Воспоминания Хан Чан Гера.

ca7eb729-19a9-4e2f-8c81-b5a8af4199a3

Хан Чан Гер. 1922 г.

Государственный Архив Хабаровского Края

Отдел Истпарта при Далькрайкоме

Хабаровский край

Воспоминания об участии трудящихся корейцев в граждансой войне на Дальнем Востоке – Хан-Чан-Гер, Цой-Хорим.

ГАХК, ф . 44-п ,оп . 1, д . 601, лл . 1-64 .

УЧАСТИЕ КОРЕЙСКИХ ТРУДЯЩИХСЯ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

(Воспоминание тов. Хан-Чан-Гер)

I

Мое воспоминание об участии корейских трудящихся в партизанском движении является частицей воспоминаний партизанского движения всего Приморья, так как корейский партизанский отряд являлся одним из звеньев партизанских отрядов всего Приморья.

Материалов о корейском партизанском движении не сохранилось как в Истпартотделе, так и у меня. Поэтому большая часть их взята мной из своей памяти. Много воды утекло с того момента, как все участники партизанского движения Приморья перешли на мирный труд социалистического строительства и сохранить одному в памяти все детали вооруженной борьбы не представляется возможности.

Просьба ко всем участникам партизанского движения дополнить и внести соответствующие поправки в мое воспоминание.

II

Причины эмиграции корейцев в Приморье.

Всем известно, что когда Корея юридически была самостоятельным государством, в ней царил феодальный строй. Корейские трудящиеся угнетались экономически и политически. Вся власть в Корее находилась в руках царских чиновников, которые открыто и безнаказанно грабили трудящееся населения путем законных и незаконных налогов и вымогательств. В силу этого корейское трудящееся население жило очень скверно. Голод, наступивший в 18 60 г. и продолжавшийся в течении нескольких лет, усугубил и без того тяжелое материальное правовое положение трудящихся. Последние в поисках участков земли, где можно заниматься крестьянским трудом, добывать себе средства существования, переходили через реку Туманган в Посьетский район, где и обосновались. Это первое переселение трудящихся корейцев в Приморье. В дальнейшем политическая борьба в Корее, ухудшение благосостояния масс трудящихся, деспотическая самодержавная внутренняя политика – являются новым побудителем эмиграции корейцев.

После русско-японской войны на Корею фактически распространяется протекторат Японии, которая в своем поступательном движении на материк экономически, политически давит на Корею, подготовляя окончательную аннексию, последовавшую 1910 г. И в этом же году декларированную. Аннексия Кореи и, в связи с этим, новый политико-экономический режим, экспроприация земель усилили значение и действенность отмеченных причин эммиграции.

Наконец, последним толчком к некоторому усилению эмиграции, теперь уже главным образом политической, явилось неудавшееся первомартовское восстание 1919 г. Е Корее, подавленное с обычной жестокостью японских жандармов и придавшее эмиграции, после Октябрьской революции в России, чисто политический характер, вынуждая активно революционную часть искать убежище в соседних странах, в особенности в СССР.

III

Политико-экономическое положение трудящихся корейцев до Октябрьской революции

Переселившиеся в Посьетский район трудящиеся корейцы частью перешли в русское подданство, частью же остались вне eго. Большинство переселившихся корейцев были арендаторами или рабочими у русских землевладельцев кулаков и им подобных. Русское правительство смотрело на трудящихся корейцев исключительно как на рабочую силу и как на объект, из которого можно выкачивать необходимые средства для пополнения своего кармана и государственной казны. Трудящиеся корейцы ежегодно платили разные государственные и местные налоги. Брали налог за аренду земли, за топливо с каждой трубы, за сенокос и т.д., так что к концу года у корейского трудящегося населения ничего не оставалось для существования, он вынужден был лезть в кабалу к местным кулакам. Не лучше было положение и политических эмигрантов, стремившихся освободиться из-под японского ига, вынужденных оставить пределы Кореи, перебравшихся в Приморье и попавших стали проводить известную работу.

IV

Участие корейцев в советизации Приморья.

После Октября, когда в Приморье и в некоторых уголках Дальнего Востока стали создаваться советы, корейское население стало так же участником организации советской власти среди корейцев. Так, например, ка Сучане, который являлся революционной базой во время гражданской войны, первый совет организовался в апреле 1918 г. в д. Николаевке. После организации этого совета был поставлен вопрос об изъятии кулацких и хуторских земель и распределении их между трудящимися корейцами без различия подданства. Мероприятие это было проведено в жизнь и первый совет завоевал громадный авторитет среди трудящихся корейцев. Но, к великому сожалению, этот первый совет просуществовал всего лишь два месяца, до чехословацкого выступления. Несмотря на сравнительно короткий период своего существования, он пользовался большим авторитетом среди трудящихся корейцев.

Кулаки и хуторяне, будучи недовольными конфискацией своих земель проводили травлю на членов с/совета, а также террористические выступления. Главным организатором травли и террористических выступлений был кулак Ким Гнок, которого с/совет в конце апреля 2 914 Г. арестовал и отправил во Владивосток. Причиной отправки во Владивосток послужило отсутствие вышестоящей советской власти во всем Сучане (кроме Сучанского рудничного совета нигде еще совета не было). Поэтому Николаевский совет имел непосредственную связь с Приморским Облисполкомом, находившимся во Владивостоке. На пути следования кулак Ким-Гнок подкупил сопровождавших и скрылся.

Первые зачатки корейского партизанского движения.

Николаевский с/совет, состоящий из 25 человек, получив от Сучанского рудничного совета в июне месяце извещение о выступлении чехословаков, готовился к походу на Владивосток совместно с рабочими Сучанского рудника, но выступить не выступил, т.к. уже было поздно. Вот эта попытка организации отряда против чехословаков была зародышем дальнейшего корейского партизанского движения на Дальнем Востоке.

Преследование членов с/совета карательными отрядами интервентов и белогвардейцев.

Спустя некоторое время, из Владивостока на Сучан прибыли чехословаки для ареста инициаторов организации с/совета по доносу кулаков о наличии в д.Николаевке большевиков. Члены с/совета своевременно скрылись в тайгу и в глухие хутора.

В октябре м-це на Сучан прибыл японский отряд. Кулаки-корейцы во главе с Ким Гнок и бывшие царские помещики были активными сотрудниками японского отряда в указывании ему местонахождения членов с/совета. Для разыскивания последних японский отряд разъезжал по всем деревням, проведя обыски в первую очередь в д. Николаевке. Причем преследованию подвергались и члены семей членов с/совета.

Одновременно с этим японцы старались угождать трудящимся корейцам, чтобы отвлечь их от участия, по их пониманию, во вредных делах. Несмотря на преследование советчики делали свое дело. Они установили связь с русским партизанским отрядом, организованным Ильюховым, Мечиком и. др., и по заданию этого отряда проводили агитационную работу среди корейского населения, собирали винтовки и патроны и снабжали русский отряд, распространяли по корейским и русским деревням листовки и прокламации, заготовленные русским партотрядом.

Первый корейский партизанский отряд.

Посло прибытия колчаковского отряда под командой генерала Смирнова на Сучан (точно дату прибытия не помню), русскому партизанскому отряду пришлось сталкиваться о этим экспедиционным отрядом, которой вел жестокие репрессии по отношению к русским и корейским крестьянам путем порки, расстрелов и поджоге имущества в первую очередь в тех селениях, которые были в партизанском движении. Отсюда волна недовольства русских и корейских трудящихся против колчаковского отряда усилилась. Это недовольство скоро перешло в открытую вооруженную борьбу наиболее активной, передовой и сознательной части корейских трудящихся против белобандитов. Быстрому переходу к вооруженной борьбе и организации первого корейского партизанского отряда способствовал бой под д. Николаевкой и действия генерала Смирнова после него. Русский партизанский отряд после боя под Николаевкой вынужден бык отступать. Местные корейцы кулаки донесли штабу генерала Смирнова, что в бою принимали участие и корейские партизаны. Получив такие сведения колчаковский отряд начал издеваться над трудящимся корейским населением: избивал и пытал женщин, стариков и детей.

Укрывавшиеся члены корейского с/совета пришли к выводу, что одной помощи русскому партизанскому отряду недостаточно, что нужно самим браться за оружие и с этой целью организовали первый партизанский отряд из членов с/совета. Пять человек, в лице тт. Хан-Чан-Гер, Ким-Ден-Хо, Ким Семена, Ни Лаврентия и Пак-Мук-Хо примкнули к русскому отряду. В результате агитационно-пропагандистской работы в феврале или апреле 1919 г. численность первого корейского партизанского отряда доходила до 35 чел. И начальником его был назначен т. Хан-Чан-Гер. Этот отряд был не только первым корейским партизанским отрядом в Приморье, но и образцовым, дисциплинированным и сознательным. Каждый партизан считал основной и первой задачей борьбу со всеми белогвардейским отрядами и интервентами, находящимися на территории Дальнего Востока.

Первые бои корейского партизанского отряда с белогвардейцами и интервентами.

Впервые корейский партизанский отряд выступил с колчаковцами, приблизительно, в мае м-це 1919 г.. Тогда колчаковцы высадили десант во Владимиро-Александровск, а корейский партотряд, совместно с русским, под общим командованием Ильюхова двинулся к Перетино. Здесь произошел жаркий бой, в результате которого они потеряли более 150 чел. убитыми и отступили обратно во Владимиро-Александровск. Второй бой был под Казанкой с американским отрядом, который также потерял не менее 150 чел. (по сведениям местных крестьян они увезли убитых на 40 подводах);. Заняв с. Казанку американцы сожгли школу.

Ольгинский уездной съезд трудящихся и вопросы организации корейских партотрядов.

В связи с прибытием на Сучан интервентских войск революционный штаб ставил вопрос об организации не только партизанских отрядов, но и об организации всего трудящегося населения. Для разрешения этих вопросов революционный штаб наметил созыв Ольгинского уездного съезда трудящихся в начале июля. Для подготовки к этому съезду корейских трудящихся, революционным штабом был командирован т. Хан-Чан-Гер. Съезд корейских трудящихся был созван д. Николаевне в июне м-це. На этот съезд прибыли и представители корейских националистических организаций и кулацких элементов. Здесь выявилось подлинное лицо корейского кулачества и корейских националистов. На Обсуждение съезда было поставлено два вопроса: I) О текущем моменте и 2) Об организации корейских партотрядов. При обсуждении второго вопроса представители корейской националистической организации во главе в Пак Чунше отстаивали мнение, что нужно бороться только лишь в духе зашиты национальной политики, что нельзя выступать против всех интервентских войск, главным образом против американских, что нужно организовывать отряды, которые должны бороться только с белыми и японцами. Другой точки зрения придерживался отряд Хан-Чан-Гера, который ставил задачей борьбу не только с белыми и японцами, не и со всеми интервентами. И в том числе и с американцами, которые также мешали деятельности соввласти на ДВ. Представители националистической организации обвиняли отряд Хан-Чан-Гера за то, что он своими действиями может повредить работе корейской делегации от национального совета, находящейся на Версальской конференции; в связи с возникшим вопросом и упорной защитой каждой стороной своих точек зрения по вопросу вооруженной борьбы с интервентами съезд не вынес окончательного решения и разъехался ни с чем.

Корейские националисты по организации своего партотряда после Ольгинского уездного съезда.

После съезда представители националистической организации в лице Пак Чунше и др. прибыли в рев. штаб в с. Фролову за получением разрешения организовать свой партотряд.

Рев.штаб, заранее осведомленный о разногласиях на корейском съезде по вопросу организации отрядов, разрешил организовать отряд при условии действительно совместной борьбы с нами. Дав согласие работать совместно с нами, они организовали в д. Таудими отряд из 30-35 чел. Рев.штаб дал распоряжение новому отряду переброситься в село Владимиро-Александровск, но стоял не подчинился этому и не прибыл на указанное ему место. Рядовые партизаны, поняв, что руководители ввели их в заблуждение, стали переходить в наш отряд. Таким образом мы имели пополнение и в июле численность нашего отряда доходила до 70-80 человек.

Разукрепление партизанских отрядов на мелкие отряды.

В июне прибыл на Сучан т. Лазо и Ревштабом он был назначен командиром партизанских отрядов, действовавших на Сучане. Наш отряд также находился под общим командованием т. Лазо.

5 июле 1919 г. было общее наступление интервентских войск в верховье Сучана. Партизанские войска не выдержали натиска и вынуждены были отступать. Вместе с партотрядом эвакуировался в тайгу и Ольгинокий уездной исполком. Положение партизанских отрядов было чрезвычайно трудное: двигаться было некуда, т.к. все выходы были заняты интервентами. По решению военного совещания (командиром был тогда т. Лазо) партизанские отряды были разбиты на мелкие отряды с тем, чтобы они могли работать в тылу у противника. Каждый отрядик получил определенный участок, где должен был проводить работу. Корейский отряд получил территорию Николаевки, Новицкое и Краснополье. Прибыв в р-он своей территории, корейский партотряд очутился в очень тяжелом положении в связи с отсутствием продуктов питания. В конце июля решено было прекратить всякие действия и распустить отряд, до благоприятного момента.

Новое формирование отряда Хан-Чан-Гером и участие в Гайдовском восстании.

В августе 1919 г. Хан-Чан-Гер уехал во Владивосток. Прибыв туда, он связался с корейской социалистической партией, которая вела подпольную работу. Связавшись с ней Хан-Чан-Гер сформировал корейский отряд, который влился в отряд генерала Гайды, подготавливавшего выступление против Колчака. Почему красный корейский партизанский отряд влился в отряд генерала Гайды? Потому, что этот отряд шел против Колчака, не взирая на то, с кем мы идем. Будущего в этом деле ни мы, ни вся социалистическая партия не предвидели в стремлении свергнуть лишь бы ненавистного нам Колчака.

Выступление Гайды было подавлено и наш отряд целиком попал в плен. Я выдавал себя за корейского подданного, а не за Хан-Чан-Гера. Попав в плен корейский партизанский отряд подвергался жестоким пыткам со стороны японцев. Эти пытки известны всем. Таким образом, до января 1920 г. действия корейского партотряда прекратились. 30 января 1920 года я, в числе других пленных, будучи на работе, пользуясь случаем входа в г. Владивосток русского партотряда, сбежал.

Организация нового кор.партотряда и апрельские события 1920 г.

Узнав, что во Владивостоке организован военный совет во главе с т. Лазо, я пошел в совет. Здесь встретил тт. Лазо и Ильюхова, от которых получил задание организовать кор. партотряд. В течении нескольких дней отряд был организован в числе 300 чел. и расквартирован в г. Николаевке.

Командиром отряда намечен Хан-Чан-Гер, а начальником штаба Цой-Ен. В последствии отряд был переброшен в с. Шкотово… Здесь он был переформирован в батальон и вошел в состав 1-го ДВ советского полка. Командиром батальона был назначен Хан-Чан-Гер. В Шкотово отряд был обмундирован и вооружен как полагается и находился в казармах.

2-го апреля 1920 г. я получил секретное распоряжение полит-уполномоченного полка т. Лебедева, что в течении 12 часов кор.отряд должен разоружиться. Прихожу к нему и спрашиваю в чем дело? Он говорит, что это из дипломатических соображений. Я заявил, что пока мы живы, имеющихся у нас винтовки никому не отдадим, что если им неугодно работать со мной, я ухожу. Т. Лебедев уговорил меня, говоря, что это – лишь маневр для общего дела, что батальону надо разоружиться на виду у японцев, что на другой же день будут отправлены на Сучан 500 винтовок для вооружения разоруженных партизан. Тогда я согласился и взял у т. Лебедева бумажку – распоряжение на погрузку 500 винтовок на Сучан в распоряжение т.Хан-Чан- Гера и пошел в свой батальон посоветоваться с некоторыми товарищами и объяснить, что для видимости японцев надо разоружиться. Одновременно с этим скрытно отправил часть вооруженных людей в тайгу. Остальная часть была разоружена.

4 апреля в 10 часов вечера ожидался поезд, на котором должны были отправить разоруженных партизан на Сучан. Но поезда не дождались. Прибегает патруль из русских партизан и говорит, что японцы ищут нас, что нужно нам немедленно скрыться. Мы вышли по направлению к Романовке. Не доходя до Романовки, до нас донеслась оружейная и пулеметная стрельба. Спустя некоторое время прибегают раненые партизаны и сообщают, что японцы окружили гарнизон, многих перебили и забрали в плен. Тогда мы поняли, что разоружение кор.отряда было политикой японского командования, которое этим имело в виду ослабить вооруженную силу русских частей.

В д. Николаевке Сучанского р-на мы застали нашу вооруженную силу, отправленную из Шкотово в тайгу. Здесь провели некоторое переформирование, т.к. людей было много, а винтовок мало. Мы выбрали самых боевых товарищей и из них составили отряд, а остальных распустили по домам, обещав, что в скором времени возьмем их обратно. Вновь организованный отряд стоял в д. Николаевке и боевых действий не проводил.

Борьба партотряда с Хунхузским отрядом.

В начале мая 1920 г. нашему отряду пришлось воевать с китайским хунхузническим отрядом, организованным японцами для борьбы в тылу против кор. партотряда и лишения его экономической базы путем ограбления корейского населения. Этот хунхузнический отряд возглавлял знаменитый в ДВК Предводитель шайки, китаец Коу-сан. Прибыв в Сучанский р-он, хунхузнический отряд потребовал с корейского населения денег, опиума и выдачи некоторой части молодежи, ранее боровшейся против китайских хунхузов.

Корейский партотряд вынужден был выступить против террора китайских хунхузов. Предварительно вопрос борьбы с хунхузами был поставлен перед т. Савицким, командиром русского партотряда на Сучанском руднике, который сперва был против борьбы, мотивируя тем, что эти китайцы являются партизанами. Мы же, будучи хорошо осведомлены о политике китайских хунхузов, настаивали на том, чтобы их не считали за красных партизан, несмотря на то, что они шли под красным знаменем. После этого, когда в отряд Савицкого стали поступать сведения, что хунхузы грабят не только корейское, но и русское население, Савицкий послал делегатов к комиссару хунхузов с требованием прекратить грабеж как русского, так и корейского населения. Хунхузы делегатов не приняли и заявили, что они занимаются своим делом. Тогда Савицкий обиделся и решил ликвидировать силой оружия их действия. Русский и корейский отряды выступили по направлению к Таудеми, куда выступили и китайские хунхузы. Получив сведения на пути, что хунхузы сожгли в Таудеми около 35-40 домов и вступили в Сучанский рудник. Русские и корейские партотряды окружили сучанский рудник и на следующий день завязался бой. В результате боя со стороны хунхузов было убито свыше 250 человек, много ранено, а остальные скрылись. Так мы уничтожили весь китайский хунхузнический стряд.

Отступление партотряда из Сучана в Анучино.

После ликвидации хунхузкического отряда, в июле 1920 г. наш отряд вынужден был переехать в Анучино, т.к. на Сучане нельзя было оставаться в виду прибытия вновь японцев и отсутствия продуктов питания. Прибыв в Анучино, корейский отряд никаких боевых действий не вел. В отношении продуктов питания в Анучино вопрос обстоял также тяжело. Новый урожай еще не созрел, а старого не было. Партизаны помогая крестьянам, работали на полях

Прибытие корейских партотрядсв из Китая и неудавшееся объединение их с нашим под одно общее командование.

В ноябре наш отряд стал пополняться за счет прибывших с китайской территории корейских партизан, которые не в состоянии были вести борьбу с японцами и вынуждены были ОТСТУПИТЬ на территорию РОССИИ. Прибыло в Анучино три отряда: Хершендан, вс главе Кан-Чук-Мо, Дох-Нип-Тан и Син-Мин-Дан, во главе с Пак-Кен-Чена и Ли-Сын-Зо, под общим командованием Цой Ен. Всего было около 200 ч. По прибытии их МЫ поставили вопрос об объединении всех отрядов под одно общее командование. Но прибывшие отряды никак не хотели объединиться и подчиниться русскому командованию, ссылаясь на то, что в СКОРОМ времени уйдут обратно в Китай. Мы убеждали их, что здесь та же самая работа, что и в Китае, что здесь интервенты также мешают освобождению Кореи из под японского ига. С нашими доводами они не соглашались и отряды их находились обособлено.

Ход кор. партотрядов в Чугуевскую долину и раскол среди них.

В ноябре 1920 г. в силу дипломатических соображений с Японией русское командование доставило вопрос о переброске кор. партотрядов подальше в тыл, чтобы они не находились в ближайших городах и железнодорожных магистралях. В виду этого корейские отряды вынуждены были уйти в Чугуевскую долину. Здесь произошел некоторый раскол среди отрядов. Одна часть, особенно прибывшие из Кандо, ставила вопрос, что нужно идти на Иман, что оставаться здесь невыгодно. Другая же часть, во главе с Хан-Чан-Гером, говорила, что идти на Иман незачем, что надо бороться и здесь с врагами. Как ни странно, большинство партизан придерживались первой точки зрения, не желая переносить затруднения с питанием и т.п. Таким образом большинство партизан, во главе с Цой-Ен, ушло на Иман, а оставшаяся часть в количестве около 30 чел., во главе с Хан-Чан-Гером, Пак-Кен-Чером и Ли-Сын-Зо в декабре перебрались в Сузухинскую долину.

Взаимоотношения нашего партотряда с корейским населением.

В 1921 г. встал вопрос о необходимости увеличения нашего партотряда. Командиром был Хан-Чан-Гер, начальником штаба Пак-Кен-Чер. Начальником хозяйственной части Ли-Сын-Зо, начальником вооружения Ко-Шан-Дюн. 3 апреле мы имели уже под ружьем 150 человек. Оружие и обмундирование мы собрали с корейского населения Ольгинского района. Во всей остроте стоял вопрос снабжения партизан продуктами питания, т.к. Сузухинская долина продуктами питания была не богата. Мы посылали своих людей на Сучан за получением поддержки. Сучан очень отзывчиво относился к нам, и мы имели большую помощь деньгами и пр., но от Таудеми, где было сильное влияние корейской национальной организации, никакой помощи не получали. Находившаяся в то время в Таудеми дружина самоохраны “Дибандай” чинила всевозможные препятствия действиям уполномоченных нашего отряда по сбору средств, распространяя среди населения лживые слухи о том, что якобы партизаны – лодыри, бездельники, хотят собирать деньги и оружие. Неоценимую поддержку оказывали нам трудящиеся корейские населения долины Сучана и Судаухэ и с помощью его наш отряд снабжался в период 1921 г.

Съезд трудящихся корейцев Ольгинского района.

Из числа партизан, ушедших на Иман, часть их осталась в Чугуевской долине, которые весной 1921 г. прислали к нам своих представителей, в лице Кан-Гук-Мo и Хан-Ир-Те, для разрешения вопроса о совместной работе с нами. Мы приветствовали такое предложение. Нужно было найти командира, который знал бы хорошо военное дело. Остановились на кандидатуре товарища Ким Кектхен, который в свое время служил у японцев, но после мартовского выступления в Корее, перешел к нам. Так был создан объединенный отряд под командой Ким Кентхен. К этому времени было уже около 300 вооруженных людей. Встал вопрос о снабжении нашей военной единицы. Продолжать сбор продуктов питания с населения было неудобно. Нужно было создать официальный гражданский орган, который занимался бы этим делом. Для этого в д. Коровинке, Чугуевской волости был создан съезд трудящихся корейцев Ольгинского уезда. На этот съезд съехалось до 80 представителей. Как ни странно, в то время всякое многочисленное коллективное обсуждение вопросов не проходило без склок. Не прошел и этот съезд без склоки по вопросу – кто должен возглавлять власть: партотряд или же выборные из участников съезда во главе с председателем Комитета. Склока дошла до убийства. Был убит член партии Сон-Пу-Иок. Правда, выстрел объяснили “нечаянным”, но такие “нечаянные” выстрелы были не раз. Например, убийство Хан Василия на почве личных счетов партизанами отряда Пак Григория. Виновником этой склоки являлся вновь назначенный командир партотряда Ким Ген Тхен, который под влиянием националиста Тен-Дя-Хвана, хотел взять власть не только над партизанами, но и над всем гражданским населением Конечно, не могло быть такого положения. Это было ошибкой со стороны т. Ким-Ген-Тхэна. Несмотря на выявившуюся склоку, комитет был создан и он был высшим органом власти среди гражданского населения. Председателем комитета был избран Кан-Бя-Гу. Начальник партотряда вошел в КОМИТЕТ как заведующий военным отделом при нем. Хан-Чан-Гер был членом комитета и заведываюшим иностранным отделом при нем, фактически состоя военкомом отряда. Таким образом, сочетали гражданскую власть с военной. Но, к сожалению, комитет просуществовал недолго, в виду получения распоряжения от командующего партотрядами Приморья о переброске отряда в Анучино, выделив одну роту для охраны г. Ольги, что и было выполнено. Тогда командующим партотрядами Приморья был т. Лепехин, а после него т. Вольский.

Взятие командования над оставшейся на Сучане частью партизан Хан-Чан-Гером.

В это время я находился в Судзухе, куда был откомандирован по заданию политотдела Штаба оперативного характера. Узнав, что большая часть партизан бродит по тайге Сучана, я отправил людей за ними и после сбора их принял командование над отрядом. Несмотря на тяжелое материальное положение, переживаемое отрядом, численность его увеличивалась. В течение 2-х лет своего существования отряд имел в своем составе 3 роты пехоты, 1 роту конницы в 60 сабель. 1 пулеметную команду из 2-х пулеметов, команда связи и команда специального назначения, в начале 1922 г. в с. Беневское прибыл председатель военсовета Приморья т. Костя и командующий партизанскими отрядами Приморья т. Флегонтов. Осмотрев наш отряд, г. Флегонтсв хвалил его за дисциплинированность и боевую подготовленность. Мы установили с ним связь, получили от них некоторую часть вооружения и действовали под непосредственным руководством Военсовета и командования партотрядами Приморья.

Первый батальон партизанского отряда Хан Чан Гера, командир батальона Пак Ген Чер

Первый батальон партизанского отряда Хан Чан Гера, командир батальона Пак Ген Чер

Бой нашего партотряда под с. Пермью и под г. Ольгой с каппелевцами.

В начале апреля мы получили оперативно-боевое распоряжение от штаба Военсовета выбить каппелевцев из г. Ольги. Наш отряд выступил в составе 4-х рот пехоты, 1 конной команды и 1 пулеметного взвода и командой связи, а остальная часть находилась в резерве для охрены тыла. Отряд выступил под командованием г.Хан-Чан-Гера и начальника штаба Пак-Кен-Чера.

На пути к Ольге нам попадались разбросанные каппелевцами воззвания- листовки на русском и корейском языках. Листовок у меня не сохранилось, но в общем содержание ее в основном помню. Содержание листовки на русском языке было следующее: “Всем крестьянам и русским беднякам. К нам в г. Ольгу идут корейские партизаны, во главе с командиром Ханом, который является ставленником исидов, получает от последних золото и действует во вред русским. Поэтому никто из русских не должен принимать корейских партизан на хату, а должен выгонять их по шеям”.

Воззвание на корейском языке, примерно, было следующего содержания: “Всем корейцам. Вы корейские крестьяне и партизаны, должны бороться против японцев. Вы хорошо знаете, что мы беремся против коммунистов за освобождение русского народа, не слушайте вашего командира Хана, коммуниста-большевика, ставленника жидов. Убейте его. Боритесь за свободную Корею. Воюйте с Японией. Мы в этом будем поддерживать вас”. На ответ этих воззваний мы выпустили воззвание и распространили среди каппелевцев – в Ольге. Текст воззвания следующий (нужно привести текст полностью): «Мы знаем, западные правители бессильны вовлечь свои народы в борьбу против Советской России. Остается одна Япония, наш враг и враг Советской России, которая хочет поработить наш Дальний Восток, как нашу Корею. Вы находитесь под японским крылышком и воюете против русских, защищающих свой край от захвата его Японией. Мы, корейцы, никогда не были и не будем врагами русского народа, а всегда – друзьями. Вы – союзники японцев, работаете на пользу Японии, прикрываясь лозунгами борьбы с коммунистами, а потому Вы враги также и наши. Мы знаем, чем скорее мы вас выбьем, тем меньше надежд у Японии, тем скорее станет Российская Республика сильнее, тем скорее будет свободна Корея».

Настроение партизан было боевое. Они говорили, что перебьют всю белогвардейскую СВОЛОЧЬ . С таким настроением мы двигались на Ольгу. Приблизившись к селу Пермь, которое находится в 12 км от Ольги, мы получили Сведения, что в Перми находится полк каппелевцев не больше, как в 90 ч. По получении этих сведений мы, не отдохнув после дороги, окружили Пермь. После 2-3 часов боя каплелевцы, потеряв убитыми и ранеными 15-16 ч., разбежались. Нам досталась трофея в 30 винтовок. Это первый бой нашего отряда после установления нормальней связи со штабом партотрядов Приморья. После этого отряд действовал в контакте с 4-м партотрядом т. Назаренко. Окружив г.Ольгу, с рассвета качали наступление. Корейский отряд дошел до пристани г. Ольги, но не удержал первые успехи боя и отступил в виду недостаточного количества патронов. На следующий день узнали, что если бы мы продержались в Ольге еще полчаса, каппелевцы освободили бы город, т.к. штаб их эвакуировался на миноносцы» осталась небольшая часть, которая прикрывала эвакуацию штаба. Мы очень жалели, что не смогли успехи нашего наступления довести до конца. Но потом частными налетами Мы все же заставили каппелевцев покинуть Ольгу.

Корейский рев.совет и последний бой нашего отряда под Ивановкой.

После занятия г. Ольги мы немедленно перебросились в Анучино. Здесь, получив распоряжение 1 сентября 1922 г., мы создали корейский рев.совет в составе 5 человек. Председателем совета был избран Ким-Гюсик, членами – Цой Хорим, Ан-Дон-Бяк, Хан-Чан-Гер и Станков – председатель от Военсовета Приморья. Члены рев. военсовета выехали в район для ведения подготовительной работы к объединению отрядов. С отрядом в Анучино остался, из числа членов корреввоенсовета, только я.

В связи с наступлением НРА на Спасском фронте надо было вести активную работу в тылу у противника. В районе Ивановки находилось не менее 500 каппелевцев. Нам было приказано занять Ивановку. В первый день наступления на Ивановку мы потерпели неудачу. Не доходя до Ивановки, каппелевцы повели контрнаступление и оттеснили нас до с. Известки. На следующий день мы повели вторичное наступление и заставили каппелевцев отступить до с. Ивановки. Но выбить их из Ивановки мы не могли, несмотря на то, что в этих боях участвовали отряды т. Сидорова и Шевченко. У каппелевцев в Ивановке были хорошие блиндажи и окопы. Наши последующие налеты на Ивановку оказались безрезультатными. На помощь к нам прибыл полк особого назначения – ЧОН.

Было созвано совещание командного состава, на котором единогласно приняли решение, во что бы то ни стало выбить каппелевцев из Ивановки. На другой день после совещания отряды повели совместно с Чоном общее наступление. За день нами была занята почти половина Ивановки. Бой продолжался до 12 часов ночи. С обеих сторон были большие потери. Части особого назначения переменили фронт действий, перешли на правый фланг и повели решительное наступление. Дрогнули каппелевцы и покинули Ивановку.

Партийно-массовая работа в корпартотрядах.

Этот вопрос у нас обстоял очень скверно. Несмотря на наличие партийной ячейки (она организована в начале 1922 г., секретарем ячейки был Ван-Дя- Хо) , политработа в партотряде проводилась весьма слабо, вернее почти не проводилась. Обвинять кого бы то ни было нельзя, т.к. до 1922 г. мы не видели ни одной политической книжки. Только весной 1922 г. мы получили один экземпляр “Азбуки коммунизма” и то на русском языке. Следовательно, о политработе в отряде не приходиться говорить. Только с установлением систематической связи с рев.советом Приморья и после того, как мы стали боевой единицей, мы уже стали получать регулярно газеты на кор. языке, издаваемую Облбюро РКП(б) в Анучино.

О нашей политической подготовке можно судить по тем воззваниям, которые мы выпускали в ответ на воззвания каппелевского генерала Ястребова (см. выше). Несмотря на то, что мы боролись за дело Октябрьской революции воззвания были прописаны насквозь национальным духом.

В организационный период в отряде не было ни одного коммуниста, но он во главе с командиром действовал под руководством русских коммунистов-большевиков. Под их же руководством мы печатали на кор. языке листовки для отряда и для распространения среди трудящихся корейцев. В апреле 1919 г. мы начали издавать не мимиографе партизанскую газету “Наша жизнь”. Авторитет этой газеты среди трудящихся был очень большой. Они из деревень присылали своих представителей за получением газеты, а последние в ожидании выпуска ее сидели и ждали, установив между собой очередь. При помощи “Нашей жизни” мы мобилизовали население на борьбу с интервентами и белогвардейцами, пользовались экономической и моральной поддержкой. Редактором газеты был т. Шен-Хи-Де.

Несмотря на то, что политическая работа проводилась слабо, все же партизаны поняли одно, что борьба против иностранных интервентов и борьба за советы является залогом освобождения корейских трудящихся от ига японского империализма. Отсюда и активнее участие в партизанском движении корейских трудящихся.

Приказ члена Корреввоенсовета Хан Чан Гера

Приказ члена Корреввоенсовета Хан Чан Гера

Расформирование отрядов и переход партизан на мирную работу.

После очищения Приморья от интервентов и белогвардейцев и советизации его, не было абсолютно никакой необходимости в партизанских отрядах. Командование 5-й армии издало приказ о демобилизации корейских партотрядов и переводе их на мирную работу. Первый партизанский отряд, находившийся под моим командованием немедленно же был расформирован, а второй, находившийся под командованием Ким-Гюсик, не желая подчиниться приказу, ушел за границу. Так Ким-Гюсик продался японцам и перешел в лагерь контрреволюционеров. Из демобилизованных партизан в Сучанском районе организовалась артель. Все движимое и недвижимое имущество расформированного отряда было передано этой партизанской артели которая впоследствии реорганизовалась в с/х коммуну “Красная Звезда”. Артель существует и сейчас в с. Шкотово. Партизаны, находящиеся в СССР в частности в Приморье, активно боролись и борются за социалистическое строительство. Они на фронте хозяйственного строительства проявляли и проявляют активность не меньше, чем на фронте партизанского движения.

Хан Чан Гер Григорий Елисеевич. 1936 г.

Хан Чан Гер Григорий Елисеевич. 1936 г.

Поделиться в FaceBook Добавить в Twitter Сказать в Одноклассниках Опубликовать в Blogger Добавить в ЖЖ - LiveJournal Поделиться ВКонтакте Добавить в Мой Мир Добавить в Google+

комментария 2

  • нам анатолий:

    Посьетский район
    Южно-Уссурийского края.

    Крутые повороты-
    Хасанских дорог . Здесь танки спешили на границу в далёком 38-м
    А за год до этого-
    На этой Амбамбе,
    И на Брусьям-
    Да Ромашках
    В новых деревнях
    Жили Кимы, Паки,
    Цои.
    .
    повороты круты.Одна пыль застилает
    Историю.
    Как и туман густой,
    Частый здесь гость.
    Краскино.
    Далёкая Лянчиха-
    Всё изменилось.
    И только колодцы.
    Его водица помнит
    Круглые лица
    Детишек корейцев.
    Здесь были сёла и школы
    Церкви.
    Сельсоветы.
    И росла чумиза.
    Картошка и сено
    Для пограничных казаков.
    Станция хасан.
    Суровые лица
    здешних стражей.
    Теперь не пущай
    Никого.
    Не нужны
    теперь никому
    ни Паки ни Цои.
    Всё на замке.
    А там, за рекой,
    Как и прежде
    Всё так же.
    Как впрочем,
    Все эти сопки.
    Всё застыло.
    И только пыль.
    И молчаливые волны,
    Что помнят конечно,
    И гул моторов
    Войны.
    И мирные сёла корейцев
    Здесь живших.
    Веривших и во Христа
    И в коммунизм.
    И в свой труд.
    И вот- вывезли всех
    В одночасье
    На голые степи.
    Но эта история
    Неудобная, забытая.
    Не будем.Ведь поля заросли навечно ковылью.И нет им дороги обратно домой.
    По дорогам пустым.
    Печальным.
    И только в сознании-
    Паки и Цои
    Машут прощально рукой
    Из далёкой истории
    Этого забытого края.

    • Г.Хан (Островская):

      “Воспоминания Хан Чан Гера” своей документальностью погружают в то простосердечно-героическое, как оно вопринималось людьми, и, объективно, очень сложное исторически время.
      А стихотворение Анатолия Нама такое душевное: грустное, лиричное и необычное.
      Спасибо вам.

Translate »