «Пхеньян».

А что и кто пишет на Западе по интересующей нас теме? Речь идет о книгах и монографиях, а не статьях или диссертациях. Не говоря уже о публицистике.

Из обложек, найденных в интернете книжных новинок (относительных), сделал фотоколлаж, наглядно подтверждающий мое замечание. Безусловно, есть книги на корейском и их намного больше. А вот на русском языке пока мы видим только пробел.

Отмечу особо книгу Феликса Абта (Felix Abt), швейцарского бизнесмена, основавшего в Пхеньяне первую бизнес-школу и представлявшего в Северной Корее интересы западных компаний. Книга под названием «А саpitalistin North Korea. 7 Years Inside North Korea» («Капиталист в Северной Корее. 7 лет в Северной Корее») переиздавалась несколько раз. В своем предисловии автор пишет: «Все это кажется маловероятным, но это происходит на самом деле. Мы начали свою деятельность в 2002 году, когда страна испытывала дефицит продовольствия. Тогда многие граждане Северной Кореи были безработными и не имели никакого дохода. И мы решили, что должны научить их, как правильно управлять производством, как сделать производство эффективным. Им пришлось узнать, что такое рыночная стратегия, как организовать службу работы с клиентами и как управлять финансовыми потоками».

Автор считает, что, если не сотрудничать с какой-либо страной, то, как правило, теряется возможность влиять на ее граждан. Он вопрошает: « В чем заключается альтернатива сотрудничеству? Сбросить на них ядерную бомбу? Изолировать страну до такой степени, чтобы ее граждане умерли от голода? Лучшим вариантом, с моей точки зрения, является поддержка ростков рыночной экономики, инвестиции и сотрудничество. Рыночные силы являются самым сильным рычагом перемен. Мы должны работать со всеми. Мы должны сотрудничать и с обычными людьми, и с правительством», – заключает швейцарский бизнесмен.

О том, где и как зарождается капитализм в Северной Корее, каковы издержки перехода на рыночные отношения, в чем специфика северокорейского предпринимательства, получит ли Пхеньян инвестиции и откуда они поступят, к чему могут привести экономические реформы в стране и как это все отразится на процессах объединения Кореи, будет серия последующих рассказов.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »