Владимир Ли. Моя судьба. Глава 3. Творческое начало

Владимир Ли 001

В этой главе хочу опубликовать несколько маленьких произведений, созданных в результате пробы пера пенсионера, находящегося на заслуженном отдыхе. Первое эссе «Автограф от полузвезды» было написано под впечатлением от концерта в Государственном Кремлёвском Дворце в честь Дня милиции, где выступал внук Максим в качестве солиста Большого детского хора ВГТРК. Материал был опубликован в газете «Российские корейцы» № 3 за 2009 г. под названием «Кремлёвская звёздочка». Примерно через год, когда Молодёжная общественная организация корейцев в Санкт-Петербурге объявила о том, что проводит Всероссийский конкурс на лучшее эссе о жизни корейцев в России, я отправил «Автограф от полузвезды» на конкурс. По итогам конкурса автору был вручён поощрительный приз и премию в размере 50 $ США. Кроме этого подарили книгу под названием «Одна судьба», куда вошли лучшие рассказы, представленные на конкурс.
Самое первое моё воспоминание из детства, рассказанное как-то своим детям и внукам была история, случившаяся с нашей коровой по кличке «Маня». Моя старшая дочь Наталья сказала, что можно про эту историю написать рассказ. Так родился рассказ-быль с очень коротким названием «Маня», который посвятил нашей маме, осенью 2012 года ей исполнилось бы 100 лет. Мне кажется, что читателю будет интересно прикоснуться к одной незатейливой истории из жизни корейской семьи в узбекском селе Саид Пскентского района Ташкентской области.
Небольшой очерк «Фронтовик» я написал осенью 2009 года после встречи и знакомства с участником Великой Отечественной войны Владимиром Алексеевичем Кимом (Ким Вон Гу) в г. Пионерском Калининградской области. Он был опубликован в газете «Российские корейцы» в № 114 за 2009 г. Очерк «Фронтовик» с краткой биографией героя поместили в книгу «СОВЕТСКИЕ КОРЕЙЦЫ на фронтах Великой Отечественной войны 1941-1945гг». Книга была издана в Москве ИВ РАН в 2011 году. Автор проекта, молодой учёный, историк Дмитрий Владимирович Шин. В последующие годы у меня были с ним неоднократные встречи и беседы. Умный, интересный и приятный молодой человек. Герой очерка, участник войны В.А. Ким нынче жив и здравствует, 19 ноября 2016 года ему исполнится 93 года. Думаю, что читателю будет интересно ознакомиться с биографическим очерком одного из 372 советских корейцев, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны и вошедших в этот сборник. Такой сборник издан в России впервые, поэтому является уникальным. Дмитрий Шин продолжает поиск других участников войны из числа советских корейцев. Работа продвигается и есть надежда, что выйдет второе, дополненное издание книги.
Тема депортации корейцев, связанная с принудительным переселением целого народа по национальному признаку в период сталинских репрессий для меня остается актуальной до сих пор, хотя сам уже давно реабилитирован. Сломаны судьбы людей нескольких поколений, утерян язык, своя культура, обычаи и традиции, а вместе с этим потеряна национальная идентичность. А что такое реабилитация, как она проходит? Возмущает сам процесс реабилитации в индивидуальном порядке, будто репрессия применялась в индивидуальном, а не в массовом порядке. А сколько всевозможных бумаг требуют в УВД Приморского края, а потом хождения по мукам в местные бюрократические суды, куда ещё надо приходить с двумя свидетелями и кучей бумаг. И не один раз. Разве это не издевательство? Поэтому многие мои соотечественники машут рукой и отказываются от реабилитации, с чем в корне я не согласен. Надо набраться терпения и добиваться своего, это принципиально и важно для морального самочувствия, чтобы навсегда избавиться от позорного клейма: «неблагонадёжный человек». Это гораздо больше и выше, чем мизерные материальные льготы. Живя не первый год в Москве, оказываю людям помощь в оформление реабилитации.
Как отразилась репрессия на судьбу человека, какой трудный путь проходил человек, чтобы стать счастливым, вот это я хотел показать в небольшом рассказе «Тётя Зина». Рассказ был написан после долгожданной первой и, как оказалось последней встречей, со своей тётей в Бишкеке. После её ухода из жизни я несколько раз приезжал в гости к её сыновьям, оба проживают в Таласе (Киргизия). Там же, они и похоронили маму, рядом с отцом. В первый же мой приезд Дмитрий повёз меня на кладбище, показал могилы родителей. Я там провёл церемонию поклонения по нашим корейским обычаям. Дети и внуки т. Зины встречают меня каждый раз приветливо, радуются моему приезду, делают подарки. Скажу, что они все воспитанные и прекрасные люди. Внимательно смотрю на них и не знаю, кто они: корейцы по фамилии Ли, или китайцы по фамилии У, а может киргизы с киргизскими фамилиями, все в одной большой семье, говорящие одинаково хорошо на русском и киргизском языках. Мне, кажется, это одна из многих причин, вернее, последствий депортации, но в данном случае не страшный, так сказать, мягкий ассимиляционный процесс. В своей подборке материалов предлагаю вашему вниманию рассказ «Тётя Зина».
Актуальность моих последних трёх очерков, выбранных для публикации в этой книге очевидна. Поэтому не буду объяснять причину их выбора. А просто предлагаю читателю потратить чуточку времени и прочитать. Герои этих очерков заслуживают вашего внимания. А говоря о качестве очерков и мастерстве автора, я любезно отсылаю читателя к известному выражению: «Не стреляйте в пианиста: он играет, как умеет», автором, которого считают английского писателя Оскара Уайльда.

Владимир Ли 0015

Автограф от «полузвезды» 

Не могу считать себя большим собирателем автографов знаменитых людей, хотя в моей коллекции есть немало подписей с разными пожеланиями от известных ученых, писателей, поэтов, художников, космонавтов, артистов и т.д. Однако последний автограф этого года я отношу к самым бесценным и дорогим душе и сердцу пожилого коллекционера. Это автограф моего десятилетнего внука Максима, которому сейчас я посвящаю почти всё своё свободное время. Он, один из четырех моих любимых внуков, который сам того не зная, резко изменил мою судьбу и вывел мою жизнь, не побоюсь сказать, на новый качественный уровень. В молодости мне и в голову не могло прийти, что так остро почувствую вкус к жизни в пожилом возрасте, став пенсионером. Даже побаивался произносить слово «пенсионер» применительно к себе. Мне казалось, что это будет просто старость, а отсюда: скука, болезни, нервозность, брюзжание о моральных ценностях и т.д. Никогда не думал, что когда-нибудь буду жить в городе, который является политическим, экономическим и культурным центром всей страны, в славной столице нашего бывшего Советского Союза, а ныне Российской Федерации. Кто не мечтал бы об этом? В недавнем прошлом я был жителем Алмалыка Ташкентской области Республики Узбекистан, где прошла почти вся моя сознательная жизнь, вплоть до 60-летнего юбилея (по-корейски – хвангаб). Мой переезд в Москву с женой Фридой Васильевной в 2007 году был связан с тем, что внука Максима приняли в Большой детский хор при ВГТРК. Естественно, у его родителей возникла проблема: они люди весьма занятые, а сына надо было водить на занятия, репетиции, записи, концерты и обратно домой, практически через весь огромный город, а это проблема даже для взрослого человека, не говоря уже о восьмилетнем ребёнке.
В конце мая 2007 г., когда моя дочь Наталья сообщила по телефону эту приятную новость и предложила нам с бабулей переехать в Москву на постоянное жительство, чтобы я занимался Максимом, раздумывать долго не пришлось, хотя, признаться, решение переехать далось нелегко. А жить предлагалось нам в их однокомнатной квартире в пос. Филимонки, в ближнем Подмосковье. А для себя они планировали подыскать двухкомнатную квартиру, в районе Тёплого Стана, ближе к школе и работе. Неожиданное предложение от детей привело нас вначале к смятению. В одночасье менять привычный образ жизни, климат, оставить родных и друзей – было о чём подумать! А что же делать, раз дети просят? Да и дело-то хорошее, только подумать: внук будет петь со сцены на всю страну. Будет чем гордиться! А времени оставалось всего два-три месяца, чтобы приехать к началу нового учебного года, когда начнутся занятия в БДХ. Надо было решать вопросы, связанные с переездом: продажа коттеджа, имущества, прощание с друзьями и родными, решение проблемы жилья и прописки в Москве, оформление пенсий и т.д., и т.п. Всё было не очень легко, но, в конце концов, организационные дела благополучно разрешились. Коттедж продал удачно, сам не ожидал, а мебель, посуду и прочую мелочь, что продал то и продал, а остальное раздал друзьям и родным. Домашнюю библиотеку подарил племяннице Аве, которая работает преподавателем на кафедре английского языка в Ташкентском государственном институте Востоковедения. Везти книги в Москву тогда было весьма проблематично, а Аве и её семье, где двое детей студенты, эти книги пригодятся. Не скрою, расставаться с ними было жалко, мне с большим трудом далась эта библиотека во времена тотального дефицита на печатную продукцию. Но, думаю, я принял правильное решение, что не стал продавать её, тем более спроса на книги уже не было и цены были мизерные. В общем, продав, раздарив всё, что годами приобретали с женой на свою зарплату, прилетел в Москву на самолёте с одним чемоданом личных вещей и мужской сумкой с документами и фотографиями. Очень скоро прописался в Москве у своих детей и стал пенсионером-москвичом со всеми вытекающими обстоятельствами, т.е. помимо пенсии, как реабилитированный от незаконных политических репрессий, имею ряд льгот, что способствовало устройству комфортной жизни на новом месте. Благо, задолго до этого я успел оформить гражданство РФ и прописаться у племянника Валеры Пягай в г. Пионерский Калининградской области. Там получал пенсию и надбавку к ней, как реабилитированное лицо около десяти лет. Спасибо Валере!
Два года пролетели в суете жизненных событий и проблем, как одно мгновенье. Главной моей обязанностью с 1 сентября 2007 г. было сопровождать Максима туда, куда надо, а постоянным местом для занятий коллектива БДХ является здание телеканала «Культура» на ул. Малая Никитская, 24. Возиться с внуком не было обузой или тягостью, наоборот, мне всё было интересно. Поездки с ним на концерты в разные уголки огромного и незнакомого для меня города Москвы давали мне возможность быстрее ознакомиться со столицей, расширить свой кругозор, знакомиться с людьми. Благодаря, внуку сейчас могу посещать большие концертные залы и смотреть выступления на сцене известных российских и зарубежных артистов. Большое желание Максима скорее научиться петь, его старание, самодисциплина и конечно, природные данные в совокупности дали положительный результат. Приятно отметить, что внук за этот период не пропустил ни разу занятия, репетиции и выступления, за что дважды поощрялся памятным подарком и объявлением благодарности от руководства коллектива БДХ. На втором году участия в младшей группе Хора Максим стал солистом и в этом качестве выступал на многих мероприятиях в лучших концертных залах Москвы. Так, недавно Большой детский хор принимал участие в большом праздничном концерте в Государственном Кремлевском Дворце в честь Дня милиции. В концерте принимали участие звёзды современного шоу-бизнеса и выдающиеся мастера искусств, была прямая трансляция по Первому телеканалу. После концерта внук пришел домой в очень возбужденном состоянии, с порога радостно заявил родителям, что он сегодня впервые солировал в хоре и потому он теперь уже вовсе «полузвезда»! На вопрос своей мамы, почему «полузвезда», он с детской непосредственностью ответил, что Кобзон, Долина, Киркоров – это звезды. Но они ведь большие, а я еще маленький, поэтому пока – «полузвезда!» Все домашние от души посмеялись, хвалили и благодарили «артиста», но просили особо нос не задирать. А сразу после концерта и весь последующий день родные и друзья из разных городов поздравляли нас по телефону с успешным выступлением Максима на концерте. Не скрою, было лестно и приятно принимать поздравления от близких людей. Это приятное событие мы вскоре отметили, как семейный праздник. У нас в гостях была семья Владимира, двоюродного брата Олега, т.е. папы Максима. Отметили удачный дебют Максима и пожелали ему удачи. Все вместе вновь посмотрели запись выступления Хора. Семейный праздник снимали на видеокамеру домашние операторы. Вот тогда-то и появилась у меня идея первым заполучить от него автограф, а перед этим объяснить ему, что это такое и научить красиво и правильно обозначить свое имя с замысловатыми закорючками, известными только ему.
Первым из моих друзей позвонил мой однокашник и близкий друг Петр Аркадьевич Майданюк из Твери, ныне заведующий кафедрой и отделением журналистики Тверского государственного университета. Он поздравил меня с успехом внука и спросил: «Мог ли я мечтать о том, что когда-то мой внук будет петь на сцене Государственного Кремлевского Дворца?» Я поблагодарил друга и ответил, что такое не могло присниться мне даже в самых прекрасных, фантастических снах.
А мысли мои при этом унеслись в далёкие послевоенные годы, в один из кишлаков Ташкентской области Узбекистана, где прошло моё детство. И задумался о том, каким был я в сегодняшнем возрасте моего внука Максима и пытался сравнить две детские судьбы. Что я знал, кроме работы на поле, трудясь рядом со старшими от зари до зари? О чем мог мечтать сельский мальчишка? Перед глазами всплыла картина из той детской жизни. Однажды во время каникул, помогая родителям на рисовом поле, поймал я за крылышко очень красивую стрекозу и начал вслух разговаривать с ней: «Какая ты красивая и счастливая! Тебе не надо трудиться, как трудимся мы. Можешь свободно летать везде, где тебе захочется, садиться туда, где понравится». На разговор со стрекозой обратили внимание брат с сестрой и отец. Они поняли, что я завидую легкой, красивой и свободной жизни стрекозы. Мой отец объяснил мне суть настоящей красоты, свободы жизни и личности. Счастья, свободы и богатства можно добиться только трудом. «Без труда не вынешь рыбку из пруда!» – это была его любимая пословица. Моя тётя Анна Васильевна, младшая сестра моей мамы, проработавшая долгие годы учителем в школе, часто рассказывала эту историю детям всей большой родни. В её голосе я улавливал нотки жалости к ребёнку, который трудится и завидует жизни стрекозы, но в то же время и радость за мальчика, умеющего фантазировать. Сейчас мне подумалось о том, что в возрасте Максима я не знал, что такое телевизор, у нас не было дома даже электрического света, тем более газа, водопровода, горячей воды, туалета и многого другого, что привычно окружает нас в сегодняшней комфортной городской жизни. Сейчас трудно даже представить, как можно было жить без всего этого. А ведь жили и умели радоваться жизни. Ещё как! Несколько книг, иногда газеты, радио (чёрная «тарелка», висящая на стене), патефон – это всё, что связывало нас с внешним миром и являлось основным инструментарием нашего культурно-художественного и морально-нравственного воспитания.
Ещё одно воспоминание из моего детства всплыло в моей памяти. В том году, т.е. когда мне было 10 лет, через наш кишлак стали проезжать 2-3 раза в день большие пассажирские автобусы. Тогда это было в диковинку, мы же в селе видели только гужевой транспорт, иногда тракторы и грузовые машины. А тут, такой большой красивый автобус с пассажирами! Мальчишки на переменах между уроками, издалека завидев на шоссе автобус, бежали с криком: «Дизель! Дизель!», чтобы увидеть чудо техники своими глазами и, если это удавалось, очень довольные и возбуждённые возвращались в свои учебные классы на очередной урок. Телевизоры, компьютеры, мобильные телефоны, DVD, интернет и т.д., доступные сегодняшним детям, – в те времена представить себе было невозможно. Сравнивая свои детские годы с детством моего внука Максима, я получаю величайшее удовлетворение и радуюсь тем большим переменам, произошедшим в судьбе многострадальных советских, а ныне российских корейцев, которым было уготовано физическое уничтожение в годы репрессий. Правда, сам к воспоминаниям о своём трудном детстве отношусь всегда с большим трепетом и волнением. Детство – самая счастливая пора в жизни любого человека. А мы все родом из детства! Безусловно, воспоминания приятны, несмотря на то, что это были годы бедности и житейских трудностей, постоянных переездов родителей в поисках лучшей доли, частую смену школ, которая не лучшим образом влияла на процесс обучения и получения знаний. Такова была наша судьба, оплаченная войной и репрессией. Справедливости ради надо сказать, что на то время пришлись коренные изменения в судьбе моих соотечественников. В прошлом остались чёрные страницы недавней истории. С корейцев сняли ограничения в передвижении по стране, это позволил нашим старшим братьям и сёстрам учиться в центральных вузах страны, служить в армии, выезжать в соседние республики на заработки. Эти положительные тенденции оказывали благотворное влияние на всех советских корейцев, переселённых с Приморского края. Помню, как мама постепенно перестала говорить шёпотом, не запрещала нам шутить, громко смеяться, рассказывать анекдоты. Казалось, навсегда обретённый страх постепенно покидал людей. Светлое будущее, которое обещали нам, как бы освещало нашу серую будничную жизнь, и мы стали верить, что всё будет хорошо. Жизнь обязательно наладится, только надо много трудиться. Мы трудились!
Гляжу вот с любовью на внука и радуюсь, что у него счастливое детство. Не испытал он тех трудностей, через которые прошли мы. Живёт свободной жизнью, учится, поёт, играет в футбол, бегает в бассейн, ест, что хочет и одевается хорошо. Удивляюсь и радуюсь его скромности, абсолютному отсутствию какой-либо «звёздности». Он даже своим друзьям-одноклассникам не сказал, что концерт с его участием показывали по телевидению, они сами подходили к нему и говорили, что видели, как он пел на концерте. Максим им только улыбался. Когда дома неоднократно пересматривали запись концерта, он, не обращая внимания на нас, спокойно занимался своими делами.
Уже, будучи взрослым, я больше всего завидовал белой завистью людям, которые умеют хорошо петь, танцевать, рисовать. Я убеждён, что эти умения делают человека всесторонне и гармонично развитой личностью. Увлечённые полезным делом, дети не будут лениться, пьянствовать, наркоманить или хулиганить. Поэтому я нынче вкладываю все свои моральные, физические силы и материальные возможности во внуков, чтобы они стали людьми с тонкой душевной организацией, увлекались бы творчеством и созиданием. Меня постоянно интересовали неординарные, творчески одаренные личности с активной жизненной позицией. Стараюсь завести знакомство и общаться с такими личностями. К таким людям всегда питаю огромное уважение.
В конце своих размышлений выскажу сокровенную мечту. Смотрю сейчас, на этого человечка, который сидит сейчас за компьютером, играет в какую-то игру и пока ещё не осознаёт всех прелестей и трудностей артистической жизни, но сильно мечтает стать артистом. Поэтому, я одновременно и радуюсь, и тревожусь за него. Мне хочется, чтобы эта «полузвезда» превратилась в настоящую звезду и ярко светилась на российском артистическом небосклоне. Хочу, чтобы мой внук в будущем внёс большой вклад в русскую культуру своей самобытностью, трудом, колоритом, а главное – большим творческим талантом. А больше всего хочу, чтобы он вырос просто хорошим человеком и полезным для Родины, чтобы радовал живущих рядом с ним простых российских людей. Ведь Россия давно была и есть наша Родина! Максим – россиянин в пятом поколении, он должен и будет жить счастливо. Вот такие мысли родились у деда в ответ на неожиданное заявление внука о том, что он теперь – «полузвезда». Очень надеюсь и верю, что его светлая мечта стать настоящей звездой сбудется, а мы будем гордиться им. Вот почему его автограф для меня – самый дорогой.

Владимир Ли, ноябрь 2009 г., Москва

——————————————————————————————————————————

Посвящаю моей маме Ким Ен-Сук,
в честь 100-летия со дня её рождения.

МАНЯ.
(Рассказ-быль).

Моя мама очень любила домашних животных. В зависимости от обстоятельств, она заводила всякую живность, от птиц до крупного рогатого скота. И всем животным давала людские имена, как бы очеловечивая их. В разные годы у нас во дворе содержались козы и свиньи, корова с осликом, а также разные птицы (куры, утки, гуси, индюки). В моей детской памяти сохранились такие простые, но нежные клички, как «Машка», «Зойка», «Борька», «Маня» и другие. Именем «Маня» я и назвал свой незатейливый рассказ об одной истории, случившейся в нашей семье в моём далёком детстве, история, которая сохранилась до сих пор в уголке моей памяти. «Маня», такую ласковую кличку мама дала нашей первой корове, которую она завела еще во время войны, живя в селе Бука Ташкентской области. Сколько себя помню, я не видел, чтобы какая-нибудь корейская семья держала корову. Как известно, многие корейцы практически не пьют молоко. Этот феномен, объясняется, видимо тем, что исторически в культуре корейской кухни отсутствовало молоко и молочные продукты, а в организме нет фермента, который расщепляет лактозу (молочную субстанцию), видимо по этой причине кореец, выпив молоко, ощущает некий дискомфорт, чаще в виде вздутия живота. Не зря, земляки-соседи удивлялись, что у нас была корова. Тем не менее, мои родители в трудные годы жизни держали корову, она действительно была кормилицей. В рационе питания нашей семьи молоко занимало значительное место. Может поэтому в детстве мы были упитанные в отличие от других соседских детей?
Судьба распорядилась так, что в период высылки моих родителей, уже в военное время, нашу семью приютила одна большая узбекская семья. Глава этой семьи Абдуразак-ака в один из вечеров, сидя у нас за пиалой черного чая посоветовал нашему отцу купить корову или хотя бы тёлку, говоря, что у нас большая семья, жить тяжело, а корова будет служить надёжной кормилицей. Самым удивительным было то, что хозяин дома добрый Абдуразак-ака не брал ни копейки за проживание, а жили мы у них почти три года, более того он разрешил нам завести ещё и корову, хотя у самих двор был не очень велик. У них уже была корова с телёнком. Такие простые, великодушные люди частенько встречались на трудном жизненном пути одной из многочисленных репрессированных корейских семей в Узбекистане. Кстати, сейчас корейская общественность Узбекистана широко отмечает 75-летие проживания корейцев в Узбекистане в результате насильственного переселения из Приморского края.
Здесь будет уместно сделать маленькое отступление от темы, чтобы показать, как свела судьба две наши семьи в последующие годы. Моя сестра, Роза Владимировна, по окончании заочного отделения факультета русской филологии СамГУ, учила узбекских детей русскому языку и литературе в той же школе, где работал учителем сын Абдуразак-аки, Абдула Абдуразакович. Как нам рассказывала Роза, учитель – фронтовик накануне 40-летия Великой Победы, вспоминая войну, добрым словом отозвался о нашем отце. В учительской Абдула-ака рассказывал учителям, как в день мобилизации на фронт он зашел на работу к нашему отцу, чтобы попрощаться. Прощание было грустным, крепко обняв солдата, отец на прощание дал ему на дорогу большой круглый каравай серого хлеба, который купил для своей семьи на ужин. Ничего другого у него под рукой не было, чтобы дать ему на память. Абдула-ака этим хлебом делился со своим другом-земляком, пока они ехали на фронт в одном вагоне фронтового эшелона. Простой человеческий поступок нашего отца оставил добрый след в солдатской памяти Абдула-аки и даже, спустя много лет при случае он рассказывал об этом своим друзьям и родным. Надо сказать, что узбеки к хлебу всегда относятся благоговейно. Для них уронить на землю, наступить или бросить, куда попало хлеб, считается большим грехом. С детства учат относиться бережно к хлебу и даже к крошкам. До самого распада СССР члены наших семей, так или иначе, встречались, тепло вспоминали былые годы. При встрече они никогда не забывали приглашать нас в гости к себе домой, подчеркивая, что это и наш дом. Отношения были почти родственные. Однако жизнь после распада Союза развела нас по разным странам. Встречаться теперь не удается. Очень жаль. Мы бесконечно благодарны узбекам, которые дали кров переселённым корейцам, протянули руку помощи в самые трудные годы их жизни. Благородная семья Абдуразак-аки, тому яркий пример. Друзья, низкий земной вам поклон. Катта рахмат!
…Итак, ровно двадцать лет, с 1943г. по 1963г. нашей постоянной доброй кормилицей была корова. Правда, их было несколько за эти годы. По разным причинам они менялись, но каждый раз мама прощалась со своими питомцами со слезами на глазах. Последнюю корову, кстати, тоже Маню продали, когда покупали дом в Буке, ставшей уже городом. А в городе, пусть и небольшом были проблемы с кормами, с травой, вокруг не было пастбищ. Все поля засевались хлопчатником. Ведь хлопок был «белым золотом» Узбекистана и национальной гордостью узбеков.
Возвращаясь к истории с коровой Маней, хочу сказать, что из моего далёкого детства частенько всплывает, картина с весьма драматичной историей, но, с хорошим финалом. Картина той истории крепко запечатлелась в моей детской памяти, видимо своей трагичностью, как мне тогда казалось. А случилась она в начале 50-х годов прошлого столетия. Мы уже жили в другом районе, назывался Пскентским, а село носило короткое название-Саид. Не помню, что означало это слово. Скорее всего, узбекское имя, может быть, назвали так в честь основателя села. К тому моменту мы жили в Саиде уже года два и большинство местных жителей, как узбеки, так и корейцы знали нас хорошо, со многими дружили семьями. Тем более папа в ту пору учительствовал в сельской школе, занимался так называемым ликбезом (ликвидация безграмотности), ходил по узбекским домам, объяснял родителям, что девочкам тоже надо учиться и пусть они ходят в школу. Дело в том, что узбеки считали тогда необязательным давать образование девочкам. Оно им было недоступно по причине бедности. Девочек они готовили к раннему и удачному замужеству. Сельчане к учителям относились уважительно, всегда здоровались с поклоном, непременно обращаясь к ним словом «сонсеним» по-корейски или «домула» по-узбекски, что означает «учитель». В нашей семье было семеро детей. Мама вела домашнее хозяйство, оно как видим, большое, кроме животных и птиц, у нас был ещё большой сад с огородом. С раннего возраста мои родители приобщали нас к физическому труду. Наш огород всегда был ухоженным, ни одной сорной травы не было на грядках. Некоторые сельчане специально приходили смотреть наш сад и огород. Друзья, да и просто знакомые, возвращаясь с полевых работ, частенько заходили в наш двор, чтобы в прохладе тени передохнуть на топчане и попить чайку. А дом стоял у дороги, на самом краю села. Летом и осенью на столе у нас всегда были свежие фрукты и овощи. Весной того года, о котором идет речь, отец находился на учёбе в институте усовершенствования учителей в городе Ташкенте. А в это время наша корова по кличке «Маня» должна была отелиться. Поэтому она содержалась отдельно в хлеву и на привязи. Мать, беспокоясь за неё, часто и по ночам тоже, заглядывала в сарай. В очередной раз, глубоко за полночь, мама, заглянув в сарай, не застала корову на месте. Обеспокоенная её отсутствием, мама со старым шахтёрским фонарём обошла весь двор, а он был очень большой, с садом, огородом и хозяйственными постройками. Нигде не обнаружив Маню, мама зашла домой и тревожным голосом разбудила нас и попросила быстро обойти дома всех наших близких знакомых, чтобы сказать, что украли нашу корову. Поскольку мне было мало лет, а еще сильно дрожал от страха и волнения, то старшая сестра Роза и брат Чун-Зан меня с собой не взяли. Я остался дома с мамой, младшие спали. Роза с Чун-Заном от дома к дому обошли десятки дворов, стучали в двери, окна, со слезами говорили, что у нас украли корову, Маню. Неожиданно, очень скоро в ночной тиши прозвучали первые выстрелы из охотничьего ружья. Надо сказать, что большинство корейцев в то время занимались рисоводством и у всех дома были охотничьи ружья, чтобы охранять урожай от воров, отгонять с поля воробьёв, пугать шакалов, которых было множество в густых зарослях камыша на краю рисовых полей. Той ночью, казалось, что всё село стреляет и будто началась война. Конечно, не всем было понятно, кто и зачем палит из ружья. Выстрелы доносились даже из тех домов на другом конце села, куда наши вовсе не ходили. Стреляли наверняка, за компанию. По большому счёту, это была неосознанная поддержка. Люди понимали, что кому-то пришла большая беда. Так, по доброму относились люди к своим односельчанам. Прийти на помощь, когда к тебе пришла беда-это неписаный закон села. Все односельчане знали друг друга, общались, дружили, роднились. Тем временем стрельба постепенно утихала. Лишь изредка доносились одиночные выстрелы из окраин села. А когда стрельба вовсе прекратилась, наступила жуткая тишина. Очень скоро в этой тишине, сквозь рассветную даль, кто-то первым из нас разглядел до боли знакомую фигуру нашей Мани. О, чудо! Это была действительно наша корова, Маня! Через открытую калитку, медленно раскачиваясь из стороны в сторону, во двор входила Маня. Какая радость! Правда, вид у Мани был ужасный. Усталая, грязная она еле-еле передвигалась по двору. Болотная грязь прилипла к её ногам, хвосту и огромному животу. По её тревожным глазам можно было догадаться, какой стресс перенесла наша корова-кормилица Маня этой ночью. Воры, видимо, испугавшись выстрелов, отпустили корову и, она сама нашла дорогу домой. Будто виноватой она чувствовала себя и в нерешительности остановилась посреди двора в окружении нас. Мы стояли молчаливо, боясь вспугнуть её. Мама первой подошла к ней, осторожно взяла в левую руку короткий поводок, завязанный за рога, а другой стала ласково гладить по спине, бокам, шее, мордашке и тихо проговаривала какие-то слова по-корейски. Нам казалось, что Маня понимает её, она смешно шевелила короткими ушами и хвостом. Успокоив корову, мама взяла тряпку, ведро с водой и стала тщательно обмывать все грязные места на теле Мани. А нам сказала, чтобы сухой тряпкой осторожно вытирали корову всю целиком, от головы до хвоста. Затем завели её в сарай, где в углу был пристроен деревянный настил. Пол застелили старым одеялом, в кормушку положили охапку свежей травы, а рядом ведро с водой. Маня как бы благодарно приняла наши ухаживания, посмотрела на нас усталым и вместе с тем добрым взглядом животного, но есть не стала. Осторожно легла на приготовленное место. Чтобы не тревожить уставшую корову, все вышли из сарая. Мы тоже не менее уставшие от тревоги и страха, но очень счастливые, что Маня нашлась, зашли в дом, чтобы отдохнуть после долгой и тревожной ночи. А петухи, как будто ничего и не произошло в селе этой ночью, весело наперебой громким кукареканьем возвещали наступление нового дня. Под эту весёлую петушиную мелодию вскоре мы уснули крепким детским сном.
В алую зарю следующего дня на свет появился красавец Борька оранжевого окраса с маленьким белым пятном на лбу. Жизнь продолжается. Лишь бы не было войны, так часто говорила наша мама, и не только она. Такова маленькая наша семейная история, случившаяся в послевоенной жизни в небольшом узбекском кишлаке, где дружно жили рука об руку корейцы, переселенцы с Дальнего Востока, с местным населением, преимущественно узбеками. Семилетний мальчуган Володя, названный так в честь своего отца простой русской женщиной, сельской акушеркой по имени тётя Мария, которая приняла его на свет, носил в сердце и памяти эту историю более 60 лет и решил сохранить её для своих четверых замечательных внуков, которым к счастью неведомы такие житейские истории. Хотя, может быть, кому-то тоже было интересно? Все будет хорошо! Лишь бы не было войны и …репрессии тоже. А молоко будет всегда!
Владимир Ли, пенсионер.
Москва, ноябрь 2012 года.
============================================================================

ФРОНТОВИК.

“Ах, война, что ж ты сделала, подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли,
Повзрослели они до поры.
На пороге едва помаячили,
И ушли, за солдатом солдат…”

(Б. Окуджава)

О том, что в городе Пионерском Калининградской области живёт участник Великой Отечественной войны Владимир Алексеевич Ким, я слышал давно, но случай познакомиться с ним выпал в году, когда ему исполнялось 80 лет. Тогда меня поразил его внешний вид, несмотря на преклонный возраст, выглядел он моложаво. Стройный, в строгом чёрном костюме с медалями на груди, он выделялся среди гостей на торжестве моих родственников. О таких людях принято говорить, что природа наградила человека богатырской статью. Действительно, фактура выразительная. Одним словом: порода! «Фронтовик» – так уважительно называют его люди в небольшом курортном городке на западе нашей страны, где Владимир Алексеевич живёт уже около пятнадцати лет. В этот благодатный край с мягким климатом позвали его сыновья: Вячеслав–врач и Анатолий – предприниматель. А до этого он жил в Астрахани, куда переехал в 1960 г. из Чечено-Ингушетии. Судьба этого человека весьма интересна и заслуживает описания в большой повести, если не романа. Биография насыщена событиями исторического масштаба целой эпохи. Здесь и сталинская репрессия в отношении корейцев с насильственным переселением из Дальнего Востока в Среднюю Азию и Казахстан, а затем война, которая в корне изменила судьбы советских людей. Все эти события непосредственно коснулись и героя этого повествования, сформировали его характер и судьбу в целом. После знакомства, меня тянуло к нему, хотелось общаться с ним, чтобы больше узнать о войне, жизни фронтовика, понятие «фронтовик–кореец», это такая редкость, ведь общеизвестно, что депортированные корейцы считались неблагонадежными, поэтому были приняты секретные директивы, по которым корейцы не могли быть призваны в ряды защитников Родины. Реабилитация будет намного позже. Однако молодые патриоты обходными путями, а чаще под видом других наций и народностей или под чужой фамилией уходили на фронт. Недавно, буквально после праздника Победы, который отмечался в 64-й раз и накануне 22-го июня начала войны, я вновь встретился с Владимиром Алексеевичем Кимом уже у него дома, куда пришел, чтобы поздравить его с праздником Великой Победы, узнать о здоровье, поговорить о войне, о текущей жизни. Радуясь жизнью, Владимир Алексеевич, как и многие другие пожилые люди с определённой долей кокетства посетовал на то, что он слишком долго живёт на свете. Пробормотал, что пора бы тоже уйти в мир иной, куда давно ушли его ровесники, друзья, фронтовые товарищи, но тут же, как бы в пику, сказанному только что себе, отметил, что жизнью доволен. Светлой улыбкой при этом было озарено лицо пожилого человека. А правда, есть, за что радоваться своей жизнью фронтовику. Обстоятельства счастливой жизни были очевидны. Добротный двухэтажный кирпичный дом с большим участком, автомашина во дворе, красивая мебель, ухоженный вид пенсионера, любящие дети и внуки. Всё, как говорится при нём. Что больше нужно фронтовику?! Как участник войны он имеет приличную доплату к пенсии и пользуется хорошими льготами. Владимир Алексеевич аккуратно выложил передо мной документы, фотографии, а открытки-поздравления с Днём Победы от официальных лиц, в том числе от Путина В.В. в бытность его президентства и последнее поздравление от президента РФ Медведева Д.А. хранились в отдельном конверте. С гордостью показал орден Отечественной войны второй степени и юбилейную медаль «Георгий Жуков». Было много и других юбилейных медалей, памятных знаков. Рассказы В.А. Кима о последних годах жизни в этом городе подтвердили моё предположение, что он материально обеспечен, душевно спокоен, в общем, счастлив не в пример многим участникам войны. Ведь не секрет, что не все фронтовики, к великому сожалению, обеспечены жильём и до сих пор стоят в очереди за получением квартиры. Позор для государства, страны-победительницы! Однако семейное счастье Владимира Алексеевича Кима омрачилось, когда два года назад скончалась его верная спутница жизни, жена Татьяна Пак, с которой он прожил более 60 лет! От совместного брака в большой любви родились четверо детей: два сына и две дочери. После смерти жены ухаживают и оберегают покой фронтовика любимые дочки и внучки. Помогают материально сыновья. Судьба В.А. Кима, как судьбы многих людей его поколения одновременно и трагична, и оптимистична. Владимир Алексеевич Ким родился в 1923 г. в Посьетском районе Дальневосточного края. Его отец был председателем сельсовета, мать Югай М. – домохозяйка. Жизнь могла быть безоблачной, однако в возрасте двух лет умерла его мама, а отец вскоре женился. С мачехой жилось плохо. После переселения из Приморского края в Казахстан на станцию Уштобе в возрасте 15 лет Володя тайком ушел из дому. Беспризорная жизнь привела его в небольшой узбекский городок Гиждуван, что в Бухарской области. Там беспризорника поймали и определили в детский дом. За спиной было всего пять классов образования в корейской школе, а тут записали в четвертый класс русской школы. Тогда почти все учащиеся были переростками. Так началась новая жизнь у воспитанника детдома, а серьёзным его увлечением стала музыка. Записался в духовой оркестр при детдоме. Очень скоро Володя научился хорошо играть на духовом инструменте “баритон”. Это серьёзное увлечение музыкой, как он считает, определило его дальнейшую судьбу. Когда началась война, духовой оркестр в полном составе с его руководителем Хамраевым Т. и под началом директора детдома старшего лейтенанта Джалилова К. через местный военкомат был отправлен в Пензу. Надо сказать, что из списка музыкантов духового оркестра воспитанника Кима вначале вычеркнули, как неблагонадежного, но директор детдома и руководитель духового оркестра добились, чтобы его оставили в составе коллектива под свою ответственность. Так случайно или неслучайно, но детдомовец Ким, по национальности кореец, вопреки всему попал в действующую армию, безусловно, благодаря музыке и настойчивости его руководителей, которые поверили ему, хотя он был самый юный в оркестре. А там уже в кутерьме военных событий никому не было дела, благонадёжный он или нет. Каждый боец был на счету. После окончания краткосрочных курсов в артиллерийской полковой школе, Ким в звании старшины, зимой 1942 года попадает в пекло Сталинградской битвы. Затем попав в войска ПВО под командованием генерал-полковника артиллерии Г.С. Зашихина в составе Юго-Западного фронта, он проходит боевой путь от Сталинграда через Ростов, Харьков, Киев и Дрогобыч до немецкого города Бреслау на Одере (ныне город Вроцлав, Польша). Там он встретил победный май 1945года. Радости, что остался жив, не было предела. По окончании войны полк, где служил Ким, возвращается на постоянную дислокацию в город Дрогобыч, откуда в 1947 г. демобилизовался, имея ряд наград, контузий и ранений. Владимир Алексеевич Ким в войну сполна испытал горечь поражений, лишения и страдания, но вместе с тем, узнал настоящую цену жизни, фронтовой дружбы, испытал великое счастье возвращения домой с гордым чувством победителя и большой верой в светлое будущее. Говоря о войне, которая казалась ему бесконечной, он вспоминает один эпизод из серии, самых страшных картин, что видел тогда. Это ужасный вид заключенных, узников концлагеря в Бреслау, который они только что освободили. Больные, голодные, изможденные донельзя, фактически кожей обтянутые кости, узники, еле-еле передвигались по территории лагеря, тут же лежали многие убитые, отступающими фашистами. Всюду лежали трупы мертвых и «трупы» живых. Эту страшную картину фронтовик не может забыть даже сегодня, спустя более 60 лет. В период ВОВ, находясь непосредственно в действующей армии, Ким В.А. четырежды награждался боевыми медалями и орденами. К большому сожалению, чемодан с наградами, документами, фотографиями и письмами был утерян при переезде из Узбекистана на Кавказ. В сложной житейской судьбе было уготовано множество переездов в поисках лучшей жизни. Я посоветовал сыну Вячеславу обратиться в местный военкомат, чтобы они сделали официальный запрос в военный архив, для подтверждения наград.
После демобилизации молодой фронтовик едет в Ташкент, где живут его родственники. Там же поступает учиться в техникум механизации сельского хозяйства. Будучи студентом, женится на Пак Татьяне. Получив специальность механика по сельхозмашинам, едет работать по направлению в Самаркандскую область. В 50-е годы с семьёй переезжает на Кавказ в город Беслан, а в 1961 году большая семья обосновалась в Астрахани. В настоящее время он живёт у сына в городе Пионерском Калининградской области. Здесь усматривается некий символ. Победитель живёт на бывшей территории побеждённой Германии, а ныне России. Россия, где он родился, вырос, а во время войны прополз, прошёл, проехал и проливал кровь за неё, была близка ему, всегда манила его и потому большую часть своей долгой жизни проживает в ней и чувствует себя вполне комфортно в краю родном, где некогда обосновались его предки. Все дети и внуки родились в России, получили образование, работают на благо себе и страны. Здесь он приобрёл настоящее счастье. Свою жизнь проживает достойно в окружении родных и близких ему людей. Хотя всё это пришло позже, а было время, когда вернувшись с войны, испытал чувство оскорбления и унижения, когда органы безопасности проверяли неоднократно факт его участия на войне, как это он мог попасть на фронт, а не в трудовую армию. Как будто патриот своей страны Ким своё право защищать Родину и даже погибнуть на войне купил. А если и купил, то слишком дорого. Счастливую жизнь он заслужил своим ратным и мирным трудом. Так хочется, чтобы он не уставал жить и наслаждался ещё долго жизнью, миром, свободой, которые он, как и миллионы советских людей защищал в битве с ненавистным врагом в Великой Отечественной войне.
Сложная и замысловатая линия жизни фронтовика Ким В.А. ранее для меня абсолютно неизвестная, оказывается каким-то чудесным образом, опосредованно дважды пересекалась с моей. Его старший сын Вячеслав Владимирович работает врачом хирургом и ортопедом-травматологом в санаторий для детей в городе Пионерский Калининградской области. В ходе работы над материалом выяснилось, что Вячеслав, это и есть тот человек, который в 1993 г. совершал восхождение на Памир. При переходе через отроги Тянь-Шанского хребта на границе Узбекистана и Киргизии, узнав, что его друг Валерий Пягай, тоже врач больницы города Пионерского, находится в отпуске и отдыхает у своего дяди, т.е. у меня в Алмалыке, тотчас приехал и тоже гостил пару дней. Вот наша встреча теперь состоялась у него на работе в санаторий. После окончания Астраханского мединститута с 1983 г. работает здесь врачом, а с 1985 г. является зав. отделения. Вячеслав Владимирович работая врачом, несмотря ни на какие трудности не теряет чувства сострадания к тем, кто в нём нуждается. Однажды в юности выбрав профессию врача, может быть, глядя на страдания отца от фронтовых ран, он верен ей до конца. В санатории лечатся дети со всей России от 3-х до 15-ти лет с патологией опорно-двигательного аппарата. Здесь врачи проводят операции на крупных суставах и длинных рубчатых костях. Срок лечения у всех различный, порой доходит до двух лет. Основная направленность – реабилитация от момента оперативного лечения до полного выздоровления. В санаторий есть восьмилетняя школа, дети проходят обучение. Уникальные оборудования, квалифицированные врачи, заботливый медперсонал, морской воздух, вокруг березовая роща и сосновый бор, а с окон лечебного корпуса открывается красивый вид Балтийского моря. Все эти составляющие компоненты благотворно влияют на процесс лечения и общее состояние здоровья больных. Большинство детей после лечения оставляют здесь костыли, коляски. Всё это не может не радовать человека самой гуманной профессии, врача – наследника боевой славы отца-фронтовика, гордости не очень большой корейской диаспоры Калининградской области, Вячеслава Владимировича Кима. Как символично звучит само его имя: «Слава»! Пишу подробно только о нём, из всех детей Кима по той причине, что лично знаком и имел с ним беседу. Безусловно, заслуживает большого внимания и второй сын-Анатолий Владимирович, крупный предприниматель, генеральный директор строительного комбината, а также две дочери Неля и Людмила, финансовые работники. Дети достойные отца. Есть чем гордиться пожилому человеку, фронтовику-орденоносцу!
Теперь о втором пересечение наших невидимых жизненных путей. Во время беседы о войне, городах и странах, близких и родных, неожиданно выяснилось, что Владимир Алексеевич, оказывается двоюродный брат моей свахи Марты Алексеевны Ким, чей сын Алексей женат на моей дочери Екатерине. Поразительно?! Но это факт, мы действительно являемся сватами. Об этом ранее не могли знать по причине того, что они жили далеко друг от друга, ведь связи были отдалёнными, переписывались изредка от случая к случаю, а живые контакты фактически прекратились после распада Союза. Практически случилось разобщение семей, болезненный разрыв родственных связей и отношений, что весьма характерно для многих корейских семей постсоветского периода.
Но, тем не менее, то ли случай, то ли госпожа удача подкидывает иногда истории и встречи с интересными людьми, судьбы, которых каким-то чудесным образом соприкасаются. Вот так порой наша жизнь создает необычные жизненные хитросплетения из разных случаев, но в данном случае приятные. Я очень рад встрече и знакомству с Владимиром Алексеевичем Кимом, с человеком богатой и интересной биографии. Раньше мне не приходилось встречаться с корейцами-фронтовиками, знал, что моих соотечественников во время войны лишили право защищать родную страну, признав их «неблагонадёжными». Но, тем не менее, были случаи, когда разными обходными путями, меняя фамилии и даже национальность, корейские парни прорывались на фронт. Раньше умалчивался факт участия советских корейцев на фронтах Великой Отечественной войны и то, что среди них есть даже Герой Советского Союза. Сейчас стало достоянием общества, что был такой факт в истории войны. Этого высокого звания был удостоен капитан Александр Павлович Мин. В настоящее время в интернете, Википедия выдаёт множество сведений, фактов из биографии А.П. Мина, о его участии в боевых действиях, о совершённом подвиге, за что присвоено звание Героя Советского Союза.

Владимир Ли.
Москва – Пионерский–Москва,
июнь 2009 г.

================================================================================

Владимир Ли 0016Тётя Зина.
(Очерк).

Каждый раз, когда затрагиваю тему депортации корейцев из Дальнего Востока в Среднюю Азию и Казахстан, моя жена всегда недовольна, она считает не нужным постоянно бередить душу, вскрывать заживающую душевную рану. А мне думается, что нельзя забывать историю, а насильственное переселение корейцев на самом деле есть не что иное, как трагическая история, которую надо помнить, нельзя умалчивать такие события, нужно делать все возможное, чтобы подобные чудовищные преступления никогда не совершались в стране ни под каким предлогом.
Повествование, в заголовок, которого я вынес имя своей тёти, будет затрагивать тему депортации не прямо, но косвенно через её судьбу. Это рассказ о десятилетней девочке насильно угнанной вместе с родителями из Приморья в знойные пески казахстанских степей осенью 1937года. Рассказ о том, как сложилась её дальнейшая жизнь в неведомом краю среди туземцев, как говаривали в те времена на просторах России. А вынес её имя в заголовок рассказа неслучайно. Ведь это имя для меня, моих детей и внуков недавно стало живой памятью о наших предках, переживших те незабываемые страшные события с ужасными последствиями. Тётя Зина была последней из живых пятерых детей моих: бабушки и дедушки. Она была самой младшей в семье, а мой отец самый старший. И разница в возрасте у них составляла 19лет!
После долгих и кропотливых поисков, наконец, в этом году состоялась моя первая встреча и знакомство с тётей Зиной и частью её большой семьи в столице Киргизии в г. Бишкеке. Мне, рождённому в высылке в Узбекистане, нынче исполнилось-63 года, а т. Зине-82 года. Моё двухмесячное путешествие по Центральной Азии и Казахстану нынешним летом доставило мне величайшее удовлетворение, где я получил массу впечатлений. Однако самым значительным и эмоционально насыщенным считаю свою поездку в г. Бишкек, где проживала т. Зина с внучкой Мирой. Добираясь поездом несколько суток до неё, я думал, какая будет наша встреча, обрадуются ли она и её дети, внуки, правнуки, которые никогда не видели меня. Не скрою, были большие сомнения. Я волновался. Ни единой фотографии т. Зины не было в нашем семейном альбоме, поэтому никак не мог наглядно представить себе, как она выглядит, на кого похожа? Найду ли в ней родные черты? Мои большие сомнения развеялись сразу, как только я вошёл в коридор их квартиры на втором этаже. На удивление, тётя признала меня сразу и встретила очень тепло. После крепких объятий и шумных возгласов первое, что сказала т. Зина, это: «Володя, вспомни свою бабушку, ведь я её копия, один к одному». Действительно, сходство было поразительное, но одежда на ней несколько обескуражила меня на тот момент. Мне показалось, будто передо мной стоит бабушка, киргизка. Поразил меня не только внешний вид, но и разговор её на русском языке порой переходящий на киргизский. При этом она сказала, что не помнит ни одного корейского слова, за что её якобы ругают внучки. Надо же, забыла! Хочу отметить, что русские и киргизские слова звучали чётко и красиво в её устах. По счастливому совпадению в тот день, когда я должен был приехать в Бишкек, к т. Зине утром приехал её старший сын Дмитрий с женой Зурой из города Таласа. Ехали они своим ходом на отдых на озеро Иссык-Куль и задержались у своей матери в ожидании моего приезда. До этого они не могли знать, что я приеду в этот день, поскольку о своём приезде сообщил т. Зине только накануне вечером. Конечно, встреча была насыщенна рассказами, расспросами, воспоминаниями, казалось, что им не будет конца. Между разговорами они показывали фотографии. Я тоже привез ряд семейных фото, несколько дисков и кассет. С удовольствием мои новые родственники посмотрели диск с записями концерта Большого детского хора Радио и Телевидения России (ВГТРК), где одним из солистов младшей группы является мой внук Максим, которому недавно исполнилось 11лет. Неподдельный интерес и восторженная радость, которые исходили от всей души у моих родственников, не могли не радовать меня. До обидного, короткая встреча, всего в 26 часов пролетела, как миг. Но, она дала много пищи для размышления и осознания, о том тернистом жизненном пути, который она прошла, а судьба долго вела девочку из того сурового периода знаменуемого страшным словом «репрессия» в настоящее время, время больших позитивных перемен, когда она чуть позже в разговоре со мной произнесёт короткую фразу: «Да, я сейчас очень счастлива!»
Судьба десятилетней девочки Зины, это яркое отражение суровой действительности того времени, когда в одночасье, всего одним Постановлением, а точнее росчерком пера судьбы почти двухсот тысяч людей превратились в одну общую трагическую судьбу и эти люди прожили трудную жизнь переселенца с клеймом «неблагонадёжный». А это автоматическое лишение многих прав: обучаться на родном языке, свободного выбора места жительства, учиться в центральных вузах, служить в армии, с оружием в руках, наравне с другими защищать Родину и многое, многое другое. Наконец, это общая судьба превратилась в нашу печальную историю, связанную с трагедией утраты родного языка, обычаев, традиций и всего того, что в конечном итоге называется национальными корнями. Репрессивное постановление признают незаконным только в 90- х годах и по отношению к российским корейцам применят акт о реабилитации.
Девочка, ещё подросток Зина, хрупкая веточка большого древа с корнем вырванного бурей событий, не могла тогда осознать в силу своего возраста всей сущности трагедии, но цепкая детская память навсегда запомнит детали событий того бесчеловечного переселения. Она помнит всё. Зине едва исполнилось десять лет, когда всю семью в товарном вагоне из насиженного места долго везли в неведомые края и наконец, выгрузили вблизи ст. Мерке, Джамбульской обл., Казахской ССР без всяких средств существования. Из 27 переселенцев, ехавших в одном товарном вагоне, двое малолетние дети умерли от болезней. Где-то на полустанке закопали их, в наспех вырытые неглубокие ямы. Вместо креста на холмики положили камни. Жестокая судьба распорядилась так, что мы, по сути, очень близкие люди потеряли друг друга и не виделись ни разу, хотя знали о существовании где-то не так далеко, но и не так близко.
Уже, будучи в изгнании, в подростковом возрасте, пытаясь вырваться из беспросветной нищеты, она самостоятельно отправляется в соседний город Чимкент и поступает учиться в сельскохозяйственный техникум. После окончания учёбы едет в забытый богом крохотный аул, расположенный в горах Таласского района Киргизии. В этом ауле на тот момент работы по специальности для неё не было, и она устроилась работать в сельскую АТС, рядовой телефонисткой. Тогда девушке думалось, что это временно. Не ведала она, что временно, то и постоянно в нашей жизни. Вскоре работу она полюбила, постепенно освоила все премудрости нехитрой сельской связи. Постепенно, как говорится, прикипела к ней и в последующем становится старшей телефонисткой, а затем начальником. Так, всю жизнь до самого выхода на пенсию проработала в одной и той же АТС, сохранив при этом ясный ум, хорошую память и молодой голос, а ещё, много- много сил!
На её трудном жизненном пути однажды встретится китаец по имени Юй-Лин и фамилии У, человек схожей судьбы, но возрастом старше её на 22 года. Два одиноких человека решили объединить судьбу и идти вместе, преодолевая жизненные невзгоды. Односельчане долгое время считали, что рядом идут отец и дочь. Но это нисколько не смущало счастливых молодожёнов. В большой любви и согласии прожили они долго, лишь смерть любимого человека разлучила их навсегда. Ей тогда было 60 лет. В той большой любви были рождены два сына: Дима и Володя. Как бы ни было трудно, но т. Зина и д. Юй – Лин смогли вырастить детей и дать обоим высшее образование. В посёлке, где они жили, да и во всём районе не было ни одной корейской или китайской семьи, чтобы породниться по национальному признаку. Видимо, поэтому взоры сыновей были направлены в сторону киргизских девушек и в итоге оба сына привели домой красавиц-киргизок. Отсюда и началась постепенная ассимиляция семьи т. Зины. И как бы, ускоряя этот процесс, внучки выходят замуж за киргизов и внук женится на киргизке. Вот так! Теперь, уже у правнуков нет ничего корейского или китайского. Я не мог разобраться! Одним словом обкиргизились. Прошу прощения за выражение. В конечном итоге я уточнил, что у т. Зины два сына, 6 внуков и 3 правнука. Чудесно! В семье царит патриархат и двуязычие, вполне равноправное. Кухня, быт, обычаи стали национальными, точнее киргизскими. Сыновья, выработав трудовой стаж для выхода на пенсию, ушли с государственного производства. У себя в районе они открыли своё фермерское хозяйство. На 25 га земли выращивают овощи, фрукты. Есть своя молочная ферма, пасека, а на пастбище пасётся большое стадо овец, сотни коров и лошадей. Одним словом, вполне удачно сложилась жизнь у т. Зины после яростной борьбы за выживание. Она благодарна казахам и киргизам за чуткость и внимание, доброжелательность и толерантность, по отношению к ней и другим переселенцам. Без их поддержки, считает она, не выжили бы в суровые предвоенные и военные годы большинство корейцев. Это факт. Сама т. Зина на 100 процентов приняла добровольно традиции и обычаи, язык и культуру киргизского народа и нисколько не жалеет об этом. Молодец! Дети, внуки и правнуки материально и духовно обогащают т. Зину. Незадолго перед отъездом, сидя на кухне, я спросил у т. Зины, счастлива ли она в этой жизни? Не задумываясь ни на секунду, очень просто и незатейливо произнесла короткую фразу: «Да, я сейчас очень счастлива!» Я подошёл к ней, обнял и поцеловал её сморщенную, но очень милую щёчку и ничего не сказал. Потому что почувствовал легкую спазму в горле, а на глаза навернулись скупые мужские слёзы, слёзы счастья и радости за т. Зину, которую я так долго искал и да обидного мало знал её, человека, пережившего столько в жизни, что с лихвой хватило бы на добрый десяток человеческих жизней. Прощаясь с ней после короткой встречи и выражая озабоченность, что очень мало пробыл у них, я сделал ей компенсирующее предложение, приехать к нам в гости в Москву летом будущего года. Предложение ей понравилось, приняла моментально, с какой-то детской радостью, говоря, что приедет обязательно, но не одна, а со своей старшей внучкой Мирой. Она воспитала её и считает своей дочкой, подругой. Я сказал, что буду их ждать с радостью. На том и расстались. Старший сын Дмитрий на своей иномарке отвёз меня с огромной сумкой набитой подарками на автовокзал. Обнял меня и помог сесть в микроавтобус, расчитался с водителем за проезд. Провожая, он долго смотрел в мою сторону, пока автобус не скрылся за поворотом. Последние дни, уже, будучи в Москве, жил я воспоминаниями этой встречи. Показывал и рассылал фото тёти Зины и её дружной семьи своей многочисленной родне. Всем рассказывал, что увидел и услышал в гостях у т. Зины, про её семью, быт и кухню. По возвращении в Москву тут же позвонил ей, что приехал благополучно. Поблагодарил за тёплый прием, а т. Зина долго прощалась со мной по телефону. Бесконечно, как мантру, повторяла: «Не болей Володя, не болей и пусть дети не болеют!» Эти пронзительные и одновременно искренние слова звучат в ушах до сих пор. Ведь, это были последние слова т. Зины, что слышал я тогда по телефону.
И вдруг, 18 октября 2009 года, буквально через несколько дней после того звонка я получил сообщение по электронной почте от племянницы Иры Угай, дочери Светланы, что в Бишкеке скончалась т. Зина. Трудно было в это поверить. Ведь, совсем недавно я видел очень живую, энергичную женщину, её быструю походку с прямой осанкой, слышал звонкий голос наяву и по телефону. Тогда она мне говорила, что у неё ничего не болит, не знает какие органы, где и как расположены. Мечтала ещё увидеть, как вырастет и женится любимый четырёхлетний правнук, красавчик Эркин, воспитанием, которого она занималась последние годы. Случилась беда в день, когда она с Мирой и Эркином пошла на представление в цирк. Во время антракта в ожидании, когда они вернутся с буфета, случился удар и, не приходя в сознание скончалась, как сказали врачи, от инсульта. В народе о такой кончине говорят: «Хорошая красивая смерть». И вправду, может действительно тётя не хотела болеть, мучиться и быть обузой своим детям, желала себе мгновенной смерти, как мечтают многие пожилые люди. Так, пусть благословенная земля доброй Киргизии, ставшей когда-то её второй родиной, будет пухом, а нам вечная память о простой корейско-китайско- киргизской женщине с большой буквы.
С уходом т. Зины оборвалась навсегда моя связь с предками, ведь она одна была ещё жива из всех пятерых детей моей бабушки и дедушки, проживших очень тяжёлую жизнь, но оставивших после себя большое потомство. Более полутора сотни разных родственников от этой ветки жили и живут во многих странах ближнего и дальнего зарубежья. Но, к сожалению, на исторической родине пока никого нет. Правда мой внук Вова собирается в скором времени ехать в Корею на учёбу. Дай-то Бог! На этом закончу своё повествование, которое озаглавил именем не очень знакомой тёти, но ставшей очень родной – ТЁТЯ ЗИНА.

Владимир Ли, пенсионер.
Москва, октябрь 2009 г.

================================================================================

Владимир Ли 0017

В гостях у писателя Анатолия Ким

Весенним майским утром 2015 г. в назначенное время я встретился со своим другом, Моисеем Кимом, советником председателя Общероссийского объединения корейцев на Киевском вокзале Москвы, чтобы вместе поехать в дачный писательский посёлок Переделкино в гости к Анатолию Андреевичу Киму. Как пишут в литературных энциклопедиях А.А. Ким–это всемирно известный русский прозаик, драматург, художник и переводчик. Он написал более 30 книг, выпущено порядка 100 томов его произведений, среди которых такие, как «Белка», “Луковое поле”, “Голубой остров”, “Соловьиное эхо “, “Нефритовый пояс”, “Отец-лес”, “Онлирия”, “Радости рая” и др. Многие из них переведены на 26 языках мира. Творчество писателя изучается в университетах России, СНГ и зарубежных стран. А также исследуется учёными филологами, критиками и др.
Произведения его наполнены большой любовью к человеку, земле, природе. Поэтому они привлекают к себе внимание людей всех профессий, возрастов, занятий и социального положения. В свои книги он не пускает плохих, омерзительных людей. Читатель видит глазами автора красоту окружающего мира и жизнь людей, связанных друг с другом, с природой, проявление их характеров, основных черт современников с особенностями и противоречиями личностей и эпохи. Во всём творчестве писателя, доминирующее место занимает тема любви. Любовь-залог счастья и продолжение рода человеческого. Он преклоняется перед силой любви. Книги писателя А. А. Кима не для лёгкого чтива на сон грядущий или просто полистать страницы в метро, чтобы убить время. Его творчество постигнуть крайне сложно, оно ёмко, философично, многолико, переменчиво, многогранно и всеохватно. Оно таит в себе собранную вековую житейскую мудрость народов.
Его произведения написаны на прекрасном русском языке, но каким-то особенным слогом, на котором никто теперь не может не только написать, но и говорить. Это роскошная проза, от чтения которого утопаешь в нескончаемом фантастическом мироздании и получаешь величайшее умственное и эстетическое наслаждение.
Анатолий Андреевич в преддверии своего дня рождения пригласил нас к себе домой, чтобы в непринуждённой обстановке пообщаться на разные темы, связанные с его жизнью и творчеством, а главной нашей целью было взять интервью у известного писателя, живого классика русской литературы. Менее чем полчаса езды на электричке, минут пять ходьбы пешком от станций и мы оказываемся у большого дома, расположенного в красивом лесном уголке, на писательской даче в Переделкино–известной всему читающему миру. Громадные ели и сосны, зелёная сочная трава, звонко поющие птички, свежий воздух, напоенный запахом весенних ароматных цветов и благостная тишина…, от которой мы в громадном мегаполисе уже давно отвыкли, предстали перед нами во всей красе. Наверно, в такой тиши, спокойствии можно создавать высокие образцы духовности, как в прошлом, так и в настоящем. Здесь жили, живут известные и знаменитые советские, русские писатели и поэты. Многие писательские дома теперь стали литературно – мемориальными музеями.
Хозяин дома, в простой рабочей одежде встретил нас во дворе с большим веником, оказывается, он был занят уборкой территории вокруг дома. После добродушного и радостного приветствия, Анатолий Андреевич любезно пригласил в дом, а на пороге нас встретила его супруга – молодая, жизнерадостная, красивая русская женщина, актриса с цветочным именем – Лилия. Радушные гостеприимные хозяева усадили нас за стол и по-восточному обычаю поначалу подали горячий крепкий ароматный чёрный чай, с которого плавно потекла наша беседа, традиционно с погоды, а далее разговор уже шёл вперемешку. О его биографии, творческом пути, путешествиях, живописи, литературе, читателях и о том, как и для кого, он пишет, о творческих планах и, конечно, о целях и задачах только, что созданного литературного Фонда имени Анатолия Кима.
Естественно, большая часть беседы была посвящена теме литературы вообще и своеобразию творчества писателя А. Кима в частности, вначале, коснувшись биографии именитого собеседника. Анатолий Андреевич рассказал нам, что его родители, как и все советские корейцы, осенью 1937 г. были насильственно выселены из Приморского края в Казахстан, по национальному признаку. Там он и родился 15 июня 1939 года. После войны, в 1947 г. по оргнабору родители (учителя корейского и русского языков) переехали жить на Камчатку, затем на Дальний Восток и на остров Сахалин. После окончания средней школы юноша Анатолий поступает в художественное училище им. 1905 года в Москве. Проучившись там три года, идёт служить на срочную службу в ряды Советской Армии. Этому предшествовало его внезапное решение оставить училище и начать писательскую деятельность. Прежде всего, не могли понять такое решение его родители, тем более что в художественном училище всё шло хорошо и, юный художник подавал большие надежды. Вот такие крутые виражи проделывает мятежный юноша в поисках самого себя. После службы в армии работает крановщиком башенных кранов, киномехаником, мастером на мебельной фабрике, художником-оформителем и преподавателем. Позже получает заочно высшее образование в Литературном институте имени М. Горького. У писателя две дочери, две внучки и одна правнучка, все они живут в Москве. Сыновей у него нет, поэтому продолжение рода его Кимов по старшинству заканчивается на нём, но у него есть младший брат, у которого есть сын и они могут продолжить род их Кимов. А ведь древний род Анатолия Андреевича имеет королевские корни, которые в своё время были именитыми литераторами. А. А. Ким в 1979 г. принял православие, а крёстным отцом стал великий советский артист Иннокентий Смоктуновский, проживавший на одной лестничной площадке с ним.
Беседуя о литературе, мы получили интересный ответ на вопрос, как и для кого, он пишет книги. На вопрос Моисея Кима: «В некоторых интервью Вы, Анатолий Андреевич, говорили о том, что пишете не каждый день, а как бы «запоями», но когда Вы в «запое», то пишете каждый день и, это может продолжаться много дней, а то и месяцы. Это правда?!» Писатель объяснил без лукавства очень просто и доходчиво. Во-первых, пишет действительно не каждый день, а когда приходит вдохновение. При этом не ведёт никакой предварительной подготовки, не делает каких-либо заготовок, не собирает специально какие-то материалы для будущей книги. Пишет запоем, без остановки, будто кто-то сверху ему диктует. Муки творчества не испытывает. После небольшой паузы, что-то, вспомнив, писатель, просветленно стал говорить: «В русских деревнях, где мне приходилось жить в разное время, человека определяли коротко и просто всего двумя словами: “хороший человек” или “плохой человек”. Так вот, я пишу свои книги только для хороших людей. Плохие люди не будут читать мои книги, они меня и не поймут». Вот дословно его слова:
-я пишу, не заботясь о том, поймут меня или нет;
-я пишу не для толпы и не для того, чтобы на стадионе кричали: «Браво, Ким!»;
-я не хочу писать, для тех, кто к книге относится, как к чашке чая, вкусной конфетке или стопке водки;
-я не могу терпеть потребительского отношения к книге. Не хочу писать книгу, чтобы она потом стала, как товар. Я против коммерциализации литературы;
-я хочу писать для хорошего человека;
-я не виноват, что вокруг нас есть плохие люди. Плохой человек, прочитав мои книги, не станет хорошим. Да он и не сможет прочитать мою книгу!
Анатолий Андреевич считает, что писатель не существует без читателя. Если есть хоть один читатель – это уже писатель. Моисей заметил, что недавно вышедший роман «Радости рая» прочитал с трудом, не один месяц, какие-то части перечитывал и всё равно, что-то осталось непонятным. Столько шири, метаморфоз, русского космизма, философско-фантастического, что многое из нашего современного бытия кажется таким мелким…«Но, прочитал же, мою книгу, Моисей! Поздравляю» и, пожал ему руку. Отвечая на мой вопрос об обратной связи с читателем и, как она происходит, А.А. Ким привёл десятки примеров о встречах, письмах, обращениях. Всего два из этого числа хочется мне привести.
…Как-то ему позвонил знакомый человек и сказал, что у его жены врачи признали онкологию и определили оставшийся срок её жизни всего около месяца. Дал ей почитать роман “Белка”, и теперь её последним желанием стало встретиться с автором. При этом он сказал, что теперь врачи по её просьбе отпускают домой, когда надо, так что можно встретиться дома. В назначенное время следующего дня, писатель пришел к ним домой. Женщина пыталась встать, чтобы приветствовать гостя. Он же попросил её не тревожиться, сам подошел к ней, пожал её руку и присел напротив неё. В конце беседы она искренне поблагодарила писателя за роман “Белка” и сказала, что прочитала эту книгу и теперь ей не страшно умирать. Такие слова, которые говорит читатель своему писателю, находясь на грани жизни и смерти, дорогого стоят.
Другой пример из жизни. Писателя пригласили служащие с протестантской церкви из города Воронежа на конференцию, посвящённую борьбе с детской наркоманией. С трибуны конференции, писатель говорил, что борьба с детской наркоманией, чрезвычайно трудная и малоэффективная. Если ребёнок пристрастился к наркотикам, оторвать его от зависимости практически невозможно. Поэтому самая лучшая и наиболее эффективная борьба, это профилактика и ранее предупреждение пагубности употребления наркотических веществ. Ни в коем случае, даже под страхом смерти, нельзя допускать, чтобы у ребёнка появилось желание попробовать этот смертельный яд. “Когда мои родители жили на Дальнем Востоке, – вспоминал писатель, – они выращивали опийный мак, из которого получали опиум на продажу китайцам, среди которых было много наркоманов. Кроме этого, почти каждая корейская семья держала в запасе кусок опиума, чтобы откупиться от банд китайских краснобородых хунхузов, которых было много в 20-х г. прошлого столетия. Они совершали внезапные набеги на мирных жителей с целью грабежа и насилия над женщинами. В первую очередь они требовали опиум. Если дома не было опиума, то они издевались по полной программе. Мы, дети, помогая родителям выращивать мак и вытягивать из них опиум, под угрозой смерти, никогда не пытались даже пробовать опиум. Так, родители профилактировали нас, не будучи врачами-наркологами или сотрудниками милиции».
Во время выступления Анатолия Кима в зал незаметно вошла женщина в белом халате и скромно села на стул. Через какое-то время она попросила слово и стала говорить, что работает медсестрой в городской больнице. Когда узнала о том, что в город приехал писатель Анатолий Ким и находится в церкви, она уговорила главврача отпустить её на полчаса для встречи с ним. Главврач отпустил и более того, предоставил ей служебную машину и вот она здесь. Сказала, что очень мечтала увидеть писателя и пришла, чтобы поблагодарить Анатолия Андреевича Кима за прекрасный роман “Онлирия” (некоторые критики назвали роман энциклопедией православия). Её слова: “Эта замечательная книга, которая дает читателю большую надежду и веру в лучшую жизнь. После прочтения Вашего романа мне казалось, что я искупалась в чистой, прозрачной родниковой воде и мне захотелось жить по-новому. И жизнь у меня сейчас меняется в лучшую сторону. Очень рада видеть Вас, дорогой Анатолий Андреевич, спасибо! Здоровья и творческих успехов, удачи во всём и низко кланяюсь Вам!” Поклонилась и под аплодисменты зрителей вышла из зала. В перерыве, писатель хотел поговорить с этой женщиной, но она тотчас после выступления уехала на работу. “Вот такие слова читателей дают мне силу и настоящее вдохновение – я творю для таких людей. Это тоже ответ на интересующий вас вопрос, для кого я, собственно, пишу”.
Далее на наши вопросы об особенностях менталитета корё сарам (кореец), их исторической судьбе, Анатолий Андреевич основательно затронул тему своеобразия корейцев СНГ, которые некогда все были советскими корейцами. Об их трудной, порой трагической судьбе, об испытании, которое выдержали они достойно. В прошлом году на правительственном уровне широко отметили 150-летие добровольного переселения корейцев в Россию. Событие, которое всколыхнуло сознание и души многих людей, дало осмысление того, что судьба российских (советских) корейцев за этот период складывалась удивительным образом. Дважды, вначале в русской, а затем в узбекской и казахской, в совершенно чуждой языковой, социальной и ментальной среде оказались гонимые корейцы. На первый взгляд они должны были ассимилироваться с тем или иным коренным народом, при этом, забыв свои исторические корни, язык, обычаи, традиции и стать Иванами, родства не помнящими. Однако этого не случилось. Советские корейцы, где бы они ни проживали, смогли сохранить свою национальную самобытность, и теперь так же продолжают жить достойно в любой социальной, языковой среде и пользуются уважением среди коренного населения. Добиваются, они этого, прежде всего: своим трудолюбием, упорством, дружелюбием и стремлением к знаниям. Всеми отмечаются ещё и такие неотъемлемые качества корейцев, как терпение, уважение к старшим и толерантность по отношению к представителям другой нации. Писатель сказал: «Вот мы здесь сидим втроем: Моисей, Владимир и я – все чистокровные корейцы, беседуем свободно на разные темы, правда на русском языке, так нам легче, и можем считать себя вполне успешными людьми. Каждый из нас добился определенных высот в своей сфере деятельности. Мы, являемся носителями русской культуры, в силу обстоятельств, среды, воспитания и образования, но, тем не менее, тянемся к своей национальной культуре, пытаемся сохранить свои обычаи и традиции, плохо или хорошо, но умеем говорить на корейском языке (диалект коре сарам). Это очень хорошо!»
После этих слов писатель пригласил нас святая святых, в свой рабочий кабинет и домашнюю библиотеку. Библиотека оказалась очень уютной и добротной. Тысячи разных книг стройными рядами стояли в шкафах и на полках. А один отдельный шкаф был заполнен авторскими книгами, которые составляли более ста томов. Многие, из них являются иностранными изданиями. Это результат многолетнего творческого труда, которым, безусловно, он гордится, что было видно из его рассказа о том, когда и как создавались произведения. Нам кажется, что Российское государство не оценило должным образом его титанический труд и тот неоценимый вклад, который он внёс в развитие русской литературы конца XX и начала XXI века. А.А. Ким занял достойное место в ряду классиков русской литературы. Его имя получило мировое признание. Нам известно, что он имеет ряд скромных наград, в основном советского периода, хотя значительные произведения были созданы в постсоветский период. А.А. Ким награжден орденом “Знак Почёта” (1984), имеет Премии журналов “Дружба народов” (1980), “Юность” (1997), и ряд международных премии. В свой юбилейный год писатель был принят президентами республик Казахстана, Киргизии и Кореи. Только нет пророка в своём Отечестве. Он с горечью отметил, что ни один государственный российский чиновник не поздравил его с юбилеем, не говоря о награде. Только журналист Анастасия Ермакова взяла интервью для “Литературной газеты” и он опубликован под названием “Звёзды на небе любят друг друга”. С полной версией интервью можно ознакомиться в Фейсбуке на страничке у Анатолия Кима.
В 2014 году писатель А.А. Ким был удостоен высшей государственной награды Республики Корея: Большим Орденом «Мугунхва». Слово «Мугунхва» в переводе с корейского языка означает: «Вечно цветущая роза или Бессмертный цветок». Цветок получил такое название, так как цветёт около 100 дней в году. Он символизирует: процветание, упорство и бесконечное существование нации. Этим орденом награждаются лица, внесшие выдающий вклад в дело укрепления и развития государства, обеспечения мира и процветания народов. С момента его учреждения(1949г.) было награждено всего чуть больше 100 человек, главным образом президенты и премьер-министры зарубежных государств. Награду русский писатель А.А. Ким получил в Сеуле в октябре 2014 г. из рук Президента Республики Корея Пак Кын Хе.
По поводу начала работы, созданного Литературного Фонда им. Анатолия Кима, писатель сказал, что Концепция уже имеется, но начаты лишь первые шаги в его деятельности.
Беседуя с Анатолием Андреевичем, получаешь истинное наслаждение, как и при чтении его книг. Простота и естественность в отношении к собеседнику делает его очень дружеским, даже родственным, при этом, в каждом слове находишь, некую человеческую мудрость. Нам не хотелось покидать этот гостеприимный дом, но, памятуя о занятости писателя, после нескольких часов нашей встречи, мы уехали, насладившись приятной и полезной беседой, а также трапезой от смешанной русско-корейской кухни. Кстати, так понравившийся нам салат (помимо других корейских салатов) оказался из молодых крапивных макушек, собранных и приготовленных самим писателем. Добротное красное итальянское вино, прихваченное нами, способствовало непринуждённой беседе, как по простым жизненным вопросам, так и удивительным особенностям корейского характера. Подобной роскоши общения с интереснейшим человеком, мы просто не ожидали, это был сущий подарок судьбы, иного не скажешь, беря во внимание, то время и внимание, в котором мы пребывали несколько часов в состоянии эйфории в пространстве талантливого писателя: гуманиста, философа-фантаста ХХ и начала ХХI века.
Во дворе стоял прекрасный, теплый майский день, густо напоенный ароматом свежих трав, буйных лесных цветов, особенно заметно исходящих от цветущей черемухи, которая является одним из символов прекрасной природы России. На усадьбе мы выбрали место у многовекового дуба, чтобы сфотографироваться с писателем на память об этой чудесной встрече. Супруга писателя, Лилия запечатлела нас троих на фоне могучего дерева, вблизи крыльца дома. В своем «лесном хозяйстве» по периметру, Анатолий Андреевич протоптал тропинку длиной в 225 метров, по которой ежедневно по утрам проходит быстрым шагом десять кругов. Кроме этого, несмотря на свой возраст, занимается штангой, которую мы увидели поодаль. Таким образом, писатель физически поддерживает себя и потому выглядит очень моложавым, бодрым и жизнерадостным человеком. Показывая свой участок, А.А. Ким сокрушался, что в прошлом году жуки-короеды испортили десяток многолетних сосен, которые самостоятельно спилил и аккуратно сложил штабелями. Да это же работа под силу крепкому кряжистому мужику! А как прекрасно справился уже немолодой человек, наш добрый друг, Анатолий Андреевич, которому 15 июня исполнится 76 лет! Глядя на него, трудно поверить в эту солидную цифру. С обвораживающей улыбкой на лице, он предложил нам забрать, если они нужны, как дрова или стройматериалы. Мы решили обязательно приехать и помочь ему навести порядок на участке. В следующий раз с нами приедет наш общий друг Виктор Цой, ему будут нужны все эти брёвна для бани, которую он строит на своём дачном участке. Так незаметно мы обошли весь участок и незаметно подошли к калитке, где попрощались с писателем.
Провожая нас, Анатолий Андреевич, долго стоял у калитки и смотрел вслед нам, пока мы не скрылись за поворотом.
Владимир Ли,
Москва, Переделкино, май 2015 года.

============================================================================

МОИСЕЙ КИМ ЭТО ЧЕЛОВЕК – МОТОР.
(очерк)

В августе 2015 года я собрался лететь во Владивосток. В день отлёта на часок заглянул в офис Общероссийского объединения корейцев (ООК), чтобы повидаться с коллегами. К сожалению, никого на месте не застал, все разошлись по делам службы. Поджидая друзей, чтобы не терять даром время, занялся распечаткой журналистских материалов. Так и не дождавшись никого, решил поехать без особой спешки в аэропорт. На выходе из здания офиса буквально лицом к лицу столкнулся с Моисеем Ирбемовичем Кимом, советником председателя ООК. Именно его я ждал с самого утра. Мы коротенько перекинулись вопросами, а напоследок, он уже вдогонку попросил меня ускорить работу над заметкой-воспоминанием для его будущей книги. Усевшись в кресло самолёта, я задумался над просьбой Моисея. Надо сказать, что он и ранее напоминал мне об этом, но я всё не находил время. Даже бывая рядом с ним, никак не мог выдавить из себя что-либо путное. В голове проносились какие-то мысли и воспоминания, но сосредоточиться никак не мог. Чёткого образа человека, о котором следует сказать что-то важное, не возникало. Поэтому задачу всё время откладывал «на завтра». В полёте дремотно пролетело время между двумя обслуживаниями (обед, ужин) прекрасных стюардесс. К концу перелёта на расстояние более семи тысяч км по воздуху, я мысленно готовился написать заметку на заданную тему, то есть рассказать кому-то о своём взгляде со стороны, на человека по имени Моисей, с которым судьба свела меня в Москве несколько лет назад. Прав поэт Сергей Есенин, который в своём стихотворение «Письмо к женщине» сказал: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Моисей Ирбемович, для меня, безусловно, большой человек в широком смысле этого слова. По ходу повествования о нём постараюсь раскрыть истинность этих слов. Бесконечное множество слов приходило в голову, но как подобрать их в нужном и минимальном количестве, чтобы они засверкали, засияли всеми цветами радуги, чтобы получился образ человека, равного которому по масштабу знаний, опыта, сил и энергии, я до сих пор не имел в своём окружении. Да еще написать не просто так, а как всегда просит сам Моисей, когда даёт поручение: «коротко, но очень ёмко». «Ужать, ужать!» – его козырные слова. Написать так, чтобы: «Словам было тесно, мыслям – просторно», по формуле русского поэта Н.А. Некрасова. Но это подвластно было мастерам коротких рассказов классику М. Горькому, да ещё А.П. Чехову, утверждавшему, что краткость – сестра таланта. Но, дорогой Моисей Ирбемович, меня зовут Владимир Ли, а не Антоша Чехонте! Так что за весь полёт не выдавил из себя ни строчки, но мысленно был готов выполнить просьбу друга и коллеги.
Уже, будучи на отдыхе в Приморье, нежась в пансионате «Берег мечты» на берегу Японского моря (корейцы упорно называют его Восточным), я набросал кое-какие мысли о Моисее Ирбемовиче Киме, которые запали в голову в дальнем перелёте от Запада до Востока России.
Начну с того, что на М.И. Кима я впервые обратил внимание задолго до нашего знакомства. Внешне он худощавый, юркий, как ртуть – живчик натуральный, часто мелькал перед моим взором, то в редакции, то в ООК или на каких-то значимых мероприятиях. Всегда он был при каких-то важных делах, спешил, вечно куда-то торопился. А я не знал, кто он, чем занимается, иногда на ходу при случайной встрече здоровались кивком головы. И только в начале 2013 года, пообщавшись пару часов в редакции газеты «Российские корейцы», поджидая главного редактора Валентина Сергеевича Чена, который находился на заседание ООК, мы разговорились и поняли, что имеем много общего во взглядах, вкусах, привычках. У нас схожее образование, а по возрасту мы оказались почти ровесниками. В конце дружеской беседы Моисей Ирбемович заявил: «Да вы, для нас находка! Такие люди, как вы, нужны ООК в качестве активиста!» И с тех пор, как говорится, пошло-поехало! Начались наши совместные хождения на всякие встречи, заседания, «круглые столы», конференции, семинары, концерты и мероприятия. За два года нашего знакомства и дружбы произошло много событий разного масштаба: тут и юбилейные даты, учредительная конференция по созданию Всероссийского конгресса этножурналистов «Культура мира», мероприятия государственного масштаба по празднованию150-летия проживания корейцев в России.
Наиболее важные события, которые будут широко отмечаться в течение 2015 года не без нашего совместного участия:
-70-летие Победы Советского народа над фашисткой Германией;
-70-летие освобождения Кореи от японских захватчиков;
-25-летие установления дипломатических отношений между Россией и Республикой Корея.
Уже состоялось много мероприятий чисто столичного масштаба: форумы, выставки, презентации, встречи с интересными людьми, концерты и т.д. В самый трудный для меня год, после смерти моей жены Моисей Ирбемович не дал мне упасть духом и закиснуть в четырёх стенах своей квартиры. Сначала он принял участие в организации захоронения моей супруги на корейском участке Щербинского кладбища. Он давал мне поручения по линии ООК, просил писать заметки, статьи про общественную жизнь корейцев в городе, предлагал билеты и приглашения на концерты, встречи и представления. Друг, ты не оставил меня наедине с моим горем! Этого никогда не забыть! Как гласит русская пословица: «Добро помни, а зло забывай». С первых дней нашего знакомства я обнаружил в нём такие замечательные качества, как доброта, отзывчивость и заботливость. Моисеева доброта и забота о людях проявляется даже в мелочах. Например, в летнее время он привозит своим коллегам с дачи: зелень, корейскую капусту на салат и всё уже в чистом виде! А с какой любовью и трепетом он относится к внуку Жене! Помню, он привёл мальчишку с его другом на военный парад, который проходил 7 ноября 2014 года. Переживал, чтобы тот не простыл(было прохладно и шёл дождь). Затем привёл их в офис ООК, где накормил обедом, напоил чаем. Внуку он с любовью подарил наручные часы, которые достались ему в виде выйгрыша в лотерею на презентации в Москве медицинского оборудования, привезённого из Республики Корея. Большое уважение к Моисею Киму вызывает такой немаловажный эпизод из его жизни. Он уже тридцать с лишним лет, с небольшим перерывом, ежедневно преодолевает расстояние на электричке и метро (из дому на работу и обратно) свыше 150 км, затрачивая на всё это почти четыре часа! При этом каждый участок пути им выверен так, что он никогда не делает лишних шагов, и поэтому никогда не опаздывает. Даже, находясь в пути, он продолжает умственную работу: думает, пишет, читает и размышляет. Уже только одно это говорит о его терпении, настырности и большой силе воли. У М.И. Кима заметны все признаки сильной внутренней и духовной энергетики. Ему присуща харизма, целеустремлённость, уверенность в своих силах, высокая духовность, и многое другое. Меня всегда удивляет и восхищает его память, которая хранит множество имён, цифр, фактов, событий из тридцатилетней чиновничьей карьеры в Министерстве культуры плюс пять лет работы в Министерстве регионального развития, в Департаменте межнациональных отношений. У него превосходная память на фамилии и имена не только русских людей, но и многих иностранцев, в том числе нелёгких корейских: учёных, дипломатов, артистов, историков, писателей и так далее. Не знаю, каким это образом он запоминает их, тогда как я, например, могу перечислить на память не более десяти известных людей из Кореи. С Моисеем Кимом трудно присутствовать на городских мероприятиях: с десятками людей обнимается и здоровается, (как он объясняет – с бывшими коллегами, друзьями и знакомыми). Такую картину наблюдал и в стенах Государственной Думы, Общественной палаты РФ, Федерации мира и согласия, в разных министерствах и солидных учреждениях. За долгие годы работы в Москве у него образовалось несметное число друзей и знакомых. Общительный и открытый человек, Моисей Ирбемович со многими из них познакомил и меня, благодаря чему, у меня расширился круг друзей, приятелей и знакомых в Москве и области. Среди известных людей, с которыми я завязал знакомство через Моисея, назову писателя Анатолия Андреевича Кима, художника Константина Андреевича Пака из города Кимры Тверской области, писателя и художника Михаила Пака из Москвы, поэта и графика Александра Пака из Алтайского края. Также он познакомил меня со многими общественными деятелями, известными ветеранами, творческими личностями и знаменитостями.
В 2014 году совместно мы издали книгу «Россия-Родина моя», это сборник сочинений русскоязычных корейских школьников и студентов, которые были написаны в рамках Всероссийского форума молодёжи «Вместе – мы сила!» в Томске. Книги были подарены всем участникам конкурса, руководителям некоторых общественных организаций, русско-корейской школе № 1086, а также организатору конкурса – Томскому государственному университету. За последние два года, нами в соавторстве, было написано много заметок и статей о жизни корейцев в России для сайта «Коре сарам». М.И. Ким один из участников исторического автопробега «Москва-Корея 2014», посвящённого 150-летию добровольного переселения корейцев в Россию. А до этого, летом 2012 года, он не отказался проехать автопробегом от Санкт-Петербурга до Владивостока (остров Русский) в честь саммита АТЭС – 2012, проходившего во Владивостоке. Моисей Ирбемович привлёк нас, несколько активистов ООК, на живую телепередачу сайта «Вечерняя Москва» в прямом эфире в апреле 2015 года на тему: «Корейцы о корейцах», а также приглашал на фотовыставки, выставки картин и презентации книг русских писателей, художников, поэтов корейского происхождения.
Конечно, я благодарен судьбе за то, что встретился в Москве и подружился с таким замечательным, коммуникабельным человеком. Благодаря Моисею моя жизнь в Москве стала более насыщенной и плодотворной в новой для меня ипостаси – в общественной жизни и журналистике. Моисей Ирбемович, наряду с другом П. Майданюком, был инициатором моего вступления в Союз журналистов России, он убедил меня в необходимости вступить в это профессиональное общественное объединение и сам написал рекомендацию, а другую попросил дать главного редактора «Российские корейцы» Валентина Сергеевича Чена. Он также способствовал написанию книги «Моя судьба» к предстоящему моему семидесятилетнему юбилею.
Имея множество званий и наград, Моисей Ирбемович Ким больше всего гордится званием «Отличник Министерства культуры СССР». Этот титул он иногда ставит со своей фамилией, подписывая самые важные документы, обращения, статьи, заметки. С таким человеком, как Моисей Ирбемович, стоит дружить, даже если он живёт далеко от тебя. И тут буду уместны слова: дружба не знает границ и расстояний.
Вот такими воспоминаниями о необычном московском друге-корейце с еврейским именем Моисей и внушительным корейским отчеством: «Ир Бем», что означает–«Первый Тигр», (Ирбемович) незаметно преодолел по воздуху на самолёте расстояние от Москвы до Владивостока в семь тыс. км, где вспомнились слова вождя молодой большевистской республики Владимира Ильича Ленина: «Владивосток далеко, но, ведь, это город-то нашенский».
P.S. В преддверии хорошего и красивого 70-летнего юбилея, желаю Моисею Ирбемовичу Киму здоровья, сил, творческих успехов и удачи! Так держать!! Не уставайте!!!
Владимир Ли.
Москва-Владивосток-Москва,
август 2015 года.

***

КИМ ПЕН ХВА.
( К юбилею 110-летия со дня рождения)

Это звучное и одновременно загадочное для меня имя, произносимое людьми обязательно в сочетание с фамилией, услышал впервые в далёком детстве, где-то в середине 50-х г. прошлого века. Тогда мы жили в с. Саид, Пскентского района, Ташкентской области, где в семилетней русско-узбекской школе учительствовал мой отец, Владимир Менсебиевич Ли. Частенько в нашем доме долгими зимними вечерами собирались односельчане-корейцы, видимо, его друзья, которые коротали время за пиалой чая, в беседах и читкой газет, а также игрой в «гольпя», это корейская национальная игра типа домино. Помню, кто-то даже играл, как мне казалось, виртуозно на скрипке. Однажды я был свидетелем разговора взрослых о советских корейцах, награждённых орденами и медалями за доблестный труд. При этом несколько раз упоминали имя председателя колхоза «Полярная звезда» Кима Пен Хва. Один из гостей рассказывал, что недавно Ким Пен Хва был представлен к третьей золотой медали «Серп и молот» и звания Героя Социалистического Труда. Однако Ким Пен Хва будто бы дал самоотвод в пользу Хамракула Турсункулова, председателя колхоза «Шарк Юлдузи» Янгиюльского района, Ташкентской области, тоже дважды Героя. Свой поступок он мотивировал тем, что в Узбекистане трижды (таковых ещё не было) Героем должен быть не кореец, а представитель титульной нации. Вокруг легендарных людей всегда создаются мифы, анекдоты, легенды. Этот случай можно отнести к этому разряду, но легенда лишний раз подтверждает молву среди народа о Ким Пен Хва, характеризующего его, как человека исключительной доброты, скромности и отзывчивости. Он был справедливейшим человеком.
Вспоминается моё первое комсомольское поручение, когда я учился в восьмом классе. Мне, новоиспечённому комсомольцу, поручили к годовщине Великого Октября сделать доклад о трудовом подвиге тружеников села Ташкентской области в период Великой Отечественной войны. На тот момент я знал несколько орденоносцев, а также Героев, в том числе и среди корейцев. Ким Пен Хва уже тогда был дважды удостоен этого высокого звания, его знала вся страна. С чувством большой гордости мною был описан его трудовой подвиг, безусловно, он занял самое достойное место в моём скромном комсомольском докладе о тружениках сельского хозяйства.
Во взрослой жизни мне сподобилось познакомиться с его сыном Борисом Петровичем Кимом. Знакомство состоялось в очень сложный и трудный для него период жизни, когда он очень нуждался в моральной поддержке. Такая бескорыстная моральная поддержка тогда была оказана мною, за что Б. П. Ким впоследствии неоднократно пытался за это каким-то образом отблагодарить меня. То хотел помочь в поступление в аспирантуру при институте русского языка и литературы, чтобы я стал учёным, то предлагал путёвку в санаторий и т.д., но я принял лишь одно его предложение – посетить колхоз «Полярная звезда». К сожалению, мне не приходилось ранее бывать там. Борис Петрович дома познакомил меня со своей матушкой, седовласой женщиной с красивым корейским именем Пен Сон. Она оказала мне душевный приём. Много хлопотала у плиты, накормила нас вкусным обедом. Затем Борис Петрович позвал меня прогуляться по территории села и вскоре мы незаметно подошли к правлению колхоза, где стоял тогда бюст его отца. Борис Петрович был очень образованным и незаурядным человеком. Интереснейший и начитанный собеседник, он мог увлечённо вести беседу практически на любую тему. Прогуливаясь по селу, он много рассказывал о жителях, именитых колхозниках, подводил меня к зданию школы, показал замечательный Дворец культуры, затем зашли смотреть колхозный стадион. Он говорил, что за последние тридцать лет более четырёхсот колхозников этого хозяйства были награждены орденами и медалями, из них: 26 человек стали Героями Социалистического Труда, а руководитель хозяйства – дважды. Такого массового трудового подвига ни один колхоз Страны Советов не совершал. Это было феноменальное явление при строительстве сельскохозяйственного предприятия и в жизни людей при коллективном труде. Факт, послуживший доказательством преимущества коллективного хозяйства перед единоличниками. Было бы справедливым на то время утвердить и присвоить звание «Колхоз-герой» славной «Полярной звезде». От сына легендарного председателя колхоза, мне удалось узнать много интересных фактов из биографии человека, который, как и все советские корейцы, подвергся в 1937 году репрессии в виде насильственного переселения из Приморского края в Среднюю Азию и Казахстан по национальному признаку. Настоящий трудоголик, неутомимый руководитель Ким Пен Хва вникал в дела не только полевые, но и в другие сферы жизни колхоза. Ни один участок большого хозяйства не оставался вне зоны его внимания. Как рассказывал мне Борис Петрович, в Москве на ВДНХ, куда однажды пригласили отца на выставку, кто-то из друзей подарил ему часы с будильником. Неизвестно, этот будильник будил или сам просыпался, но Ким Пен Хва каждый день вставал в 4 часа утра и до 6 часов умудрялся обойти все дома бригадиров, доярок и специалистов, а если у кого-то из них в доме не горел свет, то стучался с побудкой. Уже к началу 50-х годов колхоз имел собственную гидроэлектростанцию, и все село было электрифицировано. Улицы и площади были ярко освещены искусственным светом. Люди из соседних кишлаков специально приходили вечерами, чтобы любоваться видом ночного колхоза. Дальновидный руководитель-хозяйственник особое внимание уделял подрастающему поколению. Средняя школа была его любимым детищем, он никогда не проходил мимо детей, интересовался их учёбой, домашними делами. Лучших педагогов приглашал на работу, создавая им хорошие условия для жизни и работы. Практически все выпускники школы поступали в самые престижные вузы страны. По их окончании многие выпускники-специалисты возвращались в родной колхоз и работали по специальности. Директор сельской школы впоследствии стал всемирно известным ученым-востоковедом. Это профессор, доктор исторических наук, Борис Дмитриевич Пак. В последние годы он жил и работал в Москве. Умер в 2010 году. В Москве живут и трудятся его дети и внуки. Его дочь Бэлла Борисовна Пак, профессор, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Востоковедения Российской Академии Наук.
Моё самое последнее посещение колхоза, настоящего памятника сельскохозяйственного производства, было связано с юбилеем – 100-летием со дня рождения Кима Пен Хва в августе 2005 года. Колхоз уже задолго до этого был реорганизован в народную корпорацию и носил его имя. В составе делегации от Алмалыкского городского корейского культурного центра, вместе с воспитанниками школы спортивно-бальных танцев «Сезам», мы приняли участие в торжествах на центральной площади села напротив нового здания музея. В тот день в праздничной обстановке в присутствии многочисленных гостей из разных районов, областей и стран СНГ, а также местных жителей был открыт новый двухэтажный музей. Бюст Кима Пен Хва, установленный ранее перед зданием правления, перенесли к музею. После открытия музея был дан большой концерт силами самодеятельных и профессиональных творческих коллективов. На площадке выступали артисты из Казахстана, Узбекистана, Украины и известный танцевальный коллектив «Сезам» под руководством Арины Цой из города Алмалык Ташкентской области. На центральной площади был накрыт праздничный стол на 1000 человек. Гостей угощали национальным, традиционным пловом, различными корейскими салатами и прочими деликатесами.
Вечером того же дня в Ташкенте на летней эстраде дворца «Туркистон» состоялся гала-концерт, на котором присутствовали более трёх тысяч зрителей. Вокальный квартет «Ретро», юная певица Саша Ли, заслуженная артистка Республики Узбекистан Галина Шин, танцевальный ансамбль «Корё» (Узбекистан), певица Римма Ким, танцевальная группа «Ариран» (Казахстан), певец Любомир Тян, заслуженные артистки Российской Федерации Марина Цхай и Анита Цой (Россия) показали зрителям своё высокое исполнительское мастерство. Концерт прошёл на «ура». Официальные лица, гости, все зрители были в восторге от песен и танцев, дали высокую оценку большому празднику труда, души и сердца
А накануне, 16 сентября 2005 года в Государственном академическом Большом театре им. А. Навои состоялась презентация книги Евгения Тена «Легенда о Ким Пен Хва». После этого демонстрировался очень интересный документальный фильм «Свет «Полярной звезды», снятый на киностудии «Узбекфильм» режиссером Ш. Курбанбаевым по сценарию В. Кима. Меня как зрителя потрясло в фильме воспоминание К. Кима, бывшего секретаря парткома колхоза. Он рассказывал, как однажды к тяжело больному Киму Пен Хва в больницу пришла узбечка Мехри-апа, директор Ташкентского педагогического училища, студенты которого помогали ежегодно осенью в уборке хлопка. Узнав, что у председателя больное сердце, она предложила своё, чтобы только он остался жив. Вот так люди отвечали ему за беззаветную любовь, заботу и преданность. Они были готовы отдать свою жизнь за него. В завершение вечера гости посмотрели спектакль «Деревенская кадриль» на корейском языке в постановке Государственного корейского театра музыкальной комедии из Алма-Аты. Народный праздник в честь юбилея Кима Пен Хва удался на славу! Равнодушных людей не было, все были в восторге.
Прошло десять лет, а я хорошо помню те погожие сентябрьские дни, когда люди с теплотой и большой благодарностью почтили память великого нашего соотечественника, легендарного председателя колхоза «Полярная звезда», дважды Героя Социалистического Труда Кима Пен Хва, которому в том году исполнилось бы 100 лет! Память людская неистребима. Герои бессмертны! Пока мы помним, они живы. Они навечно в благодарной памяти нашей.
Теперь, живя в Москве, вновь столкнулся с именем Кима Пен Хва. А случилось это осенью 2014 года на прекрасной фотовыставке «Герои страны» в Культурном центре Посольства Кореи в Москве, которую организовал его внук Роберт, неутомимый общественный деятель, Президент благотворительного Фонда им. Кима Пен Хва в честь празднования 150-летия добровольного переселения корейцев в Россию. А второго апреля 2015 года в Общероссийском объединении корейцев я принял участие в заседании Оргкомитета по празднованию 110-летнего юбилее Кима Пен Хва в августе-сентябре 2015 года в Узбекистане и России.
Вот такая незамысловатая линия моей жизни, обыкновенного человека, в течение многих лет мимолётно и краешком, как-то опосредованно соприкасалась с именем легендарного советского корейца со звучным именем. Ким Пен Хва – это первый человек, который начал пробуждать во мне чувство гордости за советского корейца, пережившего моральные и физические унижения в период репрессий вплоть до реабилитации. Такие прекрасные люди создавали положительный имидж корейцев в Узбекистане, благодаря, чему мы простые люди пользовались и продолжаем пользоваться большим уважением среди местного гостеприимного узбекского населения. Славные сыны советских корейцев своими высокими достижениями в сельском хозяйстве, на производстве, в науке, культуре, спорте, образование реабилитировали всех нас задолго до официальной реабилитации. Как знаменосец, в первых рядах всегда стоял легендарный труженик сельскохозяйственного производства, председатель знаменитого колхоза «Полярная звезда», дважды Герой Социалистического Труда Ким Пен Хва. Героям – честь и хвала!

Владимир Ли, общественный деятель,
член Союза журналистов России. Москва, апрель 2015 г.

***

Ссылки по теме:

Владимир Ли. Моя Судьба (продолжение)

Владимир Ли. Моя судьба (продолжение)

Владимир Ли. Моя судьба. Глава 2. Из дневниковой записи пенсионера

Владимир Ли. Моя судьба. Глава 2 (продолжение)

Владимир Ли. Моя судьба. Глава 3. Творческое начало

Владимир Ли. Моя судьба. Глава 4. Творчество внучек

Владимир Ли. Моя судьба. Глава 5. Взгляд со стороны

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.