Восемь дней на земле предков

57 лет не виделись брат и сестра Кан Воль Мен и Кан ЧаГым (на снимке оба справа). В середине 30-х годов прошлого века судьба разлучила близких людей – он остался в Корее, она попала в Казахстан. И вот незабываемая встреча на корейской земле…

57 лет не виделись брат и сестра Кан Воль Мен и Кан ЧаГым (на снимке оба справа). В середине 30-х годов прошлого века судьба разлучила близких людей – он остался в Корее, она попала в Казахстан. И вот незабываемая встреча на корейской земле…

 

История диаспоры в лицах                                                                                          Владимир  ЛИ

В июне 1991 года большая группа советских корейцев – 100 человек – по приглашению южнокорейской телерадиокомпании Эм-би-си совершила восьмидневную поездку в Сеул. Это был, по сути, первый крупномасштабный десант представителей нашей диаспоры на родину предков. В группу входили представители всех 15 союзных республик, в том числе десять человек из Узбекистана. До развала огромной страны оставалисьуже считанные месяцы…

Сегодня, попрошествииболее чем двадцати лет с той памятной поездки, я пытаюсь заново осмыслить то, что увидел и прочувствовал за восемь незабываемых дней пребывания на далеком полуострове.

Тогда, в 90-е, об экономическом чуде Южной Кореи не писали разве ж только очень ленивые журналисты. Поэтому, когда окончательно утвердили состав делегации из Узбекистана, счастливчикам, попавшим в этот список,  не терпелось как можно быстрее, своими глазами, воочию,  увидеть это загадочное азиатское «чудо». Сначала мы вылетели в Москву, где был назначен общий сбор, а уже оттуда чартерным рейсом наш ТУ-154 взял курс на Сеул.

Аэропорт «Кимпхо» встретил нас отличной солнечной погодой и не менее отличным сервисом. Мы даже не успели размять ноги после утомительного девятичасового перелета, как оказались по ту сторону таможенного и паспортного контроля – так быстро  нас обслужили.  Затем  торжественная встреча, цветы, рукопожатия,  вспышки фотокамер,  широко улыбающиеся дружеские, нонезнакомые лица. Трогательные объятия разлученных полвека назад брата и сестры –  Кан Воль Мена и Кан ЧаГым. И  вдруг  подходит ко мне человек, которого  я видел месяцем ранее в Узбекистане. И не только видел, но и  принимал их – двух коллег-журналистов из Кореи – у себя дома, и даже возил на корпунктовской «Волге» по колхозам Ташкентской области.  Конечно же, он никак не ожидал встретить  меня аэропорту  в числе гостей из Советского Союза. Мы тепло пожали друг другу руки, и, прощаясь, он обещал навестить меня в гостинице…

Человеку, впервые очутившемуся за границей, да еще в стране, где покоится прах его предков, и которую он называет почему-то второй родиной – нелегко. Нелегко от нахлынувших чувств, от великолепной, почти девственной природы, от теплого, заботливого участия хозяев, которые относятся к тебе с определенной долей сочувствия. Нелегко от того, что, выросший и воспитанный в «самой гуманной и самой справедливой системе», ты с недоверием относишься к той, в которой вдруг чудом оказался. Путешествуя по земле предков в комфортабельном автобусе и глядя на окружающее нас великолепие, я ловил себя на мысли, что отношусь ко всему увиденному с некоторой долей недоверия и скептицизма. Мол, давайте, вешайте лапшу на уши, только нас, советских, на мякине не проведешь…  Откуда в нас эта настороженность, доведенная до абсурда? Наверное, мы  стали такими оттого, что всю жизнь были свидетелями творящейся на наших глазах лжи – всегда красили фасад, не заботясь о том, что же в действительности скрывается за фасадом. Приведу только один пример.

В начале 60-х годов века минувшего строящийся важный народнохозяйственный объект должен был посетить генсек Н.С. Хрущев. Маршрут, согласованный в высоких инстанциях, должен был проходить по нашей улице, потому как это была единственная магистраль, связывающая райцентр с исторической стройкой. За две недели до прибытия высокого гостя дорога, от рождения не знавшая, что такое гравий, вдруг стала покрываться асфальтом. Жильцам же глинобитных домишек ( других на нашей улице и не было) вменялось в обязанность побелить фасады домов известью, причем в кратчайшие сроки. Правда, раствор и кисти были доставлены бесплатно. Самое интересное в этой истории то, что ни в назначенный день, ни после высокий гость в наших краях так и не появился.

Но…вернемся в Корею. С первых же минут она поразила нас не только зелеными сопками нехоженых лесов, прозрачностью горных речушек, отличным сервисом и  товарным изобилием. Удивило отношение людей к работе. Белые перчатки на руках водителя нашего автобуса сразу же вызвали злорадную мысль: «показуха…» Однако очень скоро мысль эту пришлось отбросить, так как многочисленные таксисты сидели за баранками своих машин в точно таких же белоснежных перчатках.

По улицам Сеула, по широким шоссейным магистралям Кореи день и ночь снуют небольшие, юркие грузовики. Наше удивление вызвало не то, как, допустим, красочно упакован товар на бортах или, скажем, внешний дизайн автомобилей – это само собой. Мы были поражены, в первую очередь, тем, как бережно относятся здесь к плодам своего труда. К примеру, самые обыкновенные строительные кирпичи перевозят  на грузовиках завернутыми в специальную прозрачную бумагу. А с высоты двенадцатого этажа комфортабельной гостиницы «РамадаРеннесанс» мы с изумлением наблюдали, как тот же  самый кирпич рабочие поднимают на самые верхние этажи строительной площадки, так сказать, «вручную», пешим порядком, в специальных деревянных контейнерах, закинутых за спину. Носильщики кирпичей,  медленно, вереницей поднимающиеся с грузом на верхние этажи стройки, напоминали нам трудолюбивых лесных муравьев.

На третий день нашего пребывания в Сеуле навестить меня в гостиницу, как и обещали, пришли мои коллеги-журналисты, причем не одни, а со своими женами. Был первый час ночи, и я уже готовился ко сну. На вопрос «Почему так поздно?» мне с улыбкой ответили, что ночная жизнь в Сеуле только начинается. И действительно, все прилегающие к нашей гостинице улицы были запружены передвижными харчевнями – чего  здесь только не было!  Часа полтора меня угощали разнообразными национальными закусками. Я с удовольствием вкушал их и одновременно, с нескрываемым любопытством, озирал бурлящую, заполненную люминесцентными огнями, жизнь большого ночного города. Конечно же, было завораживающе интересно. Но нашу встречу с южнокорейскими коллегами омрачало  одно обстоятельство – незнание мною родного языка. Я большей частью отмалчивался, иногда объяснялся жестами, и многого из того, что они мне говорили, вообще не понимал. Было тягостно стыдно  и за себя, и за те независящие от меня исторические обстоятельства, которые  позволили мне напрочь забыть язык предков.

Журналисты из Сеула, приезжавшие в Ташкент в мае 1991 года

Журналисты из Сеула, приезжавшие в Ташкент в мае 1991 года

…В течение восьми дней наши три автобуса – с кондиционерами, холодильными установками – накрутили по дорогам поистине изумрудной страны не одну сотню километров. Мы посетили города Кенгджу и Похан. Были на судоверфи, металлургическом комбинате, на строящейся телевышке в Тэгу и взирали на город с высоты птичьего полета. Катались на теплоходе по реке Ханган, разделяющей  многомиллионный Сеул на две части. С экскурсией побывали на Панмунджоме.

Панмунджом поразил нас не только масштабными оборонительными сооружениями, но и двухметровыми солдатами-верзилами –  с устрашающими лицами,  автоматаминаперевес, грозно стоящими на границе с широко расставленными ногами –  как с той, так и с этой стороны.  В тот день вместе с нами на смотровую площадку поднялись туристы, если судить по цвету кожи, из далекой  Африки. Не знаю кому как, но мне было очень стыдно за то, что трагедия народа выставлена на всеобщее экскурсионно-туристское обозрение.

Можно долго рассказывать о заполненных первоклассными товарами супермаркетах, дорогих и дешевых рынках, о частных лавках и лавчонках, в бессчетном количестве раскиданных по городам и весям страны,  где действительно можно найти все, что душе угодно. Конечно, сегодня и в нашем Узбекистане грех жаловаться на отсутствие чего-либо – товарное изобилие наконец захлестнуло и нас. Но в 1991-ом, когда в результате шестилетней, так называемой горбачевской перестройки из страны исчезло все и вся, и на полках  наших магазинов вешались мыши, мы цепенели при виде простой шариковой ручки или обыкновенной газовой зажигалки. И поскольку денег у каждого из нас, как говорится, кот наплакал,  мы  разбирали этот дешевый корейский товар на сувениры оставшимся дома  друзьям и близким  пачками.

Участники поездки в Сеул (слева направо)  заведующий кафедрой корееведения Ташкентского института восточных языков Ким Мун Ук, оператор студии «Узбекфильм» Ким ГымНян, председатель колхоза «Узбекистан» Верхнечирчикского района Ташкентской  области Ким Сан Бин и учитель средней школы участка «Большевик» учхоза имени Кирова Среднечирчикского района Ташкентской области Ким Борис Григорьевич

Участники поездки в Сеул (слева направо) заведующий кафедрой корееведения Ташкентского института восточных языков Ким Мун Ук, оператор студии «Узбекфильм» Ким ГымНян, председатель колхоза «Узбекистан» Верхнечирчикского района Ташкентской области Ким Сан Бин и учитель средней школы участка «Большевик» учхоза имени Кирова Среднечирчикского района Ташкентской области Ким Борис Григорьевич

С не меньшим интересом мы знакомились с экспонатами музея истории и этнографии, корейской народной деревней, жизнью и бытом тамошних крестьян. В  Корее очень бережно относятся ко всему тому, что составляет историю народа, к ее традициям и обычаям.

По обе стороны частной шоссейной трассы «Сеул – Дягук» раскинулись ухоженные поля сельских тружеников. Здесь обработан буквально каждый квадратный метр мало-мальски пригодной земли. Даже рисовые поля спускаются с гор террасами, ярус за ярусом, а опоры высоковольтных линий утопают в воде. Видели мы посевы кукурузы, табака, перца, фруктовые сады. И всюду – идеальная  ухоженность,  как говорится, – ни соринки, ни травинки. Чувствовалось, что у земли есть настоящий хозяин.

На селе, как и в городе, зримо ощущается нехватка площадей под застройку. Дома в один-два этажа буквально прилеплены друг к другу, но архитектура везде – дивная. Разноцветные крыши – плоские, заостренные, в виде пагоды – булавы церквей, постройки из декоративного кирпича, миниатюрные дворики органично вплетены в окружающую природу. С гор текут студеные речушки, через которые перекинуты ажурные мостики, а девственный лес начинается прямо за околицей. Очень своеобразна архитектура в городах, особенно в кварталах, где живут состоятельные люди. Дома здесь строятся по частным  проектам и стоят немалых денег. Нынче подобные застройки появились и в нашей столице.

Поездка в Дягук совпала с воскресеньем, поэтому мы видели, как проводят люди свой досуг после напряженной рабочей недели. Вообще для отдыха здесь созданы такие условия, о которых можно только мечтать. На полянках, в рощах, у подножий гор из каменных глыб сделаны «столы» и «стулья», они врыты в землю, и любая семья, компания друзей выбирают себе место и проводят на природе целый день. Тут же готовят пищу, купаются, загорают, удят рыбу. Кстати, на берегах многочисленных озер и речушек мы видели у самой воды аккуратные деревянные насты, специально сделанные для любителей рыбной ловли. Ведь кто-то же позаботился об этом! Вообще, лозунг «Все  для блага человека, все во имя человека» в Корее пытаются претворить в жизнь и , кажется, небезуспешно.

Но так ли все было хорошо на далеком полуострове? Конечно же, нет. Проблем тут тоже хватало и хватает. Это и безработица, и углубляющееся материальное расслоение общества, и многое другое. Мы видели пикеты радикально настроенных студентов на улицах и у линий метро,  отдельные группы людей, проводивших сидячую забастовку. Наш гид, когда мы проезжали мимо бедняцких кварталов, убежденно говорил, что жилищной проблемой правительство занимается всерьез. И что пройдут полтора-два десятилетия и вместо этих ветхих лачуг вырастут современные многоэтажные дома, квартиры в которых граждане смогут выкупить в рассрочку по ипотечному кредиту. На сегодняшний день, наверное, эти планы успешно претворены в жизнь. И еще гид убежденно говорил, что недалеко то время, когда Корея войдет в восьмерку самых развитых стран мира. На это нацелена нация, весь народ.

На что же они рассчитывают? В первую очередь – на мудрость и понимание народа. На его патриотизм, развитое чувство национального самосознания. На его готовность работать по 12-14 часов в сутки ради будущего своих детей и внуков. Нравственное здоровье нации, помноженное на одну большую общую цель, совершает чудеса.

Говорят, будущее страны зависит от того, какое поколение мы воспитаем себе на смену. На улицах Сеула, у кинотеатров, на стадионах я внимательно вглядывался в лица 16-18-летних, ища в них проявления скрытой агрессивности, желания кого-то обидеть, оскорбить, нахамить. Увы! Лица юношей и девушек светились уверенностью, спокойствием, дружелюбием. И как раз в те дни по всем новостным телеканалам показывали ролик об убийстве человека на бытовой почве, – явление очень редкое и чрезвычайное в Корее. Преступника схватили и ежедневно показывали по телевизору, чтобы  подвергнуть его деяние общественному осуждению и, конечно же, в целях воспитания подрастающего поколения. Вот так, объединившись, семья, церковь и государство воспитывают нравственно здоровую молодежь, опекают ее и обеспечивают достойную жизнь. Не в этом ли кроется секрет настоящих и залог будущих успехов Южной Кореи?

…Мы покидали Сеул в знойный полдень, когда ртутный столбик термометра замер на отметке 35 градусов. Взбираясь по трапу самолета, я кинул прощальный взгляд на город, который подарил нам восемь счастливых мгновений, восемь незабываемых дней на родине предков.

Через полчаса после взлета под крылом самолета появились чешуйчатые блики – мы летели над морем. Позади, в сизой дымке, скрылись последние изумрудные сопки разделенной надвое страны. Я мысленно пожелал ей скорейшего объединения.

P.S.  С той памятной поездки прошло  более двадцати лет.За это время на земном шаре много чего произошло: мы пережилиразвал Союза, наспериодически потрясали глобальные  политические и экономические кризисы, техногенные и природные катаклизмы. Да и в Южную Корею сегодня можно съездить любому –  хоть в отпуск, хоть на работу – было бы желание. Неизменным осталось только одно – противостояние одного народа по обе стороны 38-ой параллели. Такая ситуация острой болью отдается в сердце каждого этнического корейца, где бы он ни проживал –  ведь для нас одинаково близки люди, живущие как на Юге, так и на Севере далекого полуострова.

Фото  автора.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

Комментирование закрыто.

Translate »