Участь корейцев в ночь событий 4-5 апреля 1920 г. на Дальнем Востоке

95 лет назад, в ночь с 4-го на 5 апреля 1920 г., находившиеся на территории Восточной Сибири японские войска напали на законные органы российской власти и военные гарнизоны. Это была самая кровавая ночь за всю историю гражданской войны и иностранной интервенции на российском Дальнем Востоке.

Японцы во Владивостоке

Японцы во Владивостоке

На советском Дальнем Востоке жило много корейцев, эмигрировавших из Кореи после захвата ее японскими империалистами и принявших российское подданство. Они ненавидели японских империалистов и принимали активное участие в партизанских отрядах, сражаясь против интервентов и белогвардейцев.

Корейский Национальный совет проводил активную работу, направленную против японских империалистов, захвативших Корею и поработивших двадцатимиллионный корейский народ. В марте 1919 г. Национальным советом была опубликована декларация независимости Кореи, распространенная по всему Дальневосточному краю. В ней разоблачались японские интервенты, захватившие в 1868 г. Хоккайдо, в 1895 г. Формозу, аннексировавшие Корею; говорилось, что величайшие жертвы в минувшей войне, принесенные человечеством во имя лучшего будущего, были напрасными и мира нет и не будет из-за враждебных сил империалистов.

Национальный совет разъяснял корейцам, что японские интервенты явились в Сибирь не для помощи чехословакам, как об этом заявила Япония, а ради своекорыстных захватнических целей.

Декларация требовала от имени двадцатимиллионного народа Кореи восстановления его суверенных прав и заверяла, что корейский народ будет бороться за это, не останавливаясь перед самыми величайшими жертвами.

В различных районах края проходили демонстрации корейских патриотов, протестовавших против угнетения Японией корейского народа, против захвата корейского государства. Демонстранты несли корейские национальные флаги. В Никольск-Уссурийске после демонстрации более 500 корейцев собрались на митинг в корейской слободке.

Действующие корейские партизанские отряды в боях причиняли немалый урон японским войскам, что воодушевляло рабоче-крестьянские массы в самой Корее на вооруженную борьбу с угнетателями корейского народа.

Японское командование бесновалось и злобствовало. Оно искало возможности разделаться с корейскими патриотами и при всяком удобном случае жестоко расправлялось с ними. В своем плане выступления 4—5 апреля 1920 г. японские империалисты предусматривали наряду с уничтожением вооруженных сил Приморья ликвидацию корейских патриотов, вынужденных находиться вне своей родины и нашедших приют на советском Дальнем Востоке. С еще большей злобой относились они к корейской молодежи, сражавшейся в рядах партизан против интервентов.

5 апреля 1920 г. во Владивостоке в корейской слободке, где проживало главным образом корейское население, события происходили следующим образом.

Японские войска, вооруженные винтовками и пулеметами, рано утром окружили слободку. Они беспрепятственно обстреливали из винтовок дома, помещение училища, в котором находилась редакция корейской газеты «Хэ Нин Шин-го», лютеранскую молельню, 28-е городское училище, женскую и воскресную школы. Они расстреливали разбегавшееся в страхе население.

В здании школы находилось 50 человек из команды комендантской роты, несшей охрану корейской слободки. Они были разоружены и арестованы. Связав руки арестованным корейским солдатам, интервенты избили их прикладами, затем вывели из школы и вновь били, заставив лечь на землю, в грязь.

В слободке интервенты арестовали много корейцев, избили их и заперли в школе. Перед уходом они подожгли школу. Окрестные жители, следившие за действиями интервентов, слышали, как во время пожара из здания школы неслись отчаянные человеческие крики, но не могли оказать помощи, так как нападавшие никого к школе не подпускали. Во время пожара в доме все время происходили сильные взрывы. Здание школы и все, кто находился в ней, сгорели. Сколько человек было сожжено интервентами в школе, выяснить не удалось. Несколько десятков арестованных корейцев и русских японские жандармы увели в город, по направлению к японскому штабу.

Японские жандармы всюду задерживали корейскую молодежь. Не предъявляя молодым людям никаких обвинений, они связывали их и уводили неизвестно куда. Назад арестованные не возвращались.

При допросе арестованных женщин, стариков и детей японские жандармы избивали их, стремясь добиться показаний о местонахождении организаторов и руководителей национально-революционного движения. Уходя из слободки, японские солдаты и офицеры разграбили все корейские лавки и дома.

Через несколько часов в корейскую слободку вновь явились японские жандармы, солдаты и офицеры. Они начали производить обыски, жестоко избивая арестованную молодежь прикладами и шашками.

Интервенты во что бы то ни стало хотели узнать местонахождение организации корейской молодежи, однако, несмотря на самые зверские избиения, они ничего не узнали и ушли ни с чем.

Но 6 апреля интервенты снова явились в слободку и начали производить обыски в домах революционно настроенных корейцев, указанных им шпионами. Особенно жестоко они расправлялись с тем, у кого обнаруживали красноармейскую звезду или корейский национальный флажок.

Командир Никольск-Уссурийского полка штабс-капитан И. И. Ким рассказал о пережитых им ужасах:

«Меня под конвоем отправили в японское жандармское управление, где мне было заявлено японским жандармским офицером, что я подозреваюсь в участии в большевистском движении и в корейских революционных организациях.

После моего отрицательного ответа на поставленные мне вопросы на меня напали японские жандармы и в присутствии офицера начали избивать. Один бил меня прикладом, а когда я упал, другой начал топтать меня ногами.

После этого побои были прекращены, и офицер снова стал допрашивать меня. Между прочим, мне были поставлены вопросы: почему я принял русское подданство и почему я до настоящего времени служу в революционной армии? На это я ответил, что русское подданство принято моим отцом, а на службу в армию я попал по мобилизации. После этого меня опять схватили жандармы, они заявили, что все мои показания ложны, что они мне не верят, и начали меня пытать.

Они привязали меня за правую ногу и повесили на крючок, вбитый в стену, — головой вниз. В таком положении меня избивали кулаками и вливали мне какую-то жидкость из чайника в рот и нос. Я задыхался и захлебывался. Затем жандармы принесли заостренную с одного конца проволоку и заявили, что если я не повинюсь во всем, они искалечат меня этой проволокой. И они начали колоть мне проволокой правую руку в локте. Я потерял сознание. Сколько времени я находился подвешенным — сказать не могу, но когда я опомнился, то почувствовал, что лежу на полу и мне в лицо льют холодную воду».

В кровавые дни 4—5 апреля 1920 г. в Никольск-Уссурийске, Спасске, Хабаровске и других местах края от рук японских палачей также погибло много корейцев и среди них старейший борец корейского национально-освободительного и революционного движения Петр Семенович Цой, зверски замученный японскими интервентами.

Доведенное до отчаяния действиями интервентов, корейское население, проживавшее в Новокорейской слободке, обратилось за помощью к иностранным консулам. В своем заявлении корейцы писали, что в продолжение нескольких дней японские жандармы сжигают дома мирных жителей, магазины, общественные здания, арестовывают их детей, подвергая их избиениям, что никто не поддерживает их и они не могут найти защиты. Они просили произвести расследование действий японских солдат и в дальнейшем защитить их от всевозможных репрессий со стороны японских империалистов.

На этот протест не отозвалось ни одно иностранное консульство.

Японское правительство продолжало посылать подкрепления своим генералам в Приморье. Это не было секретом для находившихся на Дальнем Востоке представителей США, Англии, Франции и других европейских государств. Но они делали вид, что не видят подготовки Японии, а затем и действий 4—5 апреля 1920 г., направленных к ликвидации вооруженных сил русского народа на Дальнем Востоке и к оккупации края. Империалисты США и Европы не хотели усиления Японии, но не протестовали против ее новой агрессии, так как больше всего боялись революции и стремились к всемерному ослаблению революционных сил. Как выяснилось после событий 4—5 апреля, они были хорошо осведомлены об организованных грабежах и убийствах, совершаемых японскими интервентами, но не предотвратили предательского нападения, так как были с ними заодно.

Представители консульств США, Англии, Франции, Италии, Китая, Японии и других стран 5 апреля устроили два совещания: одно — военных, другое — консульского корпуса. На этих совещаниях японскому командованию было предложено снять японские национальные флаги, поднятые над всеми русскими государственными и общественными учреждениями в ночь с 4 на 5 апреля. Таким образом, интервенты США, Англии и Франции несут полную ответственность за коварное и вероломное нападение японской военщины на советских людей 4 и 5 апреля 1920 г.

Источник: https://koryo-saram.ru/ubienie-korejtsev-v-noch-sobytij-4-5-aprelya-1920-g-na-dalnem-vostoke/

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »